— Валечка, вы же понимаете, — Коля сидел напротив меня в нашей столовой и размазывал по тарелке остатки картофельного пюре, — у меня же собеседование. Важное собеседование. В крупной компании.
Он поправил свои толстенные очки в черной оправе, такие носили в восьмидесятых, и грустно вздохнул.
Господи, ну что за мужчина! Сорок два года, а все как мальчишка. Какой-то потерянный. Вечно в этих очках, съезжающих на нос, вечно рубашка заправлена криво. Вечно какая-то беда с работой.
— Валюш, а можно мне еще компота? — тихо попросил он.
— Конечно, можно, — я потрепала его по плечу и пошла на кухню. — Сиди, сейчас принесу.
Это продолжалось уже три месяца. Каждый божий день Николай приходил к нам обедать. Бизнес-ланч за сто восемьдесят рублей — суп, второе, салат и компот. И каждый божий день он рассказывал мне про свои собеседования, которые вечно срывались. Про квартиру, где батареи текут, про жизнь, которая никак не складывается.
А я слушала. Что еще оставалось делать? Мне тридцать семь, почти сорок. Я официантка в дешевой столовой возле бизнес-центра, живу в съемной однушке на окраине.
И последний раз на свидании была, наверное, в школе. То есть очень давно.
Помню, как он первый раз зашел к нам, взъерошенный, в мятом пиджаке, с портфелем, которому на вид было лет двадцать.
— У вас есть что-нибудь недорогое? — спросил он тогда.
И я почему-то сразу поняла — свой человек. Такой же неудачник, как и я.
— Бизнес-ланч за сто восемьдесят рублей, — сказала я. — Это самое недорогое. Но порции большие, наедитесь.
Он тогда так благодарно посмотрел на меня, будто я ему не обед предложила, а место для ночлега. С тех пор он стал приходить каждый день. Я сначала думала — на жалость давит. Ну не может взрослый мужчина быть таким беспомощным.
А потом поняла, еще как может, просто некоторым людям не везет в жизни. Вот как мне, например.
А мне всю жизнь не везет, с самого детства. Родители у меня рано умерли. Меня воспитывала бабушка, которая только причитала:
— Ой, Валюша, ну что ж ты такая неудачливая-то уродилась!
Институт я бросила, замуж так и не вышла, карьеру не сделала.
— Валь, а вы завтра работаете? — Коля допивал компот и смотрел на меня поверх своих нелепых очков.
— Работаю, — ответила я. — А что?
— Я просто… хотел сказать… — он замялся, покраснел, начал теребить салфетку. — В общем, спасибо вам. За все. За то, что слушаете. За компот бесплатный. Ну… за все.
И тут он встал, подошел ко мне и взял за руку. У меня сердце заколотилось.
— Валентина, — сказал он торжественно, и я подумала, что сейчас умру от смущения. — Выходите за меня замуж.
Я выронила поднос, он грохнул так, что из кухни выбежала наша повариха Светка.
— Ты чего, Валька? Все перебила?
— Нет, — промямлила я, глядя на Колю. — Все в порядке.
Квартира у Коли располагалась в старой пятиэтажке. Когда он открыл дверь и пропустил меня вперед, я чуть не упала от затхлого запаха и чего-то кислого. Я даже определить не смогла.
— Извините за беспорядок, — пробормотал Коля, включая свет. — Я тут нечасто убираюсь. Времени нет. Работу же ищу постоянно.
Беспорядок — это было мягко сказано. Это была катастрофа. Посреди прихожей стояла древняя стиральная машина, покрытая толстым слоем пыли. На ней лежали какие-то газеты, пустые банки и даже носки.
— Она не работает, — пояснил Коля, заметив мой взгляд. — Лет десять назад сломалась. Но я не выбрасываю. Памятная вещь. Мама подарила, когда я въехал.
В комнате было не лучше. Диван, продавленный посередине, с торчащими пружинами. Стол, заваленный бумагами и грязной посудой, шкаф с отваливающейся дверцей. И окно, такое грязное, что через него почти не проникал свет.
— Коля, — сказала я осторожно. — Коль, ну как ты тут живешь?
Он пожал плечами, снял свои очки и начал протирать их рубашкой. Без очков он казался еще более потерянным. Маленькие близорукие глазки, морщинки вокруг них, растерянное выражение лица.
— Нормально живу, — пожал плечами он. — Просто не до уборки было. Работу же искал. А теперь вот вы будете жить, и все наладится. Правда же?
Я посмотрела на него, на эту берлогу и поняла, что придется засучить рукава. Не для него — для себя. Потому что если я выйду за него замуж (а я уже почти решила, что выйду), то жить в этом свинарнике я точно не смогу.
— Ладно, — сказала я решительно. — Давай сюда ведро, тряпки, моющие средства. Будем наводить порядок.
— Валь, ты серьезно? — он смотрел на меня, как на святую. – Ты будешь тут убираться?
— А что делать? — сказала я. — А эту стиральную машину надо выкинуть. Мы новую купим.
Коля вдруг как-то странно вздрогнул, но промолчал.
Свадьбу решили не откладывать. Какой смысл? Нам обоим по сорок. Гостей особо не приглашали. У меня подружка Ленка, а у него — вообще никого. Расписались мы тихо в будний день, потом посидели в кафе, отметили.
— За счастье! — сказала Ленка, подмигивая мне. — Валька, ты молодец, что решилась. Хороший человек, твой Коля. Тихий, спокойный.
На свадьбу я решила сделать Коле подарок, копила, откладывала с чаевых, даже у Ленки заняла. Но все-таки накопила на новую стиральную машину. Не какую-то там навороченную, конечно, но приличную, с загрузкой на пять килограммов.
Когда грузчики притащили коробку, Коля побледнел.
— Валь, это что?
— Стиральная машина, Коль. Подарок тебе. То есть нам. Свадебный подарок. Сейчас установим, а старую твою рухлядь вынесем наконец. Я договорилась, ее на металлолом заберут, еще и денежку дадут.
И тут началось такое, что я до сих пор вспоминать без дрожи не могу.
— Какой металлолом?! — заорал Коля так, что грузчики аж попятились. — Ты что наделала?!
Я опешила. За все месяцы, что мы встречались, он ни разу не повысил голос. А тут как с цепи сорвался.
— Коля, ты чего? — пробормотала я. — Это же подарок.
— Где машина? — бушевал Коля. — Где старая машина?!
— Так вон, внизу уже, — пролепетала я. — Грузчики вынесли, пока ты в магазин ходил.
Он бросился вниз по лестнице, я помчалась за ним. Внизу стояла машина, забирающая металлолом, двое мужиков уже загружали нашу старенькую «стиралку» в кузов.
— Стойте! — заорал Коля. — Не смейте!
Он бросился к машине, начал вытаскивать «стиралку» обратно. Грузчики смотрели на него, как на сумасшедшего. Я тоже смотрела и не понимала, что происходит?
А потом Коля начал трясти стиральную машину, и из нее посыпалось деньги. Пачки денег, завернутые в целлофановые пакеты.
— Ты чуть не выбросила два миллиона! — Коля повернулся ко мне, и лицо у него было такое, что я попятилась. — Понимаешь?!
Потом мы сидели на кухне, передо мной на столе лежали грязные пачки денег. Коля ходил кругами по кухне и говорил, говорил, говорил.
— Я проверял тебя, понимаешь? Проверял! Все женщины — хищницы. Все хотят только денег. А ты казалась другой. Простая официантка, добрая, бескорыстная. Я специально прикидывался бедным. Специально эти очки нелепые носил, в дешевом магазине одевался. Хотел найти ту, которая полюбит меня не за деньги!
— То есть ты… богатый? — я все еще не могла поверить.
— У меня своя фирма, три офиса в Москве, — сказал Коля. — Квартира в «Москва-Сити». Загородный дом достраиваю. Но банкам я не доверяю! Поэтому деньги дома храню в разных местах. А стиральная машина — идеальное место. Кто додумается там искать?
Я смотрела на него и не узнавала. Это был не мой милый неудачник Коля, это был чужой человек, расчетливый, недоверчивый и жестокий.
— И квартира эта… — я обвела рукой убогую кухню. — Тоже специально?
— А как еще проверить? — сказал он. — Если бы привел в нормальную квартиру, ты бы сразу поняла, что у меня деньги есть. А так я посмотрел, как ты тут убиралась, старалась уют навести. Молодец, прошла проверку. Только вот со стиральной машиной облажалась.
— Проверку? — я встала, ноги подкашивались. — Проверку, Коля? Я, значит, проходила у тебя проверку? Как собачка на выставке?
— Валь, ну что ты так реагируешь? — сказал Коля. — Это же нормально, проверить человека, прежде чем связывать с ним жизнь.
— Нормально? — я взяла со стола свою сумку. — Знаешь что, Коля. Или как там тебя на самом деле зовут. Можешь свои миллионы засунуть …..обратно в стиральную машину. И жениться на ней. Вы отлично друг другу подходите!
— Валя, ты что, с ума сошла? Ты же теперь богатая! — кричал мне вслед Коля. — У нас будет все, квартира, машина, отдых на Мальдивах!
— У тебя будет, — поправила я его. — А мне жить с таким проверяльщиком не хочется.
Я пошла к двери, а он побежал за мной.
— Валя, постой! Валя, ну не глупи! Это же деньги! Большие деньги!
— Сам с ними и живи, — сказала я, открывая дверь. — А мне любимый человек нужен, а не экзаменатор. Прощай, Коля. И новую стиральную машину можешь себе оставить. Подарок все-таки.
Я ушла.
А через месяц он заявился ко мне на работу. Но это был уже не тот Коля, которого я полюбила. Дорогой костюм, модные очки в тонкой оправе, уверенная осанка, богатый успешный мужчина.
— Валя, — начал он. — Валя, прости меня. Я понял, что натворил. Ты была единственной настоящей женщиной в моей жизни. Единственной, кто любил меня, а не мои деньги.
— Любила, — поправила я. — В прошедшем времени, Коля.
— Валя, дай мне второй шанс! Я все исправлю! — молил Коля. — Никаких больше проверок не будет!
Я развернулась и пошла обратно в столовую. А он остался стоять у входа. Богатый, успешный и очень одинокий мужчина со своими миллионами в стиральной машине. Все говорили, зря я от него ушла. Но елки палки, как жить -то с таким?
