Ксения не предложила ему сесть. Полчаса назад Алексей сказал ей, что потерял состояние, а теперь стоял в прихожей с дорожной сумкой, пока она по телефону выясняла у организатора свадьбы, сколько денег удастся вернуть. Воротник его рубашки помялся, но Ксения даже не взглянула на него.
— Значит, за украшение зала удержите только подтверждённые расходы? — переспросила Ксения. — Хорошо. Перезвоню.
Она убрала телефон и посмотрела на жениха так, будто он явился без приглашения.
— Ты понимаешь, сколько мы уже потратили? И что мне теперь говорить гостям?
Алексей ехал к ней с совсем другим вопросом. Он хотел знать, останется ли она рядом, если у него действительно не будет ничего, кроме дорожной сумки. Но, услышав её голос, вдруг испугался ответа.
Свадьба, на которой уже всё было куплено
За три месяца до этого они завтракали на открытой веранде загородного дома под Екатеринбургом. Алексей Орлов, тридцатишестилетний владелец строительной группы, просматривал рабочие сообщения, а Ксения выбирала место для свадьбы. В её планшете сменяли друг друга залы с высокими окнами, цветочные арки и длинные столы под белыми скатертями.
— Вот здесь красиво, — сказала она, придвинув к нему экран. — Правда, придётся пригласить больше двухсот человек. Иначе зал будет казаться пустым.
Алексей нахмурился. Большая часть предложенного списка состояла из знакомых знакомых, которых он никогда не видел. Он предложил расписаться в небольшом кругу, а сэкономленные деньги потратить на путешествие. Ксения засмеялась, решив, что он шутит.
— Мы же не обычная пара. Твои партнёры придут с жёнами, будут фотографии. Зачем людям потом гадать, почему миллиардер устроил свадьбу в ресторане на сорок человек?
В тот день он уступил. Уступил и в следующий, когда она настояла на машине с водителем для своих подруг, и через неделю, когда попросила заменить уже оплаченные приглашения на более дорогие. Сам Алексей не был бедняком, которого внезапно ослепили большие деньги. Он вырос в простой семье, начинал с бригады отделочников, а своё состояние накопил за пятнадцать лет. Однако последние годы богатство всё чаще определяло, как с ним разговаривали даже близкие.
Первой это заметила мать. Нина Сергеевна приехала к сыну в воскресенье, привезла пирог и застала его за просмотром свадебной сметы. Алексей рассказал, что Ксения почти не спрашивает, как у него дела, зато знает наизусть стоимость каждого украшения.
— Она может любить и тебя, и красивую жизнь, — рассудила мать. — Одно другого не исключает. Но зачем ты согласовываешь собственную свадьбу так, будто тебе выдали список покупок?
— Я спрашивал, осталась бы она со мной без денег. Сказала, что да. Только почему-то сразу перевела разговор на банкет.
Нина Сергеевна вытерла руки полотенцем и внимательно посмотрела на сына.
— Сомневаешься — разговаривай. Только не вздумай устраивать представление. Доверие не проверяют ложью.
Он пообещал подумать. Но уже на следующий день позвал к себе Степана Белова, руководителя своего регионального представительства. Степан десять лет занимался его делами, часто бывал в командировках и ни разу не встречался с Ксенией. Даже на семейные праздники сотрудники компании не приглашались.
— Хочу понять, выйдет ли она за меня, если я лишусь состояния, — объяснил Алексей.
Степан долго молчал, затем спросил, не проще ли отменить свадьбу, раз уж доверия нет. Начальник ответа не нашёл. И всё-таки попросил помочь: никакого официального объявления о разорении, никаких поддельных банковских бумаг и разговоров с прессой. Только личная история о неудачном вложении, продаже долей и невозможности больше содержать прежнюю жизнь.
— Это не сделает тебя бедным, — возразил Степан. — Это сделает тебя человеком, который врёт невесте.
Алексей промолчал. План уже казался ему единственным способом получить ясность.
Три дня, за которые исчезла любовь
Он снял на месяц небольшую квартиру на другом конце города, оставил дорогие часы дома и приехал к Ксении на старом автомобиле, которым раньше пользовался на строительных площадках. В фирме ничего не менялось, работники получали зарплату вовремя, а история о денежных потерях существовала только для нескольких человек из его личного круга.
Ксения открыла дверь с улыбкой, но улыбка исчезла, когда он объяснил, что больше не может распоряжаться прежними деньгами. Он говорил о сорвавшейся сделке, долгах по личным обязательствам и необходимости отказаться от дома на ближайшее время. Это было неправдой, но Алексей произносил подготовленные фразы так спокойно, будто сам успел в них поверить.
— Подожди, — перебила Ксения. — У тебя же несколько компаний. Их тоже нет?
— Для нашей жизни сейчас нет прежних возможностей. Мне придётся начинать почти с нуля.
Она опустилась на край дивана. Алексей присел рядом и осторожно взял её за руку. Ксения руку не отняла, но смотрела не на него, а на дорогие шторы, которые выбирала в их будущий дом.
— А свадьба? Зал уже оплачен. Платье шьют на заказ. Я всем сказала дату.
— Мы можем расписаться без торжества. Если захочешь, потом устроим праздник. Только не сейчас.
Она попросила дать ей пару дней. Алексей согласился, хотя надеялся услышать совсем другое.
Вечером Ксения встретилась с подругой Ингой. Та открыла в телефоне фотографию дома, где раньше жил Алексей, и недоверчиво покачала головой.
— Неужели всё? Может, он преувеличивает? Ты документы видела?
— Нет. Говорит, что деньги ушли и надо экономить. Предлагает свадьбу чуть ли не вдвоём отпраздновать.
— А квартиру твою он не попросит продать? Ты сначала выясни, что осталось. Любить человека можно, но жить потом на чём-то нужно.
Совет был разумным лишь наполовину. Ксения действительно имела право думать о своём будущем: она работала в салоне красоты, платила за квартиру, подаренную родителями, и не хотела зависеть от чужих долгов. Но на следующий день она думала уже не о долгах, а о том, как знакомые отреагируют на её положение.
Она отправила Алексею сообщение с просьбой пока не появляться рядом с её друзьями. Через сутки потребовала отменить заказ дорогого автомобиля для свадебного кортежа. А на третий день сняла помолвочное кольцо и положила его на стол между ними.
— Я не согласна начинать семейную жизнь с бесконечных ограничений, — сказала она, стараясь говорить ровно. — Ты обещал мне одно, а теперь предлагаешь совсем другое.
Алексей напомнил, как она обещала быть рядом при любых обстоятельствах. Ксения раздражённо отодвинула кольцо.
— Тогда это была гипотетическая беседа. Я не знала, что придётся действительно выбирать между любовью и нормальной жизнью.
Он не удержался и спросил, неужели человеком она считала его только до потери денег. Ксения встала и открыла дверь в прихожую.
— Ты был успешным, уверенным, мог решить любую проблему. Сейчас ты только просишь подождать неизвестно чего. Мне такого мужа не нужно.
Алексей взял со стола кольцо и убрал во внутренний карман куртки. Забрав сумку, он вышел, а Ксения даже не проводила его до лифта.
Незнакомец, которому она поверила
Степан встретил Алексея в пустом переговорном кабинете и отказался продолжать игру.
— Она ушла. Ты получил ответ. Чего ещё добиваться?
— Хочу увидеть, дело только в страхе или она готова забыть меня за первого человека с деньгами.
Помощник в сердцах захлопнул ежедневник. Потом всё же согласился на одну встречу, решив, что это заставит начальника остановиться. Через Ингу он оказался на закрытом деловом приёме под именем Глеба Сазонова. Представился владельцем транспортной компании из другого региона. Автомобиль и строгий костюм были его собственными; о миллиардном состоянии он не говорил ни слова. Инга лишь упомянула подруге, что новый знакомый занимается крупными поставками и часто бывает за границей.
Ксения сама подошла к нему у окна. Спросила, не скучно ли человеку, который постоянно ездит по делам. Степан ответил, что редко задерживается в одном городе, и предложил ей присоединиться к общему столу. На прощание Ксения первой оставила номер телефона.
В следующие дни она охотно переписывалась с Глебом. Один раз отменяла встречу с подругами, чтобы поужинать с ним, другой — подробно расспрашивала о загородном доме, которым он якобы собирался обзавестись. Степан осторожно спросил о бывшем женихе.
— Сначала казалось, что у нас всё серьёзно, — сказала Ксения. — Но он не справился со своими делами. Я не хочу всю жизнь вытаскивать кого-то из неприятностей.
— А если он восстановится через год?
— Тогда и поговорим, — ответила она и улыбнулась так, словно речь шла о давно забытом знакомом.
Позже Степан предложил ей поехать с компанией друзей в Сочи на выходные. Он не собирался покупать билеты: ему нужно было лишь выяснить, согласится ли она. Ксения ответила почти сразу, даже не спросив, кто ещё будет в поездке.
Степан пересказал разговор Алексею, но вместо ожидаемого торжества увидел у него усталость.
— Теперь хватит? — спросил он.
— Хватит, — ответил Алексей. — Только я почему-то не чувствую себя победителем.
Обед, за который он остался должен
Пока Степан готовил встречи с Ксенией, Алексей впервые зашёл в маленькое кафе возле своей съёмной квартиры. Он приехал после долгой поездки, телефон почти разрядился, а наличных в карманах не оказалось. На стойке стоял поднос с пирогами, из кухни пахло тушёными овощами. Хозяйка предложила ему суп и кусок пирога с капустой.
Когда Алексей доел, терминал не принял оплату: у кафе пропала связь. Он попробовал приложить телефон повторно, но тот погас. Алексей предложил дойти до банкомата и вернуться, однако хозяйка уже записывала его заказ в блокнот.
— Завтра отдадите. Суп обратно не заберу, — сказала она.
— Вы всем незнакомым людям верите?
— Нет. Но сегодня у нас интернет не работает, а голодны почему-то покупатели. Не стану же я с каждым ссориться.
Её звали Дарья. Кафе она открыла после нескольких лет работы в обычной столовой, вложив накопления и заняв деньги у сестры. На следующий день Алексей принёс наличные, а заодно помог ей поднять в зал тяжёлую коробку с посудой. Потом заходил пообедать ещё и ещё. Она звала его Алёшей, не знала фамилии и не расспрашивала о прошлом, пока он сам не сказал, что переживает трудный период.
Однажды Дарья обнаружила под раковиной протечку. Алексей вызвал мастера, дождался его вместе с хозяйкой и помог отодвинуть стеллаж. Дарья сама рассчиталась за ремонт, отказавшись от его предложения помочь деньгами.
— Я тебе благодарна за время, — объяснила она, вытирая воду с пола. — Но дела кафе — моя ответственность.
Ему это почему-то понравилось больше любой похвалы. Здесь не просили подтвердить значимость дорогими подарками, не обсуждали его фотографии в деловых журналах. Дарья могла спорить с ним из-за неправильно расставленных ящиков и не считала, что перед ней человек, которому во всём надо уступать.
В один из вечеров они задержались после закрытия. Алексей разливал чай по чашкам, пока Дарья считала дневную выручку. Он спросил, смогла бы она жить с человеком, у которого временно нет работы.
— А он что, совсем не собирается её искать? — уточнила Дарья, откладывая тетрадь. — Если трудится, пытается выбраться, я бы не отвернулась. Только сидеть у меня на шее и командовать не позволю.
— Значит, деньги всё-таки важны?
— Очень важны. Иначе у меня завтра нечем будет платить за продукты. Но денег может не стать, а уважение к человеку должно остаться. Это ведь разные вещи.
Алексей едва не рассказал ей всё. Вместо этого попросил ещё чаю, понимая, что с каждым днём признаться будет труднее.
Вскоре они вместе пошли на городской праздник. Дарья купила билет на колесо обозрения, Алексей уговорил её попробовать стрельбу в тире и промахнулся почти по всем мишеням. Она смеялась так заразительно, что он перестал сердиться на себя. На обратном пути Дарья взяла его под руку. Алексей почувствовал себя счастливым и тут же вспомнил о том, что обманывает её.
В одном доме прозвучали две правды
В назначенный вечер Степан привёз Ксению к дому Алексея. Она была уверена, что Глеб познакомит её с влиятельным приятелем. Увидев знакомые ворота, Ксения нахмурилась, но всё же прошла вслед за спутником.
Алексей ждал в гостиной. Степан назвал настоящее имя и объяснил, что работает у Орлова. Ксения несколько секунд переводила взгляд с одного мужчины на другого.
— Вы что, договорились надо мной издеваться? — выдохнула она.
Алексей не стал оправдываться. Сказал, что не терял компаний, никто не забирал дом и деньги на свадьбу по-прежнему были. Он хотел проверить, останется ли она с ним без денег. Ксения побледнела, потом разозлилась ещё сильнее.
— Ты мне месяц лгал! Заставил краснеть перед подругами, отменять заказы, объясняться с родителями! — Она с силой поставила сумку на пол. — И теперь ждёшь, что я буду благодарна за проверку?
— Нет. Но я помню, как ты сказала, что со мной больше не о чём говорить, потому что я перестал быть успешным.
Она выпрямилась и поправила волосы. Заговорила мягче: они оба погорячились, теперь можно вернуть всё как было. Алексей спросил, захотела бы она помириться, если бы он всё ещё жил в маленькой квартире и ездил на старой машине.
Ксения отвела глаза.
— Ты не можешь знать, что было бы в таком случае.
— Уже знаю, что было. И знаю, как быстро появился Глеб.
Ксения обернулась к Степану, но тот смотрел в сторону. Алексей проводил её к двери, пообещал сам урегулировать платежи за несостоявшуюся свадьбу и попросил больше ему не звонить. Она ушла, не взяв его за руку. Дома он положил возвращённое кольцо в ящик письменного стола.
На следующий день он подъехал к кафе на дорогом автомобиле. Дарья стояла у окна и видела, как прохожие провожают машину взглядами. Алексей вошёл без привычной улыбки и попросил поговорить после закрытия.
Он рассказал всё: про состояние, бывшую невесту, выдуманные денежные трудности и знакомство с Дарьей. Она выслушала молча. Только выключила свет над витриной и долго протирала чистую столешницу.
— Значит, деньги у тебя были всё это время? — спросила наконец.
— Да. Но с тобой я не играл. Я не ожидал, что мы познакомимся.
Дарья отложила тряпку.
— Ты назвался человеком, который всё потерял. Я рассказывала, как брала в долг на аренду и боялась закрыть кафе. А ты сидел напротив и слушал, зная, что твоя беда выдумана. Как мне понять, что из твоих слов настоящее?
Алексей попробовал объяснить, что радовался каждому их вечеру. Дарья признала: возможно, это было искренне. Но он не оставил ей выбора узнать настоящего человека, прежде чем привязаться к нему.
— Мне не нужны ни твой дом, ни машина, — сказала она, открывая дверь кафе. — И доказывать тебе свою бескорыстность я тоже не собираюсь. Пожалуйста, уходи.
По дороге домой Алексей позвонил матери. Нина Сергеевна не стала говорить, что предупреждала. Выслушала сына и только спросила, понимает ли он теперь разницу между человеком, который не прошёл проверку, и человеком, которому такой проверки вообще не следовало устраивать.
Второе знакомство — уже без обмана
Первые две недели Алексей не приходил в кафе. Он написал Дарье одно сообщение с извинением и добавил, что не ждёт ответа. Степану тоже извинился за то, что втянул его в унизительную затею. Когда помощник спросил, будет ли новая проверка, Алексей впервые сумел рассмеяться над собой.
В начале следующего месяца Дарья сама написала ему: мастер, которого они вместе вызывали, оставил в подсобке инструментальный ящик. Алексей знал телефон мастера и передал номер. На этом переписка могла закончиться, но Дарья спросила, как у него дела. Он ответил без привычных шуток: много работает, по вечерам гуляет, скучает по их разговорам. Не попросил встретиться.
Через несколько дней она разрешила зайти выпить чаю. Алексей пришёл после закрытия, купил пирог и оплатил его на кассе. Дарья заметила это, но не улыбнулась. Они говорили о ремонте улицы, о её сестре, о долгих рабочих поездках. На прощание Алексей спросил разрешения позвонить. Дарья кивнула, хотя сразу предупредила, что ещё сердится.
Они начали встречаться осторожно, словно знакомились заново. Алексей больше не скрывал, куда едет по работе, а Дарья прямо говорила, когда ей не нравились его привычки. Однажды он предложил безвозмездно оплатить обновление кафе, и она резко отказалась. В этот раз Алексей не настаивал: помог ей сравнить предложения подрядчиков, а решение и расходы оставил за ней.
Осенью он впервые привёл Дарью к матери. Нина Сергеевна встретила её просто, поставила на стол пирог и долго слушала, как девушка рассказывает про своё маленькое дело. После ужина Дарья помогла убрать посуду, а Алексей мыл тарелки на кухне. Мать наблюдала за ним из дверного проёма и неожиданно улыбнулась: раньше сын даже дома всё поручал другим.
В конце зимы они поехали вдвоём в небольшой город у озера. Без водителя, без помощников, без заранее составленного расписания. Вечером Алексей предложил прогуляться по набережной, остановился у фонаря и достал из кармана коробочку.
— Я уже однажды покупал кольцо, уверенный, что могу всё предусмотреть, — сказал он. — Сейчас я ничего не хочу проверять. Только спросить. Ты выйдешь за меня?
Дарья не ответила сразу. Сначала посмотрела на него, потом на кольцо. Он не торопил её. Наконец она протянула руку.
— Да, Алёша. Но у меня условие: никаких спектаклей, даже самых дорогих.
Он надел кольцо ей на палец и крепко обнял. А утром Дарья сама заказала им завтрак в маленьком кафе у вокзала. Когда принесли счёт, она подвинула его Алексею.
— На этот раз плати ты. Проверим, работает ли твоя карта.
Алексей достал бумажник. Дарья засмеялась, и он, наконец, вместе с ней.
