Пёс узнал прежнего хозяина. После этого муж стал задерживаться на прогулках

Рой рванул так, что Галина остановилась вместе с мужем. Сергей удержал поводок, а пёс встал на задние лапы, заскулил и снова потянул к будке у въезда на парковку.

Из будки вышел мужчина в тёмной рабочей куртке.

— Рой?

Чёрный пёс с рыжими отметинами и белым пятном на груди прижимается к мужчине в рабочей куртке; рядом женщина в светлом плаще и седой мужчина, держащий поводок у будки парковки.

Он сказал это почти без голоса. Потом присел, и пёс ткнулся ему под руку с такой силой, будто боялся, что мужчина сейчас исчезнет.

Галина посмотрела на мужа. Тот смотрел на незнакомца.

— Вы его знаете? — спросил Сергей.

Мужчина провёл ладонью по чёрной спине.

— Пять лет.

***

Четыре месяца назад Галина подписывала бумаги в небольшом приюте под Черновцами. Запомнила, как пёс стоял рядом и не пытался никуда идти. Пока она писала своё имя, Сергей держал поводок.

Рою было пять. Крупноватый для их небольшой квартиры, чёрный, с рыжими бровями и щеками, с белым пятнышком на груди. Они приезжали знакомиться несколько раз. Ольга, которая занималась его устройством, честно рассказывала всё, что знала о его привычках.

— В семье жил, потом хозяин отдал. Жилищные обстоятельства.

Галина услышала слово «отдал» и почти перестала слушать дальше.

Когда уже дома дочь спросила, откуда взялась собака, ответила:

— Хозяева отказались.

Так и сказала: хозяева. Во множественном числе. Воображение немедленно поселило их в уютной квартире, где однажды решили, что шерсти слишком много.

Теперь один из этих людей сидел на корточках возле парковочной будки, а Рой прижимался к его коленям.

***

Мужчина назвался Павлом. Ему было пятьдесят семь.

Он вытащил телефон, открыл фотографии. Рой маленький, с огромными лапами. Рой на старом клетчатом покрывале. Рой с мокрой мордой возле миски.

На одном снимке белое пятно на груди было видно особенно хорошо: узкое, с неровным краем, словно кто-то провёл кистью и остановился.

Галина знала каждую шерстинку на этом месте.

— Я не специально здесь, — сказал Павел.

Она не сразу поняла.

— Не знал, что вы рядом живёте. На эту работу недавно устроился.

Рой ходил вокруг него, снова возвращался к рукам. Сергей держал поводок свободнее, следил, чтобы пёс не вышел к проезду.

— Он давно у вас? — спросил Павел.

— Четыре месяца, — ответила Галина.

— Значит, быстро нашли.

Она услышала облегчение, но почему-то разозлилась.

Быстро нашли. Удобно. Отдал — и можно не думать.

Рой поднял голову к мужчине и коротко лизнул его запястье.

— Мы пойдём, — сказала Галина.

Павел сразу убрал руку. Поднялся неловко, упершись ладонью в колено.

— Конечно.

***

Рой не хотел уходить.

Он оглядывался, останавливался, тянул назад. Они не волокли его через площадку. Отступили в сторону от машин, дали успокоиться, потом потихоньку двинулись знакомой дорогой.

Павел ушёл в будку. Галина заметила в маленьком окне его неподвижное плечо.

Муж молчал.

Дома пёс поел, попил и лёг у входной двери. Обычно в это время устраивался в комнате, поближе к Сергею. Ничего страшного вроде бы не случилось, но Галина несколько раз вставала проверить, не нужно ли ему выйти.

Вечером Сергей сказал:

— Ты зря так с ним.

— С кем?

— С Павлом.

Галина поправила на столе салфетку.

— А как надо? Спасибо сказать, что отдал хорошую собаку?

— Мы не знаем, что у него было.

— Зато знаем, что он сделал.

Муж посмотрел на неё с непривычной усталостью.

— Мы рады, что Рой у нас. И одновременно ты ненавидишь человека, из-за которого он у нас оказался.

Отвечать на это Галина не стала. Пошла на кухню, хотя ужин был готов.

***

Через два дня Сергей вернулся с прогулки позже обычного.

— Зашли подальше, — объяснил он.

Рой стоял рядом, шумно дышал после ходьбы. Галина сняла с вешалки полотенце для лап. Пёс позволил вытереть себя и снова повернулся к двери.

На следующую прогулку он очень спешил. Толкнул носом мужнину ладонь, пока тот искал ключи.

Сергей улыбнулся:

— Соскучился по улице.

Позже Галина сама вывела Роя. На привычном повороте он упёрся, потянул в сторону парковки. Она не стала с ним бороться, выбрала спокойный обходной путь.

Вечером спросила мужа:

— Вы опять туда ходили?

Он слишком долго расстёгивал куртку.

— Один раз встретились.

— После того, как мы его увидели?

— Ну да.

Галина посмотрела на пса. Тот уже лежал на своей подстилке, но при каждом движении Сергея приподнимал голову.

— Я бы хотела знать, куда вы ходите.

— Гал, мы же просто гуляем.

Именно так он сказал. Будто она спрашивала, почему он потратил лишние полчаса без её разрешения.

***

Утром, выходя из магазина, Галина увидела их возле парковки.

Сергей стоял у ограждения. Павел присел возле Роя. Пёс вертелся, прижимался к нему боком. Оба мужчины улыбались.

Галина остановилась с пакетом в руке.

Муж заметил её первым. Улыбка исчезла.

Павел выпрямился.

— Здравствуйте.

Она кивнула. Не хотелось устраивать сцену возле въезда, где притормаживали чужие машины.

— Мы домой собирались, — сказал Сергей.

На обратном пути он пытался взять у неё пакет. Галина не отдала.

Только в подъезде спросила:

— Сколько раз?

— Три. С той первой встречей.

Она молча отсчитала про себя. Первый раз вместе. Второй, про который муж признался вчера. Сегодняшний.

— Почему ты не сказал?

— Знал, что ты запретишь.

— Я тебе не мать, Серёжа.

Он вздохнул.

— Человек один. Собаку увидел — ожил. Что, мне жалко?

Галина посмотрела вниз. Рой стоял рядом, поводок был в руке Сергея. Дома его ждали вода, корм, подстилка. Они действительно никого не бросали.

Но каждый раз после этих встреч пёс снова ходил к двери.

***

Галина позвонила Ольге из приюта.

Сначала хотела спросить, не попросит ли Павел забрать Роя. Сдержалась: стыдно было начинать разговор не с того, что изменилось у собаки, а со страха потерять её.

Ольга выслушала рассказ о парковке.

— Я не могу по телефону решить за вас, как ему лучше, — сказала она. — И по одному признаку оценивать тоже не будем. Вы с нашим специалистом поговорите. Расскажите, что именно изменилось.

Она помогла связаться со специалистом по поведению собак, который уже консультировал их при устройстве Роя. Они обсудили прогулки, поведение дома, обычный режим. Галина отдельно уточнила, что ест он нормально, спит, на прогулках интересуется запахами, но стал чаще ждать возле двери и тянуть к новому месту.

Не пришлось ни доказывать, что всё ужасно, ни слушать, что она ревнивая.

Договорились пока прекратить неожиданные встречи, вернуть спокойные знакомые маршруты и следить за состоянием Роя. При новых тревожных изменениях — обращаться за помощью, а не считать любое поведение тоской по прошлому хозяину.

Галина записала всё и положила листок на стол.

Сергей прочёл, но ничего не сказал.

***

На следующий день она пошла на парковку без собаки.

Павел стоял у будки с небольшим пакетом. Увидев Галину одну, посмотрел за её плечо.

— Рой дома, — сказала она.

— Понятно.

В пакете оказалась старая плотная игрушка, потёртая, но целая.

— Я забирал вещи из прежнего жилья. Нашёл. Подумал, может, пригодится.

Галина не потянулась к пакету.

— Почему вы его отдали?

Вопрос прозвучал грубее, чем она собиралась.

Павел посмотрел на въезд. Подождал, пока проедет машина.

— С квартиры пришлось съехать. Сначала у знакомого жил. Потом комнату нашёл, туда с собакой не брали. Искал другое. Не нашёл такого, чтобы потянуть.

— А родные?

— Сестра в другом городе. У неё свои обстоятельства.

Галине захотелось спросить: разве никто не мог помочь? Она уже знала, как легко задавать этот вопрос человеку, который полгода назад перебирал варианты один.

— Мне предложили работу с жильём, — продолжил Павел. — В другом городе. Через две недели уеду.

Галина почувствовала, как ослабели плечи. И тут же стало стыдно за это облегчение.

— Рой после встреч вас ищет, — сказала она. — Нам посоветовали пока сделать перерыв. Понаблюдать, как он будет дома.

Павел посмотрел на пакет.

— Я Сергея попросил ещё раз прийти. Попрощаться.

В голове у неё приготовилось твёрдое «нет».

Но Павел сказал:

— Не надо.

***

Она не сразу поняла.

— Что — не надо?

— Приводить. Если ему потом тяжело.

Галина посмотрела на мужчину внимательнее. Не было в нём ничего от хозяев уютной квартиры, которых она придумала в приюте. Рабочая куртка, уставшее лицо, пальцы, сжимающие ручки пакета.

— Я спросила, откуда Рой. Узнала, что отдали. И решила, что знаю про вас всё.

Он усмехнулся без веселья.

— Я сам полгода думаю, мог ли иначе.

Она ничего не ответила. Не могла честно сказать, что он точно сделал единственно возможное. Не могла и перечислять решения, которые не приходилось проверять собственной жизнью.

Павел попросил рассказать, как Рой дома.

Галина рассказала про подстилку возле кресла. Про резиновую игрушку, которую он носит Сергею, когда тот пытается читать. Про то, как сначала боялся звука лифта, а теперь иногда заранее ждёт возле двери.

— Он ещё носом руку толкает? — спросил Павел.

— Толкает.

Он кивнул. Галина вдруг поняла, что видит перед собой не человека, которому нужно напомнить о преданной собаке.

Он помнил.

***

Домой она принесла игрушку.

Сергей поднялся ей навстречу.

— Была у него?

— Была.

— Что сказал?

Она рассказала про работу, отъезд и отменённую встречу.

Муж сел на край стула.

— Я ему обещал.

— Позвони.

— Получится, сначала приводил, а теперь исчез.

— Это ты о ком сейчас? О Павле или о Рое?

Сергей посмотрел на неё. Рой в этот момент возился с резиновым кольцом на подстилке, совершенно не участвуя в разговоре о своей судьбе.

Муж достал телефон.

Он говорил с Павлом недолго. Галина слышала только его ответы.

— Да. Галя рассказала.

Пауза.

— Я думал, вам обоим хорошо.

Ещё пауза.

— Нет, я не против фотографию. Конечно.

После звонка Сергей положил телефон экраном вниз.

— Он попросил просто иногда показывать, как Рой живёт. Если нам удобно. И если самому не будет тяжело смотреть.

Галина кивнула.

Вечером они вместе вышли на обычную прогулку. На повороте Рой задержался, потянул в сторону парковки. Они спокойно отошли другим путём. Сергей не уговаривал его забыть Павла и не сердился, что пёс ещё оглядывается.

***

Ничего не закончилось в тот вечер.

Галине ещё приходилось останавливать себя, когда хотелось сказать мужу: вот до чего довёл. Сама она четыре месяца рассказывала, что их собаку бросили нехорошие люди. Теперь дочь позвонила узнать, как дела, и Галина пересказала историю заново — уже без этих людей.

Следующие две недели Сергей соблюдал то, о чём договорились со специалистом. Наблюдал за Роем, не торопил, не устраивал проверок, кого тот любит сильнее. Они поддерживали связь с консультантом, уточняли то, что их беспокоило.

Постепенно вечер снова стал обычным. Еда, прогулка, мокрые следы в прихожей, тяжёлая тёплая голова на краю Сергеевой тапки.

Игрушку Павла Рой обнюхал и оставил возле подстилки. На другой день унёс в комнату. Ни Галина, ни Сергей не стали делать из этого выводов о его памяти и чувствах.

Когда Павел уехал, Сергей написал ему короткое сообщение. Потом долго выбирал фотографию.

На одной Рой смотрел прямо в камеру. На другой лежал, вытянув лапы, и спал так крепко, что белое пятно на груди почти скрывалось в складках подстилки.

— Какую? — спросил муж.

Галина показала на вторую.

Павел ответил вечером: «Спасибо. Вижу, что устроился».

Галина прочла и вернула телефон.

Рой проснулся, поднял голову и с шумным вздохом перевернулся на другой бок. Сергей хотел позвать его поближе к свету, но передумал.

Оставил спать.

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Поделиться с друзьями
Журнал Да ладно!
Добавить комментарий