Катя рисовала солнце с кривыми лучами, высунув язык от усердия. Саша смотрела на нее макушку и вдруг поймала себя на том, что она совершенно не похожа на свекровь.
Мысль лениво скользнула по сознанию и ушла. Ну мало ли… Гены — штука капризная.
— Тетя Саша, а ты любишь море? — спросила девочка.
— Люблю.
— А меня возьмешь, когда поедешь?
Катя подняла глаза, серые, с желтыми крапинками. Точно такие же, как у Вадима. Саша тогда подумала, надо же, как девочка похожа на брата… Ну, бывает.
— Обязательно, — улыбнулась она.
Саша была замужем за Вадимом уже месяц, жили они отдельно. Свекровь Ирина Павловна была довольно приветлива с ней, но дистанцию все же держала. Про внуков она при Саше не заговаривала, а когда та однажды начала говорить о том, что хотела бы родить ребенка, Ирина Павловна вдруг уронила ложку и переменила тему.
— Да куда вам торопиться-то? — рассмеялась она. — Вы еще молодые, поживите для себя.
Вадим потом объяснил: мама просто устала. Катюша — ее поздний ребенок, случайный, отца нет, вот она и боится двойной нагрузки. Сашу его доводы убедили. Она видела, как Вадим возится с девочкой, и умилялась.
— Какой же он хороший брат! И наверняка будет хорошим отцом, — думала она.
Четырехлетняя Катя потянулась к ней сразу с самой первой встречи. Она обняла Сашу за шею, прижалась к ней лбом, говорила про детский сад, про мальчика Костю, который дергает ее за косички, про то, что хочет собаку.
Саша слушала девочку с умилением.
В конце концов, Саша и в самом деле решила свозить свою юную золовку на море. Вадим отнесся к этой идее сдержанно, если не сказать, скептически.
— Мама не отпустит, — на полном серьезе сказал он.
— Почему? — удивилась Саша.
Он не ответил. Встал, налил себе воды и выпил залпом. Саша с удивлением смотрела на его напряженные лопатки под футболкой и, пожалуй, впервые за все время заметила, как странно он уходит от темы. Не спорит. Не объясняет ничего… Просто замолкает, и все.
— Я сама поговорю с твоей мамой, — решительно сказала она.
Что-то мелькнуло в глазах Вадима, что-то быстрое и испуганное. Саша не придала этому значения.
***
Ирина Павловна открыла дверь довольно быстро. Пропустив невестку в квартиру, она предложила ей чаю.
— А Катя где? — спросила Саша.
— Катюша в садике. А что?
— Да вот, хочу ее к морю свозить на недельку. Мне ее свидетельство о рождении нужно.
Свекровь едва заметно напряглась.
— Зачем? — спросила она.
— Для билета.
Пауза длилась несколько секунд.
— Документы в гостиной в столе, — наконец сказала свекровь, отворачиваясь к плите, — в верхнем ящике.
Саша прошла в комнату и вынула из стола серую канцелярскую папку. Свидетельство о рождении лежало сверху. Молодая женщина читала и удивлялась, матерью Кати значилась незнакомая женщина, а отцом… В графе «отец» стояла фамилия Вадима.
Саша опустилась на край дивана. Не потому что подкосились ноги, ноги ее держали. Просто ей нужно было куда-то деться, пока внутри что-то медленно, со скрежетом, переставлялось. Как мебель в комнате, когда меняют планировку.
Сколько она так сидела, женщина сказать не могла. Время стало каким-то густым, неповоротливым.
Потом она встала, положила свидетельство обратно в папку и взяла с собой.
***
Ирина Павловна так и стояла у плиты. На Сашины шаги она не обернулась.
Саша положила папку на стол, открыла ее и выложила свидетельство.
— Как это понимать? — спросила она.
Ирина Павловна обернулась, посмотрела на бумагу, потом перевела взгляд на Сашу. Лицо у нее было странное, не испуганное, а скорее усталое. Как у человека, который долго ждал чего-то плохого и дождался.
— Это правда, — сказала она тихо. — Катя дочь Вадима.
— Вот как? А мне вы оба говорили, что она его сестра…
— Мы не хотели тебя отпугнуть.
Саша молчала. А свекровь заговорила, быстро, сбивчиво. Она говорила про какую-то женщину, бывшую Вадима, которая бросила месячного ребенка и скрылась в неизвестном направлении. Про то, как Вадим решил воспитывать Катю сам, а потом встретил Сашу и испугался, что она откажется строить семью с отцом-одиночкой…
И вот, они решили разыграть такой спектакль… Саша слушала и не слышала. Слова свекрови как будто текли мимо.
— Ее мать исчезла, — снова и снова говорила Ирина Павловна, — просто исчезла. Катюша никому не была нужна.
— Ясно, — сказала Саша и встала, — спасибо, что все-таки рассказали… Свидетельство Катино я возьму.
— Бери, чего уж там.
***
Вадим ждал ее. Когда Саша вошла, он поднял голову, и она поняла, что он в курсе того, что она знает. Вероятно, мать позвонила ему.
— Саша… — начал он.
Она положила перед ним Катино свидетельство.
— Твоя мама мне все рассказала, — мягко начала она, — но я хочу услышать и твою версию.
Он объяснял долго. Говорил про то, что много раз хотел ей сказать правду, но не мог. Про то, что боялся ее потерять.
— Я не мог тебя потерять, — повторял он, — понимаешь?
Саша ответила не сразу.
— Знаешь, Вадя, — сказала она после паузы, — за свою жизнь я повидала всякое. Видела матерей, оставивших детей в роддомах. Видела отцов, уходивших из семей с грудными детьми. Но человека, стесняющегося того, что один воспитывает дочь, я встречаю впервые.
— Саша…
— Я побуду немного одна, хорошо? — сказала Саша. — Мне нужно привести мысли в порядок.
Два дня она прожила у подруги. И все это время думала о Кате. Катя ни в чем не была виновата. Да и Вадим не был, в общем-то, виноват. Просто…
— Зачем врать? — спросила она в пустоту. — Ну зачем скрывать?!
***
На третий день она вернулась домой.
— Вот что, Вадя, — начала она, — мы с тобой должны забрать Катю от твоей мамы. Она будет жить с нами. Я удочерю ее.
Глаза Вадима увлажнились.
— Сашка… — прошептал он.
— Погоди, я не договорила, — нахмурилась она. — Больше никогда… Слышишь меня? Никогда не ври мне. Ни о чем. Ни по какой причине. Даже «из лучших побуждений». Никогда.
Вадим кивнул.
— Если ты соврешь мне еще раз, хоть в чем-нибудь, — сказала Саша, — я уйду. Вот возьму и уйду. И заберу ее с собой. Ты понял?
— Понял, — сказал он. — Саша, я… все понял.
***
Через месяц они втроем поехали на море. Катя визжала от восторга, когда увидела волны. Она хваталась за Сашу и тянула ее к воде.
— Мама! — крикнула она в один момент. — Мамочка, пойдем!
Саша вздрогнула и посмотрела на Вадима. Он стоял бледный, с застывшим лицом.
— Пойдем, — сказала она девочке, — пойдем, солнце.
Вода была теплая. Катя смеялась, брызгалась и подставляла лицо солнцу. И Саша вдруг поняла, что больше не обижается на Вадима
