Валентина Петровна поставила чайник и развернулась к Лене. Та сидела за столом с телефоном, проверяла баланс карты — сорок две тысячи после вычета налогов.
— Лена, садись нормально. Поговорить надо.
Она подняла глаза от экрана. Когда свекровь начинала так серьезно, жди подвоха.
— Слушаю.
— Я тут думала… — Валентина Петровна села напротив, сложила руки на столе. — Мы же семья, правильно? Живем вместе, едим за одним столом.
— Правильно.
— Тогда и деньги должны быть общими. По-честному.
Лена медленно отложила телефон.
— То есть?
— Ты получаешь зарплату, Сергей получает, я пенсию. Складываем все вместе, а распределяю я. Опыт у меня больше, знаю, что действительно нужно, а что блажь.
В коридоре послышались шаги — Сергей вернулся раньше обычного. Лена невольно выпрямилась. Может, муж скажет, что это абсурд?
— Что такие серьезные? — он поцеловал жену в макушку и сел рядом.
— Мама предлагает общий бюджет делать, — Лена говорила осторожно, наблюдая за его лицом.
— Логично, — Сергей даже не задумался. — Семья же. Мама опытная, она лучше знает.
Что-то холодное кольнуло Лену в грудь. Он согласился, не спросив даже ее мнения.
— Значит, я должна отдавать всю зарплату?
— Не отдавать, а вкладывать в общее дело, — поправил муж. — Правда же, мам?
Валентина Петровна довольно кивнула. В ее глазах мелькнуло торжество — как у игрока, собравшего выигрышную комбинацию.
— Подумаю до завтра, — Лена встала.
— А что тут думать? — голос свекрови стал жестче. — Я что, чужая тебе? Или плохого хочу? Просто требую справедливости!
Слово «требую» повисло в воздухе. Лена заметила, как дернулось лицо Валентины Петровны — проговорилась.
— Хорошо. Завтра дам ответ.
Утром она сказала «да». Отдала всю зарплату и смотрела, как свекровь пересчитывает купюры и прячет в шкатулку с замком.
— Мне нужны новые сапоги, — попробовала Лена через неделю.
— Сначала на продукты, коммуналку, потом на прихоти. Приоритеты знать надо.
А еще через три дня в их квартире появилась Надежда Викторовна.
— Знакомьтесь, соседка из седьмой квартиры, — Валентина Петровна хлопотала у плиты. — Надя у нас золотая. И готовит божественно, и хозяйка идеальная.
Надежда Викторовна поправила аккуратную прическу и застенчиво улыбнулась Сергею:
— Что вы, Валентина Петровна, перехваливаете…
Лена молча наблюдала со своего места в углу дивана. Как «случайно» касается руки мужа, передавая сахар. Как он краснеет. Как свекровь все это замечает и одобрительно кивает.
— А у Надюши квартира собственная, двухкомнатная, — между делом уронила Валентина Петровна. — Без кредитов. Редкость нынче.
После ухода гостьи повисла многозначительная тишина.
— Приятная женщина, — наконец сказала свекровь. — Самостоятельная. Мужчины это ценят.
Сергей закашлялся и вышел на балкон.
На следующий день Лена забрала зарплату, но домой принесла только пять тысяч. Остальные положила на новый счет в другом банке.
— Что это такое? — Валентина Петровна держала деньги, как протухшую рыбу.
— Зарплата. Премию урезали, кризис в компании.
— На сколько урезали?
— Больше чем наполовину. Что поделать, времена тяжелые.
В глазах свекрови мелькнуло раздражение. Планы явно рушились.
Надежда Викторовна между тем стала постоянной гостьей. То масло занять, то кран починить попросить. Визиты всегда затягивались до прихода Сергея, и тогда начинался настоящий спектакль.
Лена смотрела, как соседка «случайно» прижимается к мужу, показывая что-то в телефоне. Как он задерживается, провожая ее до двери. Как светится при этом Валентина Петровна.
— Надюша говорит, в управляющей компании место освободилось, — сообщила однажды свекровь. — Работа легкая, рядом с домом.
— Подумаю, — ответила Лена.
А про себя подумала о другом — накопления уже приближались к ста пятидесяти тысячам.
Через месяц она принесла домой четыре тысячи.
— Опять урезали? — голос Валентины Петровны звучал подозрительно.
— Говорят, еще будут сокращения. Может, действительно стоит работу поменять.
— Стоит, стоит, — быстро согласилась свекровь.
А вчера Лена видела, как Сергей и Надежда стояли у подъезда в обнимку. Соседка что-то шептала ему на ухо, он смеялся и гладил ее руку.
Сегодня за завтраком Валентина Петровна сказала с фальшивой заботой:
— А может, тебе пора освободить место? Для человека более… подходящего?
Она даже не старалась маскировать смысл. Лена отложила ложку.
— Вы о чем?
— Да так, размышляю о жизни. О переменах.
Картинка сложилась окончательно. Лена посмотрела на обручальное кольцо — оно показалось чужим, надетым по ошибке.
На следующий день она пришла домой с конвертом и решимостью в глазах.
— Получила зарплату? — Валентина Петровна, как обычно, встретила у порога с протянутой рукой.
— Получила. И хочу поговорить.
— Потом поговорим, давай сначала…
— Нет. Сейчас. — Лена прошла на кухню, не снимая куртки.
Сергей поднялся из-за стола:
— Что случилось?
— Я знаю про Надежду Викторовну.
Тишина стала звенящей. Муж побелел, свекровь замерла с полотенцем в руках.
— Что именно знаешь? — голос Валентины Петровны стал металлическим.
— Все. Как вы решили заменить меня на более удобную модель. С квартирой и без характера.
— Ерунда какая-то!
— Я ухожу. Сегодня.
— Как это — ухожу?! — свекровь вскочила. — На какие шиши? Ты же нищая!
Лена достала телефон, показала баланс счета.
— Не такая уж нищая.
Валентина Петровна схватила телефон, всматривалась в цифры:
— Откуда такие деньги? Ты воровала!
— Помните, как вы нагло требовали мою зарплату? — Лена забрала телефон. — Я действительно тратила ее на семью. На свою будущую семью.
— Ты обманывала нас! — голос свекрови дрожал от ярости.
— Я отдавала ровно столько, сколько по-вашему зарабатывала. Ни копейкой больше.
Сергей наконец нашел голос:
— Лена, давай без истерик, поговорим по-человечески…
— О чем? О том, как ты месяц целуешься с соседкой в подъезде? Или о том, что мама уже планирует вашу свадьбу?
Он открыл рот, но слов не нашел.
— За два месяца ты хоть раз спросил, как я себя чувствую? Или тебе важно было только мамино одобрение?
Молчание.
Валентина Петровна рванулась к конверту:
— А это что такое? Где деньги?
— В конверте справка о том, что все возвращено с процентами. А деньги потрачены на первый взнос за квартиру.
Свекровь разорвала конверт, увидела банковские документы:
— Какую еще квартиру?!
— Однокомнатную. Договор подписала позавчера.
— Ты не имела права! Это семейные деньги!
— Мои деньги, заработанные моим трудом, — Лена взяла сумку. — Кстати, о семье. Надежда Викторовна звонила мне на работу. Спрашивала, когда освобожу место. Сказала, Сергей обещал официально познакомить ее с мамой к выходным.
Валентина Петровна резко обернулась к сыну. Впервые за весь разговор в ее глазах мелькнул испуг.
— Сергей? Это правда?
Он мялся, не поднимая глаз:
— Ну… мы же просто разговаривали…
— Разговаривали? — голос матери стал опасно тихим. — О свадьбе разговаривали?
Лена открыла дверь:
— Удачи вам с новой невесткой. Только теперь уже она будет решать, кому отдавать свою зарплату. Если конечно согласится.
За спиной начался скандал. Валентина Петровна кричала на сына, тот что-то оправдывался. Голос свекрови звучал уже совсем не так властно.
Лена стояла у лифта и улыбалась. Интересно, поняла ли Валентина Петровна, что с чужими деньгами лучше не шутить?
