Ксения перенесла часть книг на свободную полку в гостиной.
Монитор Светлана выключила, отсоединила кабели и вместе с дочерью переставила на комод в спальне. Кресло перекатили туда же. Рабочий ноутбук мужа они не трогали: он был у Андрея.
Стол в кабинете оставили — Дмитрию тоже понадобится место для ноутбука. Диван раскладывался свободно, проход к двери не перекрывал.
Через час кабинет был готов для гостя. На свободную полку Ксения положила чистое постельное бельё и полотенца.
— А папа где работать будет? — спросила она.
— На кухне или в гостиной. Там есть столы.
— Он разозлится.
— Наверное.
— Вы поругаетесь?
Светлана поправила покрывало на диване.
— Мы уже поругались. Просто папа пока считает, что нет.
Андрей вернулся около половины одиннадцатого. В спальне он сразу увидел своё кресло у стены и монитор на комоде.
— Это зачем здесь?
— Освободила кабинет для Димы.
Он быстро вышел в коридор. Светлана услышала, как открылась дверь кабинета, и пошла следом.
Муж стоял посреди комнаты и смотрел на пустые полки.
— А мои вещи где?
— В спальне. Две коробки возле шкафа. Я ничего не выбрасывала, перед переносом всё сфотографировала.
— Мне послезавтра из дома работать.
— Поработаешь на кухне или в гостиной.
— У меня разговоры по работе.
— Тогда закроешься в спальне с ноутбуком.
— Там неудобно.
— Ксении ты предложил пять недель заниматься на кухне. Значит, это терпимо.
Андрей сжал губы.
— Почему Дима не может жить у неё, если всё уже решили?
— Потому что решил ты один.
— Ты специально делаешь мне назло.
— Нет. Я согласилась принять твоего племянника. Но освобождать комнату дочери без её согласия и без моего я не согласилась.
Он ещё несколько минут объяснял, что кабинет — другое дело, что работа важнее школьных уроков и что Светлана устраивает скандал из обычной просьбы родственников.
Она не стала отвечать на каждый довод.
— Дима приезжает в понедельник. Он будет жить здесь. Ксения остаётся у себя. Если тебе такой вариант не подходит, позвони Наталье и скажи, что место ты ей пообещал, не обсудив это со мной.
Звонить сестре Андрей не стал.
Сам племянник о договорённости не знал
В понедельник Дмитрий приехал после обеда с чемоданом, рюкзаком и пакетом домашней еды от матери.
Светлана показала ему ванную, свободную полку в холодильнике и кабинет.
— Располагайся. Половина стеллажа свободна, в прихожей есть плечики, если надо что-то повесить.
Дмитрий поставил чемодан возле дивана и огляделся.
— Мне вообще отлично. Я думал, в гостиной буду.
Андрей, стоявший в дверях, ничего не сказал.
Вечером Ксения вернулась с занятий, поздоровалась и ушла к себе. За ужином Дмитрий спросил, не мешает ли он дяде работать.
— Переживу, — сухо ответил Андрей.
Позже племянник заметил монитор в спальне и снова заговорил об этом.
— Дядь Андрей, я могу и в гостиной спать. Мне только вечером за ноутбуком посидеть.
— Всё нормально, — сказал Андрей.
Ксения, наливавшая себе воду, вдруг заметила:
— Папа сначала хотел тебя ко мне поселить.
Дмитрий посмотрел на неё.
— А тебя куда?
— К ним в спальню. На раскладушку.
— На все пять недель?
Ксения кивнула.
Парень повернулся к дяде:
— Зачем? Я бы сразу сказал, что мне кабинет нормально.
Андрей нахмурился.
— Вопрос уже закрыт.
После этого Светлана окончательно поняла, что никакой неловкости для гостя она не создала. Дмитрий детскую комнату не просил и даже не знал, какой вариант дядя предложил семье от его имени.
Первые дни Андрей демонстративно работал в спальне, жалуясь, что там тесно. Потом перебрался с ноутбуком за стол в гостиной. Выяснилось, что два рабочих дня в неделю можно пережить и без отдельного кабинета.
Светлана ни разу не сказала: «Я же говорила».
Ей хватало того, что Ксения после школы по-прежнему заходила в свою комнату, ставила рюкзак возле стола и занималась там, где привыкла. Никому не приходилось утром ждать у двери, чтобы взять одежду из шкафа, или каждый вечер раскладывать постель в спальне родителей.
Дмитрий быстро освоился. Утром уходил на практику, вечером возвращался, иногда ужинал со всеми, иногда покупал еду по дороге. По выходным встречался с друзьями. Особых условий ему не требовалось.
Через неделю Андрей почти перестал вспоминать, что кабинет ему жизненно необходим.
Следующий разговор оказался короче
Пять недель прошли без новых ссор. В последний вечер Дмитрий сам снял постельное бельё, сложил полотенца и спросил, куда их положить. Утром поблагодарил за то, что его приютили, и уехал.
Андрей почти сразу начал возвращать кабинет в прежний вид.
Светлана принесла из спальни коробки и поставила возле стола.
— Фотографии полок у меня остались, если забудешь, что где стояло.
— Я разберусь, — ответил он.
Она не стала раскладывать его бумаги обратно. К вечеру монитор снова стоял на столе, кресло вернулось к окну, книги — на стеллаж.
Через два месяца Наталья опять позвонила брату. На этот раз ей нужно было забрать крупную покупку, и она попросила Андрея приехать на машине в субботу.
Светлана была на кухне и слышала только его половину разговора.
Раньше он ответил бы сразу.
Теперь Андрей уточнил время, прикрыл телефон ладонью и посмотрел на жену:
— Свет, тебе машина в субботу нужна?
— После двух.
Он кивнул и снова поднёс телефон.
— Наташ, утром смогу. После двух машина нужна Свете.
Никакой длинной речи после этого не было. Андрей не признал торжественно, что был неправ, и не стал обсуждать семейные границы.
Он просто впервые сначала спросил.













