Людмила Сергеевна позвонила Татьяне в четверг вечером и попросила к субботе приготовить паспорт, документы на автомобиль и оба комплекта ключей. Произнесла это таким тоном, каким обычно просила захватить хлеб по дороге в гости.
— А зачем вам мои документы? — спросила Татьяна, отложив бельё, которое собиралась убрать в шкаф.
— Будет один семейный разговор. При Андрее пока не поднимай, а то он опять всё усложнит. Ты девушка разумная, сама поймёшь.
Двадцать четыре тысячи, о которых просили забыть
За три месяца до свадьбы Татьяна впервые увидела, как в семье Андрея принято решать денежные вопросы. Его двоюродный брат Стас пришёл к ним после работы, долго хвалил домашние котлеты, а перед уходом попросил одолжить двадцать четыре тысячи рублей. Ему якобы не хватало на переезд в другую квартиру: хозяин требовал оплату за месяц вперёд.
Андрей перевёл деньги при Татьяне. Стас пообещал вернуть всё с первой зарплаты и даже сказал, что напоминать ему не придётся. Спустя месяц он купил дорогой телефон, а долг будто забыл. Когда Андрей написал ему в мессенджере, тот ответил: «Сейчас туго, попозже». Ещё через две недели попросил помочь с перевозкой вещей.
— Ты ведь сам говорил, что он уже работает, — заметила Татьяна, увидев очередное сообщение. — Может, хотя бы половину вернёт?
В ближайшее воскресенье свекровь узнала о напоминании про долг и при всех заявила, что молодые считают каждую копейку. Татьяна заметила: Стас продолжал есть салат, даже не подняв глаз от тарелки.
— Ты сам ему деньги дал, сам и решай, — сказала она Андрею дома. — Только из нашего свадебного бюджета больше никому не одалживай без разговора со мной.
Одна поездка превратилась в обязанность
Татьяна работала товароведом в строительном магазине. Иногда её смены выпадали на субботу, а свободные дни — на середину недели. Людмила Сергеевна быстро запомнила этот график и однажды позвонила с просьбой отвезти Стаса за инструментами.
Татьяна согласилась помочь один раз. У магазина Стас появился на сорок минут позже назначенного времени, сел на переднее сиденье и сообщил, что сначала нужно заехать к приятелю, а потом на склад за городом. Она остановила машину у обочины и уточнила, сколько ещё адресов он приготовил.
До дома они добрались ближе к вечеру. Коробки Стас вынул из багажника, а за потраченное топливо даже не предложил заплатить. Через три дня он снова позвонил Татьяне — теперь хотел, чтобы она отвезла его на объект к семи утра. Она отказалась: в семь начиналась её собственная смена.
К вечеру раздался звонок от Людмилы Сергеевны. Та не повысила голоса, но говорила долго, с обидчивыми паузами: Стасу надо закрепиться на новом месте, Андрей женится и обзаведётся семьёй, значит, родственникам остаётся надеяться друг на друга. Особенно неприятной оказалась фраза про то, что Татьяна пока ещё не жена, а уже устанавливает правила.
— Людмила Сергеевна, я его возила почти целый день. Но постоянным водителем не буду, — ответила она.
Машина, которая давно перестала быть семейной
Машина прежде принадлежала Семёну Ильичу. Он получил её по наследству от старшего брата, ездил несколько лет, но затем стал реже садиться за руль. Когда Татьяна рассказала, что ищет подержанный автомобиль, он предложил посмотреть его универсал. В мастерской проверили двигатель, тормоза и кузов. Существенных неисправностей не обнаружили.
Сошлись на пятистах тридцати тысячах рублей. Татьяна заплатила из собственных накоплений, которые собирала ещё до знакомства с Андреем. За кухонным столом у Семёна Ильича они подписали договор купли-продажи: продавец — отец, покупатель — Татьяна. Андрей только помог заполнить бумаги. После перевода денег отец передал ключи, документы и автомобиль. Татьяна зарегистрировала машину на себя и оформила страховку.
Людмила Сергеевна гостила у сестры. Вернувшись, узнала о продаже: муж собирался потратить деньги на новый котёл и трубы в загородном доме. Сначала она возмутилась, затем успокоилась. На отопление давно откладывали, а тут средства появились сразу.
Однажды за чаем Людмила Сергеевна попросила второй комплект ключей. Объяснила, что вдруг Семёну понадобится съездить в поликлинику, а Татьяна окажется на работе. Та предложила вызвать такси или заранее договориться о поездке, но ключи оставила у себя.
В другой раз просьба стала серьёзнее. Стасу, по словам тётки, требовалась машина на месяц, чтобы возить инструменты по заказам. Он уже нашёл несколько клиентов, только без транспорта не мог приступить. Татьяна отказалась и предложила ему поискать недорогую аренду либо договариваться о доставке с заказчиками.
— А ты не думала, что у нас скоро свадьба? — спросила Людмила Сергеевна при Андрее. — Входишь в семью и сразу показываешь, что твоё, а что наше. Семён-то тебе машину по-родственному отдал.
— Мам, ну не сейчас. Потом что-нибудь придумаем.
Татьяна ничего не сказала за столом. Дома, раскладывая покупки по полкам, она спросила, что именно они должны придумать. Андрей сначала уверял, что не имел в виду её машину, а затем признался: хотел просто прекратить спор при родителях.
Следующие несколько дней они разговаривали только о работе и свадебных делах. Андрей в конце концов сам позвонил матери и сказал, что Стасу никто не собирается отдавать ни автомобиль, ни ключи. Людмила Сергеевна ответила неожиданно спокойно. Мол, поняла, больше эту тему не поднимет, пусть молодые не волнуются.
Татьяна поверила, что спор закрыт. Несколько недель свекровь действительно не заводила речь об автомобиле. Спрашивала только про свадебные хлопоты, а Стас перестал просить подвезти его на работу.
О чём договорились без хозяйки
За три недели до свадьбы покой закончился тем самым четверговым звонком с требованием принести ключи и документы. Татьяна пересказала его Андрею, несмотря на просьбу матери никому не говорить.
— Мама опять за своё, — сказал он после паузы. — Я завтра поговорю с отцом. И договор возьмём с собой, пусть лежит в сумке. Не хочу снова слушать, будто папа кому-то что-то подарил.
Татьяна достала из домашней папки подписанный договор и квитанцию о переводе. Андрей положил листы в бумажный конверт и убрал его в сумку. Ехать на семейный ужин с доказательством покупки было нелепо, но они решили больше не позволять матери переиначивать историю машины.
В пятницу Андрей застал отца у сарая, где тот складывал доски после ремонта, и передал слова матери о ключах и паспорте.
— Я с ней разберусь. Машину продал, деньги получил, больше мне там решать нечего. Она ещё в начале лета об этом знала.
Семён Ильич поговорил с женой. Та уверяла, что ни о какой передаче машины не думает и собирает родных лишь перед свадьбой. Молодые решили всё же приехать.
В субботу за столом уже сидели Нина, сестра Людмилы Сергеевны, и её сын Стас. На столе стояли тарелки с запечённой картошкой и салатом. Стас был необычно нарядным и всё поглядывал на тётку.
Стас рассказывал, что нашёл два заказа на сборку мебели, но возить инструмент на автобусе неудобно. Людмила Сергеевна слушала его с довольной улыбкой.
— Ну вот, теперь самое время порадовать мальчика, — сказала она наконец, вставая из-за стола. — Нина, я тебе обещала, что мы поможем. Обещание выполняю: машину, на которой сейчас ездит Таня, подарим Стасу. После свадьбы молодые себе другую присмотрят. Мы с Семёном посчитали, что так всем будет удобнее.
Нина отложила вилку, а Стас потянулся к телефону, собираясь похвастаться приятелю. Татьяна увидела, как Андрей перестал наливать компот и поставил кувшин на стол.
— Людмила Сергеевна, — произнесла Татьяна, стараясь говорить ровно, — вы сейчас про мой универсал?
— А у вас других машин разве много? — улыбнулась та. — Не переживай, Андрюша тебя без транспорта не оставит. Да и скоро муж и жена будете, всё общее.
— Машина куплена на мои деньги. Я её никому не обещала.
Нина посмотрела на сестру, но та уже обращалась к ней.
— Вот видишь, Нина, какие теперь молодые. Им слово сказать нельзя. Да если бы не наш Семён, Татьяна до сих пор на автобусе ездила бы! А теперь ей и родственникам помочь трудно.
— Мама, остановись, — вмешался Андрей. — Ты обещала больше не решать за Таню.
Людмила Сергеевна резко подвинула стул назад.
— Я решила помочь родному племяннику! Стас работу нашёл, старается. А вам что, жалко старую машину? Я не чужим людям её отдаю. Семён мне муж, мы оба имеем право сказать своё слово.
— Люда, он стоял у нас, пока был моим, — сказал Семён Ильич. — Я получил его по наследству, а весной продал Татьяне. Деньги пришли мне на счёт. Ты сама выбирала котёл, который мы на них купили.
Стас придвинул к себе тарелку, хотя есть больше не собирался.
— Мне сказали, что Таня просто ездит на вашей машине, — вмешался Стас. — Я бы тогда заранее спрашивал у неё.
— Ты спрашивал у меня месяц назад, можно ли её взять. Я отказала.
Стас отвёл взгляд, поправляя салфетку возле тарелки. Людмила Сергеевна заговорила громче: мол, Татьяна вошла в их семью, а теперь считает себя выше родственников. Если молодые будут спорить из-за старой машины, она, возможно, вообще не придёт на свадьбу.
Андрей расстегнул сумку, достал бумажный конверт и вынул договор. Он положил листы перед матерью рядом с её тарелкой.
— Посмотри, мам. Вот фамилия покупателя — Татьяна. Вот цена. А здесь папина подпись. Я сам помогал им оформлять продажу. Ты не можешь подарить то, что он уже продал, тем более без согласия хозяйки.
— Договориться можно, — ответила Татьяна. — Но ты уже всё пообещала, а меня позвала, чтобы заставить согласиться при свидетелях.
Нина подтянула к себе листы и прочла сумму.
— Люда, ты мне говорила, что Семён сам предложил, — спросила Нина. — И что Татьяна не против.
— Хотела, чтобы у Стаса появился шанс нормально работать. Что в этом плохого? — ответила Людмила Сергеевна.
Стас встал, взял куртку со спинки стула и заявил, что не хочет больше обсуждать чужую машину. Нина торопливо застегнула кофту и вышла вслед за сыном.
Подарок пришлось оплачивать самой
У калитки свекровь догнала молодых. Больше всего она возмущалась тем, что случившееся видела сестра. Теперь Нина перестанет ей доверять, а Стас потеряет выгодные заказы. Она снова пригрозила не приходить на свадьбу.
— Это ваше решение, — сказал Андрей, закрывая молнию на сумке. — Но если вы придёте, будем рады. За столом больше никому ничего доказывать не собираемся.
Через неделю Людмила Сергеевна позвонила сыну с новой просьбой. Она решила отдать Стасу часть накоплений, отложенных на кухонные шкафы, чтобы тот внёс первый взнос за свою машину. Недостающие семьдесят тысяч предлагала добавить молодым.
— Мам, мы оплачиваем свадьбу и никому ничего не должны, — ответил Андрей. — Ты сама решила подарить ему машину. Если хочешь помочь деньгами, распоряжайся своими накоплениями, но нас в это больше не втягивай.
Мать обиделась и положила трубку. Через два дня Семён Ильич сообщил, что новые шкафы они пока не закажут: жена перевела Стасу восемьдесят тысяч из своих накоплений. Нина напоминала сестре об обещанном подарке и после неудачного ужина.
На свадьбу Людмила Сергеевна всё же пришла. Поздравила молодых, хотя разговаривала с Татьяной только при гостях. Стас тоже появился ненадолго, а на просьбу Андрея назвать срок возврата оставшейся части долга ответил, что вернёт с зарплаты.
Через месяц молодожёны приехали к родителям на обед. На кухне всё ещё стояли старые шкафы с потёртыми ручками, у одного перекосилась дверца. Мать попросила Андрея в выходные привезти новые петли.
Когда они собрались уходить, Стас прислал тётке фотографию своей покупки. Она показала телефон всем за столом: возле подержанного автомобиля стоял довольный племянник. Татьяна поздравила его, а Семён Ильич спросил, выплатил ли он Андрею оставшиеся деньги. Людмила Сергеевна быстро убрала телефон и сказала, что молодые сами разберутся.
У подъезда Татьяна открыла свой универсал ключом и села за руль. Андрей положил пакет с гостинцами на заднее сиденье, сел рядом и пристегнулся. Татьяна спросила, не забыл ли он про петли для шкафа.
— Не забыл. В субботу заеду, — ответил Андрей. — Только Стаса пусть сама попросит ей их поставить.
Татьяна улыбнулась, включила указатель поворота и выехала со двора.
