Елена посмотрела на часы. Половина девятого утра, а в доме — тишина. Она привыкла вскакивать в шесть, когда Машка с Полинкой наперегонки неслись будить маму. Сегодня впервые за год она проснулась сама, без криков, без просьб «мам, ну еще пять минуточек!».
— Господи, как же тихо, — прошептала она, потягиваясь в постели.
Вчера Вера Николаевна забрала девочек на дачу. «Отдохни, Лен, — сказала свекровь, — ты совсем замоталась.
Две недели. Мы справимся». Елена не спорила. После трех лет без единого выходного тишина казалась чем-то невероятным.
Она спустилась на кухню, включила чайник и замерла у окна. Никто не дергал ее за футболку, не просил бутерброд с нутеллой, не ныл, что форма не глаженая. Утренний хаос исчез.
Телефон завибрировал.
«Как вы там?» — написала она в общий чат.
Вера Николаевна ответила фотографией: девочки с корзинками собирают клубнику. «Все хорошо, отдыхай».
Андрей не отвечал. Он вообще отвечал все реже, а домой приходил все позже. «Проекты, дедлайны, ты не поймешь». Елена и не пыталась понять. Иногда ей казалось, что муж превратился в тень – приходит, когда все спят, уходит на рассвете.
Чайник щелкнул. Елена налила себе кофе – настоящий, крепкий, а не ту бурду, что она обычно глотает на бегу. Села за стол. Тишина давила на уши.
— Ну и что теперь делать? — спросила она у пустой кухни.
Список накопился за три года: выспаться, сходить к парикмахеру, встретиться с подругами, посмотреть фильм, не про принцесс. Елена усмехнулась. Прям отпуск мечты.
Она допила кофе и открыла холодильник. Можно приготовить что угодно – не детские макароны, не сосиски в виде осьминожек. Она достала яйца и помидоры.
— Омлет. Обожаю омлет, — сказала она вслух и улыбнулась.
На третий день свободы Елена столкнулась с Андреем в коридоре. Он собирался на работу, она – в салон красоты.
— Куда такая нарядная? — спросил он, завязывая галстук.
— В салон. Хочу постричься.
— Зачем?
Елена вздохнула. Когда он перестал замечать ее? Когда в последний раз говорил ей что-то кроме «где мои носки» и «я задержусь»?
— Затем, что я этого хочу, — сказала она тихо.
Андрей посмотрел на нее как на незнакомку.
— Как дети? — спросил он, меняя тему.
— Хорошо. Твоя мама прислала фото. Хочешь посмотреть?
— Потом. Опаздываю.
Дверь хлопнула. Елена стояла у зеркала. Кто эта женщина с усталыми глазами? Куда делась та веселая Ленка, которая смеялась над всем, что говорил Андрей, и верила, что их семья — самая счастливая?
На пятый день Елена встретилась с Кирой – подругой со школы, которую не видела целую вечность.
— Ну ты даешь! — Кира рассматривала ее новую стрижку. — Реально помолодела лет на пять!
— Да ладно, — Елена смутилась. — Просто подровняла немного.
— А муж что сказал?
— Не заметил.
Кира фыркнула.
— Серьезно? У тебя волосы на двадцать сантиметров короче!
— Он… занят, — Елена отвела взгляд. — Много работает.
— Лен, ты чего? — Кира наклонилась ближе. — Что случилось?
— Ничего. Просто… — она замолчала, подбирая слова. — Мне кажется, мы стали чужими. Спим в одной кровати, но как будто в разных мирах.
— А поговорить?
— О чем? «Дорогой, мне кажется, ты меня больше не любишь»? — Елена горько усмехнулась. — Да он даже не услышит.
Вечером шестого дня Елена позвонила дочкам. Машка взахлеб рассказывала про котят у соседки, Полина хвасталась, что научилась плавать. В трубке слышался голос Веры Николаевны: «Девочки, не болтайте долго, бабушка суп сварила».
— Мам, ты когда за нами приедешь? — спросила Полина.
— Послезавтра, зайка.
— А папа тоже приедет?
Елена замешкалась.
— Не знаю, солнышко. У папы работа.
— Бабуля говорит, что ты без нас отдыхаешь, а папа работает за всех, — сказала Машка важным голосом.
Сердце Елены сжалось.
— Бабуля просто шутит, — сказала она. — Я очень скучаю.
Вера Николаевна взяла трубку.
— Лена, ты там отдыхай, не переживай. Мы тут прекрасно справляемся. Андрюша звонил, сказал, что заедет завтра. Может, и ты не торопись? Еще неделю побудь, развейся.
— Нет, я приеду как договаривались, — твердо сказала Елена.
Она положила трубку и села на диван. Почему свекровь не хочет, чтобы она приезжала? И почему Андрей не сказал ей, что собирается навестить детей?
Утром Елена собирала вещи для поездки на дачу. Тишина, еще вчера казавшаяся блаженством, теперь давила. Она включила музыку погромче.
Телефон завибрировал — сообщение от Андрея: «Я поеду к маме сегодня, возьму твою машину». Даже не спросил, нужна ли ей машина завтра. Елена набрала ответ: «Хорошо, тогда я на автобусе» — и швырнула телефон на кровать.
Ночью ей приснились девочки. Они стояли за забором и кричали: «Мама, забери нас домой!» Елена проснулась в холодном поту. Часы показывали четыре утра. Она накинула халат и вышла на кухню.
Почему Андрей поехал к маме? Почему не позвал ее? Раньше они ездили вместе — семьей. Когда все изменилось?
Елена вспомнила их последний отпуск три года назад. Тогда Андрей впервые сказал: «Может, мы много времени проводим вместе? Иногда нужно отдыхать друг от друга». Она тогда не придала значения. Глупая.
В шесть Елена не выдержала. Собрала рюкзак, вызвала такси и поехала на автовокзал. К девяти она уже была в поселке. От остановки до дачи Веры Николаевны — двадцать минут пешком.
Солнце палило нещадно. Елена шла по пыльной дороге и думала, что скажет, когда увидит дочек. И что скажет Андрею. «Привет, я соскучилась» или «Какого фига ты уехал без меня?»
За поворотом показалась крыша дачи свекрови. Сердце заколотилось быстрее. Елена замедлила шаг. Машина Андрея стояла у калитки.
Она подошла ближе. Голоса доносились со стороны веранды через открытое окно. Елена остановилась у забора. Вера Николаевна говорила громко, раздраженно:
— Хватит юлить, Андрей! Сколько можно терпеть эту ситуацию? Я столько для тебя делаю, невестка тебе только мешает! Давно пора решиться и жить для себя. Внуки-то со мной останутся!
Елена замерла. О чем они?
— Мам, тише, — голос Андрея звучал устало. — Девчонки услышат.
— Пусть слышат! Им нужно знать правду о своей матери!
— Какую еще правду? — в голосе Андрея мелькнуло раздражение.
— Что она плохая мать! Посмотри, как быстро она согласилась отдать их! А сама развлекается! Девочкам нужна настоящая семья!
— О чем ты вообще? Лена прекрасная мать.
— Тогда почему ты всегда на работе? Почему не живешь нормальной семейной жизнью?
— Надоело всё это. Знал бы — не женился бы вообще…
Елена почувствовала, как немеют ноги. В голове зашумело. Она отступила от забора. Во рту пересохло.
Они обсуждают ее? Планируют отобрать детей? А Андрей… что он имел в виду?
Где-то вдалеке раздался детский смех. Машка и Полина. Елена глубоко вдохнула. Надо взять себя в руки. Нельзя показывать, что она слышала разговор. Нельзя показывать слабость.
Она отошла от дома, села на автобусную остановку и закрыла лицо руками. Что теперь делать? Войти как ни в чем не бывало? Закатить скандал? Уехать?
Мысли путались. Сердце билось где-то в горле. Впервые за всю жизнь с Андреем Елена чувствовала не обиду, а ярость. Холодную, пробирающую до костей ярость.
— Значит, мешаю? — прошептала она. — Значит, «не женился бы»?
Елена встала. Ноги больше не дрожали. Она поправила рюкзак и решительно зашагала к дому свекрови.
Елена толкнула калитку. Скрипнули петли. Никто не вышел встречать. Во дворе стояла детская надувная ванночка с игрушками.
Она поднялась на крыльцо. Остановилась, прислушалась. На веранде стихли голоса. Елена постучала в дверь.
— Кто там? — голос Веры Николаевны звучал настороженно.
— Это я, — Елена открыла дверь.
На веранде сидели Андрей и его мать. Оба выглядели удивленными.
— Лена? — Андрей вскочил. — Ты чего так рано? Мы тебя завтра ждали.
— Соскучилась, — она улыбнулась. Губы не слушались.
— А позвонить? — Вера Николаевна поджала губы. — Мы бы встретили.
— Решила сделать сюрприз.
Тишина повисла неловкая. Елена осмотрелась:
— А где девочки?
— На речке с соседскими детьми, — ответила свекровь. — Андрюша только приехал, даже не успел их увидеть.
— Я схожу за ними, — Елена положила рюкзак на стул.
— Не надо, — Вера Николаевна встала. — Они скоро сами придут. Чаю?
— Нет, спасибо.
Елена посмотрела на мужа. Он избегал ее взгляда.
— Как доехала? — спросил он, не поднимая глаз.
— Нормально. На автобусе.
— Я бы тебя встретил.
— Да? — Елена не сдержалась. — А мне показалось, что тебе всё это надоело.
Андрей дернулся:
— Что?
— Мам! Мамочка! — на крыльцо влетела Полина, за ней Машка. — Ты приехала!
Елена присела, раскрыла объятия. Девочки бросились к ней, чумазые, пахнущие речкой и солнцем.
— Золотые мои, как же я скучала!
— А мы с бабой пекли пирог! — затараторила Машка. — И ходили к котятам, и Полька нырять научилась!
— Я все знаю, вы мне рассказывали, — Елена гладила девочек по головам, не отпуская их. — Собирайтесь, поедем домой.
— Как домой? — Вера Николаевна нахмурилась. — Мы договаривались на две недели!
— Планы изменились, — Елена посмотрела на свекровь холодно. — Девочки, несите свои вещи.
— Но мама! — запротестовала Полина. — Мы еще не купались!
— Дома искупаетесь. В ванной.
— Лен, может, останешься? — Андрей наконец посмотрел на нее. — Хоть на выходные.
— Нет, — отрезала она. — Мы едем сейчас.
Вера Николаевна поджала губы:
— Андрей, скажи ей! Дети только начали отдыхать!
— Девочки, — Елена повернулась к дочерям, — идите соберите игрушки.
Когда дети убежали, она повернулась к мужу:
— Ты едешь с нами или остаешься?
— Лен, что случилось? — он сделал шаг к ней.
— Ничего. Просто я все слышала.
Андрей побледнел:
— Что именно?
— Как вы обсуждали меня. Как твоя мама считает, что я плохая мать. Как тебе «надоело все это». Как вы решали судьбу моих детей.
— Господи, Лена, — Вера Николаевна всплеснула руками, — ты все не так поняла!
— Я все правильно поняла, — Елена чувствовала, как внутри поднимается волна гнева. — Я забираю детей. Сейчас.
— Лен, давай поговорим, — Андрей попытался взять ее за руку.
Она отдернула руку:
— О чем? О том, как ты жалеешь, что женился?
— Я не это имел в виду!
— А что ты имел в виду? — голос Елены дрожал. — «Надоело все это. Знал бы — не женился бы вообще». Что тут можно не так понять?
— Вырвано из контекста! — вмешалась Вера Николаевна. — Мы говорили о его работе!
— Вы говорили обо мне, — Елена повернулась к свекрови. — О том, что я мешаю. Что внуки останутся с вами. Вы уже все решили, да?
— Мама, все, хватит, — Андрей повернулся к матери. — Ты перегнула палку.
В дверях появились девочки с рюкзаками.
— Мам, мы готовы, — сказала Полина тихо.
Елена взяла детей за руки:
— Идем, попрощайтесь с бабушкой.
— Вы еще приедете? — Вера Николаевна попыталась обнять внучек.
— Не знаю, — ответила Елена. — Андрей, ты с нами?
Он смотрел в пол:
— Я… мне надо поговорить с мамой. Я приеду вечером.
— Как хочешь, — Елена повела детей к выходу.
— Лена! — окликнула ее свекровь. — Ты все неправильно поняла!
Елена обернулась:
— Я все прекрасно поняла. Впервые за многие годы.
Дома Елена уложила девочек спать пораньше. Весь день она старалась выглядеть веселой, но дети чувствовали: что-то не так. В машине они притихли, а Полина даже спросила: «Мам, вы с папой поругались?»
— Нет, зайка, все хорошо, — соврала Елена.
Часы показывали одиннадцать вечера. Андрей так и не приехал. Елена сидела на кухне и смотрела в одну точку. Звонить ему не хотелось. Она ждала.
В полночь хлопнула входная дверь.
— Лен, ты не спишь? — Андрей вошел на кухню.
— Жду тебя.
Он сел напротив, положил руки на стол. Молчание затянулось.
— Ты все не так поняла, — начал он.
— А как правильно? — Елена скрестила руки на груди.
— Мама… она слишком давит. Знаешь ее. Она считает, что я должен больше работать, больше зарабатывать. Она говорила о своих глупых амбициях, не о тебе.
— Она сказала, что я мешаю, — голос Елены звучал ровно. — Что внуки останутся с ней.
— Это ее фантазии! — Андрей повысил голос и тут же осекся. — Извини.
— А что ты имел в виду, когда сказал, что жалеешь о женитьбе?
Андрей вздохнул:
— Это… сложно объяснить.
— Попробуй.
— Я устал, Лен. Работа, ипотека, дети… Кажется порой, не справляюсь совсем. Мама постоянно говорит, я недостаточно хороший отец. Плохо обеспечиваю семью.
— И поэтому ты сказал, что жалеешь о женитьбе?
— Я не это имел в виду! Я имел в виду… — он запнулся. — Иногда я жалею, что все так сложно. Что мы так рано начали. Что я не могу дать вам больше.
Елена смотрела на мужа. Тот самый Андрей, в которого она влюбилась десять лет назад. Сейчас он казался чужим.
— Знаешь, я тебе не верю, — сказала она тихо. — Может, ты действительно так думаешь. Но то, как ты себя ведешь последний год… Ты не с нами. Ты где-то далеко.
— Работа…
— Дело не в работе. Ты перестал замечать нас. Меня. Перестал интересоваться детьми. Когда ты в последний раз спрашивал, как у Полины дела в школе? Знаешь, что Машка боится темноты?
Андрей молчал.
— Твоя мать права в одном, — продолжила Елена. — Нам всем нужна нормальная семья. Только ее представление о нормальной семье — это когда тебя воспитывает бабушка, а я исчезаю из вашей жизни.
— Лен, это бред.
— Правда? Тогда почему она так упорно настаивала, чтобы я отдала ей детей на все лето? Почему настраивала их против меня?
Андрей опустил голову:
— Я поговорю с ней.
— Поздно, — Елена встала. — Я больше не позволю вам решать за меня и моих детей. Я подаю на развод.
— Что? — Андрей вскочил. — Ты серьезно? Из-за одного разговора?
— Не из-за разговора. Из-за всего. Из-за того, что мы давно стали чужими. Из-за того, что ты не защитил меня от своей матери. Из-за того, что я больше не чувствую себя любимой и нужной.
— Лен, давай все обсудим. Не руби с плеча.
— Я уже все решила.
Он посмотрел на нее долгим взглядом:
— И что теперь?
— Теперь я буду жить сама. С девочками.
Прошло три месяца. Елена сидела в кафе с Кирой.
— Как ты? — спросила подруга.
— Знаешь, странно. Но… хорошо, — Елена улыбнулась. — Девчонки привыкли. Андрей приходит по выходным, забирает их. Мы нормально общаемся.
— А свекровь?
— Вера Николаевна звонила пару раз. Пыталась давить, говорила, что я разрушила семью. Я просто перестала брать трубку.
— И не страшно одной?
— Иногда страшно, — Елена отпила кофе. — Но знаешь, что я поняла? Я сильнее, чем думала. Справляюсь с работой, с детьми, с квартирой. И я счастливее, чем была последние годы.
— А Андрей?
— Он тоже изменился. Стал внимательнее к девочкам. Может, когда-нибудь мы снова станем семьей. Но сейчас… сейчас я учусь жить для себя.
За окном шел дождь. Елена смотрела на капли, стекающие по стеклу. Впервые за долгое время она чувствовала спокойствие. Не было ни обиды, ни злости, только уверенность: она на правильном пути.
