Светлану взяли стажёром. Она оказалась старше наставницы на тридцать лет

— Сейчас девочка мне покажет, и я вас оформлю, — сказала Светлана гостю.

Ольга, стоявшая рядом, перестала печатать. Взглянула на Светлану, потом вернулась к экрану.

— У вас бронь на две ночи? — спросила она мужчину.

Светлана с блокнотом внимательно слушает молодую Ольгу за стойкой небольшого отеля; коллега показывает на монитор, повёрнутый к ним экраном.

Он подтвердил, поставил на пол дорожную сумку. Ольга спокойно закончила оформление, показала, куда пройти, и только когда гость ушёл к лифту, повернулась к стажёрке.

— При гостях, пожалуйста, называйте меня по имени.

Светлана почувствовала, как нагрелись щёки.

— Я же без всякой задней мысли.

— Я понимаю. Но я здесь работаю, а не девочка, которая вам помогает с компьютером.

Двадцать пять лет. На тридцать младше Светланы. И уже умела сказать такое ровным голосом, не краснея и не подбирая выражений.

Светлана взяла блокнот, открыла на чистой странице. Внутри всё сжалось, словно её отчитали перед целым залом. Хотя в зале никого не было, и Ольга специально дождалась, пока уйдёт гость.

В маленький отель в Луцке Светлана пришла в мае, после четырёх месяцев поисков работы. Фирма, где она почти двадцать лет занималась офисными делами, закрылась. На прежнем месте она знала всех поставщиков, могла найти нужную накладную, пока коллега ещё объяснял, за какой месяц. Новым сотрудникам показывала, где лежит бумага, кому звонить, если не работает принтер, и какой клиент обязательно попросит соединить с директором, хотя сам вопрос решается за минуту.

Собираясь на собеседование в отель, она думала: работа с людьми ей знакома. Компьютером пользовалась каждый день. Что такого принципиально нового может оказаться за небольшой стойкой с двумя мониторами?

В первый месяц без работы она ещё выбирала. Не хотела далеко ездить, надеялась найти что-нибудь похожее на прежнее. Потом стала откликаться и на другие вакансии. Одно собеседование прошло хорошо, но ей так и не перезвонили. На другом предложили совсем не те деньги, о которых писали. Из отеля ответили на следующий день, пригласили познакомиться.

Светлана пришла на двадцать минут раньше и ждала на улице, чтобы не выглядеть растерянной. Потом увидела, как из дверей вышла девушка в светлом свитере, быстро поговорила с таксистом, вернулась внутрь. Вслед за ней прошла Светлана. Руководительницу она представляла себе примерно ровесницей, а девушка, решила, наверное, работает здесь недавно.

Позже выяснилось, что это была Ольга. Четвёртый год на этом месте. Светлана тогда ещё не знала, как много ей предстоит у неё спрашивать.

Оказалось, много.

Уже в первый день руководительница Наталья объяснила, что сначала Светлана будет работать рядом с Ольгой, учиться и выполнять задания под её проверкой. Сроки и оплату начального периода обсудили заранее. Светлана согласилась, хотя слово «стажёр» неприятно царапнуло слух.

Дома ей хотелось просто сказать, что её приняли администратором. Но в расписании возле её фамилии стояла пометка об обучении, и врать мужу она не стала.

— Ну и хорошо, — сказал муж Игорь. — Покажут спокойно, разберёшься.

Спокойно не получилось.

Ольга делала всё быстро. На звонок отвечала, не теряя места в открытой брони, помнила, кому надо вызвать такси, и между разговорами успевала передать горничной просьбу о дополнительной подушке. Светлана следила за её руками и запоминала только половину.

— Вот здесь карточка брони. Отсюда можно перейти к изменениям. Но пока сами не подтверждайте, сначала вместе проверим.

— А нельзя это в общей таблице видеть?

— Можно, но изменить надо в карточке. Иначе потеряем историю.

— У нас на прошлой работе проще было.

Ольга ответила, что здесь такая система. Светлана записала название вкладки, потом не смогла прочесть собственное сокращение.

В конце второй смены ей казалось, что она разучилась вообще всему. Даже телефонную трубку клала мимо подставки. Ольга поправляла коротко, без раздражения, но каждая поправка прибавляла Светлане лет десять.

По дороге домой она позвонила подруге Вере.

— Как первый выход?

— Нормально. Только наставница молодая очень.

— Лет сколько?

— Двадцать пять.

— Ой, терпения тебе. Они сейчас такие быстрые, им объяснять некогда.

Светлане стало приятно: вот человек понял, почему трудно. Но потом она вспомнила, что Ольга дважды возвращалась к одной и той же вкладке и спрашивала, всё ли понятно. А Светлана дважды говорила «да», потому что не хотела выглядеть медленной.

— Вообще-то объясняет, — призналась она. — Это я не всё успеваю.

Вера предложила записывать. Светлана посмотрела на блокнот в сумке, где уже было шесть страниц торопливых слов, и сказала, что записывает.

После истории с «девочкой» на третьей смене Ольга сделалась суше. Не грубила, не отказывала в помощи, просто говорила только о работе. Светлана хотела пожаловаться Наталье, что к ней относятся как к школьнице. Даже начала мысленно составлять разговор: «Я взрослый человек, у меня большой опыт…»

Взрослый человек с большим опытом, между тем, боялся уточнить, куда нажать дальше.

Во время перерыва Светлана села в служебной комнатке и стала разбирать записи. Напротив слова «подтвердить» нарисовала три восклицательных знака. Ольга вошла за водой, спросила, не холодно ли в зале. Светлана ответила, что нет.

— Я не хотела вас обидеть, — добавила она. — Сегодня, при госте.

— Хорошо.

Ольга закрыла бутылку.

— Мы можем на «ты». Мне так даже проще. Только по имени.

— Давайте… Давай.

Светлана улыбнулась, но напряжение не исчезло. Ей всё ещё хотелось сделать что-нибудь самостоятельно, чтобы Ольга увидела: перед ней не беспомощная тётенька.

Именно поэтому через два дня она подтвердила изменение брони без проверки.

Позвонил мужчина. Он собирался приехать с пожилой матерью, у них был забронирован номер с двумя отдельными кроватями. Просил перенести заезд с восемнадцатого июня на двадцатое, оставить те же две ночи. Ольга в это время отошла передать ключи гостю, у которого не получилось открыть дверь.

Светлана нашла фамилию, открыла карточку, увидела свободные даты. Она уже делала похожее действие рядом с Ольгой. Подумала: сейчас как раз справлюсь сама.

— Всё перенесла. Подтверждение получите на почту.

Когда письмо ушло, Светлана ещё раз посмотрела на экран. Двадцатое июля.

Она открыла календарь. В верхней строке действительно стоял июль. Она переключила месяц, когда проверяла следующий запрос, и не вернулась обратно.

На двадцатое июня нужного номера не было.

Первое, что пришло в голову: быстро отменить последнее действие и сделать вид, что ничего не произошло. Только гость уже получил подтверждение, а она уже пообещала ему нужные даты.

Светлана сидела с рукой на мышке, пока не услышала шаги Ольги.

— Я ошиблась, — сказала она. — Подтвердила июль вместо июня. А в июне такого номера нет.

Ольга подошла, прочла карточку.

— Ты ему сказала, что всё перенесено?

— Да.

— Понятно. Сейчас ничего больше не меняй.

Это прозвучало жёстко. Светлана хотела сказать, что календарь устроен неудобно. Хотела объяснить, что на прежней работе месяцы были видны сразу. Но Ольга уже проверяла другие варианты, а гость ждал правильного письма.

Нужных двух кроватей в одном номере на эти даты не нашлось. Были две небольшие одноместные комнаты. Предложить обе по прежней общей цене могла только Наталья. Ольга связалась с ней, объяснила ошибку и предложенный выход. Руководительница разрешила, велела сначала уточнить, подходит ли это гостям.

— Я сама позвоню, — сказала Светлана.

Ольга посмотрела на неё.

— Давай сначала проговорим, что именно предложишь. Без новых обещаний, которых нет в брони.

Они проговорили. Потом Светлана набрала номер, назвала себя, извинилась и объяснила, что подтвердила не тот месяц. Мужчина раздражённо спросил, зачем ему вообще присылали такое письмо. Она не стала винить систему.

С двумя комнатами он согласился не сразу. Ему было важно, чтобы мать находилась рядом, а не на другом этаже. Ольга показала Светлане расположение свободных комнат — соседние, на одном этаже. Светлана сообщила это гостю, дождалась решения и только после согласия продолжила оформление, теперь под проверкой.

Когда пришёл ответ, что новое подтверждение получено и всё верно, она опустила голову на ладонь. До конца смены оставалось больше двух часов.

— Кофе будешь? — спросила Ольга.

— Я, наверное, воды.

Ей хотелось, чтобы молодая коллега сказала: «С кем не бывает». Но та принесла воду и вернулась к звонку. У неё было достаточно работы помимо утешения Светланы.

После смены Наталья позвала её в кабинет. Не кричала. Спросила, на каком этапе Светлана перестала обращаться за проверкой.

— Решила, что уже могу, — ответила она.

— Мы же не просто так договорились сначала проверять вместе. Вы можете хорошо общаться с гостями и пока ошибаться в системе. Одно другому не противоречит.

Светлана кивнула. Ей было неприятно, что из-за неё пришлось отдавать две комнаты по цене одной. Ещё неприятнее — что объяснить ошибку тридцатью лишними годами или молодым пренебрежением не получалось.

— Я хочу продолжить, — сказала она, хотя Наталья не предлагала ей уходить. — Если вы не передумали.

— Я хочу, чтобы вы задавали вопросы раньше подтверждения.

Вечером Светлана разложила блокнот на кухонном столе. Переписывать начисто всё подряд не стала. Выбрала места, где за красивыми сокращениями ничего не помнила, составила отдельный список вопросов. Напротив каждого оставила пустое место.

Игорь увидел её за столом.

— Опять работаешь?

— Готовлюсь спросить. У меня с этим почему-то труднее, чем с работой.

Он поставил рядом яблоко, ушёл в комнату. Светлана поймала себя на том, что хочет написать Ольге прямо сейчас. Номер был в рабочем разговоре, можно же быстро уточнить один пункт.

Она посмотрела на часы и убрала телефон. Этот вопрос спокойно доживёт до утра. Ольга говорила, что вечером идёт на занятие итальянским. Светлана ещё удивилась, зачем ей второй иностранный язык. Теперь подумала: неужели всё, что делает Ольга, ей обязательно нужно сначала оценить?

На следующую смену она пришла со списком.

— Я поняла, что в двух местах не разобралась. Когда будет спокойно, покажешь ещё раз?

Ольга попросила подождать, пока закончит с выезжающими гостями. Светлана подождала. Потом они открыли нужные карточки. Она не кивала раньше времени, а повторяла действия и называла, что проверяет. Один вопрос задала трижды, каждый раз немного иначе, пока наконец не поняла, где путалась.

— Вот теперь да, — сказала она. — А раньше я просто запомнила, куда ты нажимала.

— Поэтому я и прошу не торопиться.

На этот раз Светлана услышала в ответе не оценку своего возраста.

Но спокойно заниматься получалось не всегда. В следующую смену у стойки одновременно собрались двое гостей, зазвонил телефон, кто-то попросил утюг. Ольга объясняла Светлане порядок отмены, прервалась на разговор и вернулась уже к другому вопросу. Светлана осталась перед открытой карточкой, не зная, можно ли её закрыть или что-то ещё не сохранено.

Она подождала. Взяла второй звонок, записала просьбу вызвать такси. Передала Ольге. Потом сказала:

— Мне нужно закончить тот вопрос. А то я начну следующее и опять забуду, на чём остановилась.

— Сейчас, только…

Телефон зазвонил снова. Ольга устало посмотрела на аппарат.

Светлана впервые заметила, что коллега тоже не успевает. Не потому, что недовольна ученицей, а потому, что её в эту минуту хотят сразу в трёх местах.

Когда стало тише, они договорились попросить Наталью выделить время для вопросов отдельно. Руководительница сказала, что на следующую смену сама побудет у стойки двадцать минут. Не на весь день, но хотя бы один непонятный раздел можно будет разобрать без постоянного «подожди».

На следующий день Светлана пришла с открытым блокнотом, а Ольга — с двумя стаканами воды. Они сели за свободный стол в служебной комнате. За стеной звонил телефон, и обе по привычке повернули головы. Потом услышали голос Натальи и остались на местах.

Ольга показала действия, Светлана попробовала повторить и остановилась там, где теряла нить. Они вернулись назад. Теперь не требовалось одновременно слушать объяснение и угадывать, чего хочет человек, подошедший к стойке.

Когда двадцать минут закончились, Светлана поставила рядом с двумя вопросами галочки. Остальные пока остались. Она не стала торопливо закрывать страницу, будто количество непонятного было её личной неудачей. Показала список Ольге, они выбрали, что разберут в другой раз.

К концу второй недели она научилась оформлять простые брони без той тесноты в груди, с которой раньше брала трубку. Всё ещё обращалась за проверкой там, где они договорились. Не делала вид, что сложный запрос ничем не отличается от знакомого.

Однажды приехала женщина с огромной сумкой и маленьким чемоданом. Пока Ольга заканчивала разговор, гостья рылась в бумагах, всё сильнее нервничая. Светлана предложила поставить сумку на свободный стул, спросила, не удобнее ли присесть рядом.

Женщина села, выдохнула и сразу нашла нужное. Не между документами, а в боковом кармане, куда сама положила, чтобы не потерять.

После заселения Ольга сказала:

— Спасибо. Я видела, она уже совсем растерялась, а звонок никак не заканчивался.

Светлана хотела ответить: «Опыт, дорогая». Даже почувствовала знакомое удовольствие от этой будущей фразы. Вместо неё сказала:

— Да я сама так всё прячу. Потом найти не могу.

И они засмеялись.

В пятницу Вера позвонила узнать, как дела. Спросила, не замучила ли Светлану молодая наставница.

— Нет, — ответила она. — Я её иногда мучаю. Но уже меньше.

Рассказала про июль вместо июня. Подруга ахнула, потом предложила держать перед глазами бумажный календарь. Светлана сказала, что календарь у неё есть, а проверять всё равно придётся на экране. Они поговорили ещё немного, уже о своих делах.

В понедельник Ольга задержалась после смены на несколько минут: ждала, пока Светлана закончит последний звонок. Та уточняла пожелание гостя, которое не сразу разобрала.

Она видела, как Ольга надевает куртку. И всё равно переспросила. Записала, повторила вслух, услышала подтверждение. Только потом попрощалась и положила трубку.

— Всё, можно проверять, — сказала она.

Ольга подошла, посмотрела. На этот раз поправлять было нечего.

— До среды, Света.

— До среды, Оля. Успеешь на занятие?

— Если сейчас побегу.

Светлана пожелала ей удачи и осталась передавать смену следующему администратору. Открыла блокнот на странице с вопросами. Под одним из них было трижды подчёркнуто слово «месяц». Она провела по нему пальцем и закрыла блокнот, оставив закладку на месте.

Оцените статью
( Пока оценок нет )
Поделиться с друзьями
Журнал Да ладно!
Добавить комментарий