— Не прикидывайся! — всё больше распалялся Сергей. — Нотариус всё выяснил. Ты сняла со счёта матери двести тысяч, а потом ещё триста!
Полмиллиона!
А пенсия матери? Тоже прикарманила? Тебе это с рук не сойдёт!
— Серёжа, деньги ушли на оформление наследства после папы. Маме нужны были лекарства, еда специальная, памперсы.
Коммуналку я оплачивала, услуги медсестры, матрас противопролежневый тоже не копейки стоил.
У Наташи с её старшим братом Сергеем никогда не было хороших отношений.
Их общая мать Татьяна Викторовна развелась с отцом Сергея, когда мальчику было четыре года, будучи уже беременной Наташей.
Второй муж Татьяны Викторовны сразу же усыновил Сергея и старался относиться к обоим детям одинаково, но всё равно считалось, что мальчика лишили отца (хотя этот пьяница доброго слова не стоил и допился до см..ерти спустя два года после развода).
«Страдающий» Сергей быстро понял, что на этом можно играть и, став немного постарше, изводил мать капризами и упрёками.
Татьяна Викторовна, как могла, доказывала ему свою любовь, в итоге избаловала донельзя, как выражалась её собственная мать.
При отчиме Сергей старался вести себя прилично.
Отец Наташи был мужчиной суровым и хоть никогда не повышал голос и руку ни на кого не поднимал, мог «убить» одним взглядом, ну или карманных денег лишить пацана.
Честно сказать, Наташа облегчённо вздохнула, когда выяснилось, что уехавший учиться в другой город брат в отчий дом возвращаться не собирается.
Маму ей, конечно, было жалко, но объективно говоря, в квартире теперь стало спокойнее и веселее.
Сергей приезжал домой раз в год, звонил матери пару раз в месяц, всем своим поведением и словами показывая, как он прекрасно без них живёт.
— Ну вы же там сами разберётесь, да? — сказал он, когда Наташа по телефону сообщила ему, что у мамы случился инсульт. — Я слышал, что в 50 лет это не так уж и страшно — поправится. Надо лишь хорошо за ней ухаживать.
— Мы с папой ухаживаем, — спокойно ответила Наташа. — Но ты бы приехал, знаешь же, как мама тебя любит. Ей бы легче стало.
— Посмотрим.
Сергей приехал только через две недели, покрутился в больнице, перекинулся парой слов с отчимом и сестрой, дал немного денег и укатил обратно.
Татьяна Викторовна восстанавливалась тяжело. Целый год Наташа, бросив свою работу, занималась мамой, и они уже добились значительных успехов, когда неожиданно скончался от инфаркта отец Наташи.
Это был тяжёлый удар для мамы, и она снова оказалась в больнице. На этот раз Сергей приехал почти сразу, поговорил с врачами, вместе с Наташей организовал похороны отца и уезжать не торопился.
— Наследство надо оформлять, — через две недели после похорон сказал он Наташе. — Мать сама этого сделать не может.
Я поговорил с ней — доверенность она выпишет нам обоим. Нотариуса привезу.
— Куда ты торопишься? — устало спросила Наташа. — Мама придёт в себя и сама всё сделает.
— Это может затянуться, а мне нужно возвращаться, — отрезал Сергей. — С мамой я уже договорился.
Каково же было его удивление, когда выяснилось, что покойный оставил завещание, согласно которому его личная квартира, в которой все эти годы жила семья, и счёт в банке достаются исключительно Татьяне Викторовне.
— Ну надо же! — выдохнул Сергей.
— Папа так захотел — его право, — спокойно отреагировала Наташа.
— Не, ну понятно, что я ему неродной, но он и тебе ничего не оставил. Как так? Может, завещание поддельное? — не унимался брат. — Это надо выяснить!
— Делай, что хочешь, — отмахнулась она. — Мне главное — маму на ноги поставить.
Однако Сергей уехал и лишь пару раз за месяц позвонил, чтобы узнать о самочувствии матери.
К удивлению Наташи, брат приехал на сороковины её отца.
К тому времени и Татьяну Викторовну выписали из больницы, и чувствовала она себя вполне сносно… Пока любимый сынок её не расстроил…
Наташа спокойно оставила брата общаться с матерью, отправившись мыть посуду после гостей, и не сразу поняла, что происходит что-то неладное.
— Ты понимаешь, что мне деньги нужны?! — вдруг раздался громкий голос Сергея. — Продавай квартиру! Зачем тебе целая трёшка?
И деньги давай поделим! Ты с собой на тот свет планируешь всё забрать, что ли?!
— Сыночек, не кричи, — испуганно отвечала Татьяна Викторовна. — У меня и так голова болит…
— Ты с ума сошёл?! — ворвалась в комнату Наташа. — Прекрати сейчас же!
Она бросилась за лекарствами, попыталась успокоить мать, а брат расходился всё больше, кричал всё громче, требуя денег, и даже стучал кулаком о стену.
Физически справиться с ним хрупкая Наташа, конечно, не могла и вызвала полицию.
Только после приезда правоохранителей он угомонился, а потом куда-то ушёл.
Мама плакала и причитала, что боится сыночка, просила её не бросать, защитить.
Чтобы как-то успокоить её, Наташа в тот же день вызвала мастера и поменяла замки во входной двери.
— Вы ещё пожалеете! — грозно пообещал Сергей, по возвращении обнаруживший, что не может войти в квартиру.
Больше они его не видели и не слышали.
Вскоре после того скан..дала Татьяна Викторовна попросила вызвать нотариуса и оформила доверенность только на Наташу.
Она продолжала ухаживать за мамой, которой становилось всё хуже, и через полгода была просто вынуждена по суду признать её недееспособной и оформить официальную опеку над родительницей.
Как она жила всё это время, поймёт только тот, кто лично ухаживал за недееспособным человеком.
Окружающие жалели Наташу и советовали поместить Татьяну Викторовну в какой-нибудь пансионат, но она категорически отказывалась.
Мама скончалась через два года после смерти мужа.
И тут снова появился Сергей. Буквально на следующий день после похорон он отправился к нотариусу заявлять свои права на наследство, а вскоре явился к Наташе со скан..далом.
— Решила, что ты самая умная? — набросился он на неё с обвинениями. — Присвоишь деньги со счёта матери, и тебе за это ничего не будет?
— Ты о чём вообще? — изумилась она.
— Не прикидывайся …! — всё больше распалялся Сергей. — Нотариус всё выяснил.
Ты сняла со счёта матери двести тысяч, а потом ещё триста!
Полмиллиона! А пенсия матери? Тоже прикарманила? Тебе это с рук не сойдёт!
— Серёжа, деньги ушли на оформление наследства после папы. Маме нужны были лекарства, еда специальная, памперсы.
Коммуналку я оплачивала, услуги медсестры, матрас противопролежневый тоже не копейки стоил…
— Во-о-от… Какой матрас? Его доктор прописывал? БАДы эти врач рекомендовал? Что ты мне сейчас по ушам ездишь?
— Я делала всё, чтобы мама более-менее нормально жила, — Наташа решила, что с неё хватит, и заговорила резче. — А от тебя ни помощи, ни доброго слова мама не дождалась.
— Да? А кто меня выставил из квартиры? И всё, чтобы наследством не делиться.
Теперь этот номер у тебя не пройдёт. Каждую копейку в наследственную массу вернёшь, весь миллион!
— Какой миллион?!
— Я считать умею и выписки видел. После тех 500 тысяч ты ещё много раз деньги тратила, а потом ещё и остаток сняла — 280 тысяч. Где они?
— Я всё тратила на маму и на жизнь. Я ведь даже работать не могла, Серёж.
— Да неужели? И вот эти переводы какому-то дяде Лёше 15 тысяч, какой-то тёте Гале десять. Это что?
Наташа тяжело вздохнула и попросила саму себя набраться терпения.
— Если бы ты был нормальным сыном, то знал бы, что дядя Лёша — двоюродный брат мамы, с которым она всю жизнь поддерживала связь, и у него пог..ла дочь. Мама решила его поддержать. Тётя Галя — тоже родственница, мама её с юбилеем так захотела поздравить.
— Чего она там хотела? — издевательски произнёс Сергей. — Она же невменяемая была, ты же сама её недееспособной признала.
— Мама была живым человеком! Со своими чувствами и желаниями. Не смей так про неё говорить! — сорвалась на крик Наташа. — Уйди! Христом богом прошу — уйди сейчас.
— Какие мы нервные, — с недоумением глядя на неё, отметил брат. — Когда моё наследство разбазаривала, не нервничала, наверное.
Но всё-таки ушёл.
Напрасно Наташа надеялась, что Сергей успокоился, что они просто поделят всё наследство пополам и разойдутся — брат вернулся через некоторое время с новостью.
— Вот! Ознакомься, — он почти швырнул ей в лицо какие-то бумаги. — Я посмертную психиатрическую экспертизу заказал.
Мать, когда выдавала тебе доверенность, уже была невменяема. Так что никаких прав ты не имела тогда деньги снимать, да и потом тоже.
— Ты сам-то нормальный? — осведомилась Наташа.
— Я — да. В общем, если не вернёшь деньги в общий котёл, я пойду в прокуратуру, — пригрозил Сергей.
— Да иди ты, куда хочешь!
Она уже поняла, что нервы ей брат потреплет знатно, но никакой вины за ней не было, и уступать ему она не собиралась.
Наташа лишь мысленно похвалила себя, что всё время ухода за мамой собирала каждый чек, каждый договор — всё! — и могла все траты подтвердить.
Опека, кстати, все её отчёты тщательно проверяла и принимала.
Прокурорская проверка никаких нарушений не нашла, и Сергей отправился в суд, но и там ничего не добился.
Там ему объяснили, что Наташа действовала строго в интересах матери, чему есть документальные подтверждения. Так что делите, что осталось от наследства, и точка.
Наташа подозревает, что эта делёжка будет стоить ей кучи нервов, но она уверена, что справится.
