Кристина сидела в гостиной и смотрела на часы. Два часа ночи. Данечка уже давно спала в постели. А она вот все мужа ждала. А его не было. Кристина нервно затопала ногой. Сколько это уже может продолжаться? Неделя за неделей, месяц за месяцем… «Завал на работе», — отмахивался Паша. «Важный проект», — бубнил он в трубку, когда у нее получалось дозвониться. «Переговоры, Кристин, ну ты же понимаешь!».
Понимать? Что ей понимать? Что он ей врёт? Эта мысль, как заноза, сидела в сердце. С каждым днем все глубже вонзалась.
Она встала, прошлась по комнате, задевая ногой разбросанные игрушки Данечки. Сын — единственная отрада в этой пустоте, которая все больше поглощала их дом. Паша видел его все реже, все меньше интересовался их жизнью. Даже по выходным он часто «работал».
За компьютером, с телефоном в руке, отгородившись от них невидимой стеной. Кристина подошла к окну. Уличные фонари рисовали на асфальте бледные круги. Пусто. Только изредка промелькнет одинокая машина. А где он сейчас? С кем? Вопрос этот бил молотом по вискам.
Она вспомнила, как они познакомились. Паша, такой внимательный, заботливый, с глазами, полными любви. Куда все это делось? Размешалось в этой серой, рутинной жизни?
Или он просто разлюбил? Или, еще хуже, полюбил другую? Кристина дрожащими руками заварила себе крепкий чай. Надо успокоиться. Надо взять себя в руки.
Но ком в горле не давал глотать. А в голове крутились обрывки фраз, случайных взглядов, недосказанных слов. Она пыталась отмахнуться от них, как от назойливых мух, но они возвращались. И жужжали все громче и настойчивее.
Телефон завибрировал на столе. Кристина вздрогнула. Паша? Бросилась к телефону, схватила. Но на экране незнакомый номер. Какой-то спам. Кристина сжала телефон в руке.
Внезапно в памяти всплыл разговор с подругой. «Знаешь,» — многозначительно протянула Светка, — «мужья, которые вдруг становятся трудоголиками, обычно находят себе… хобби». Кристина тогда отмахнулась, но семячко сомнения уже назрело. А вдруг у Паши кто-то есть?
В последние месяцы он стал более тщательно следить за собой. Новые рубашки, дорогой парфюм, спортзал три раза в неделю. Раньше он с иронией относился к этому. Для кого он так старается? Для неё? Вряд ли. Они почти не разговаривали, не проводили время вместе. Уже интима никакого не было — сразу спать отправлялся.
Кристина посмотрела на фотографию на комоде. Счастливые, сияют в день свадьбы. Куда девалась эта радость? Когда все начало рушиться? Она заметила, что перестала узнавать собственного мужа.
Телефон постоянно при нем, даже в ванной. И пароли на все аккаунты давно сменил. Она представила себе другую женщину. Моложе, красивее, без груза быта и материнства. От этой мысли стало физически больно, будто кто-то сжал сердце в тисках.
Внезапно ночную темноту за окном прорезали фары. У подъезда остановилась машина. Паша. Кристина почувствовала, как к горлу подступает тошнота. Что она скажет ему? Как спросить? А вдруг она ошибается? Но интуиция кричала — что-то не так. Что-то сломалось в их жизни, и это «что-то» имеет имя.
Ключ звякнул в замке. Шаги. Паша вошел в квартиру, тихо прикрывая за собой дверь. Кристина замерла, наблюдая за ним из темноты. Муж снял пиджак, небрежно бросил его на стул, и только тогда заметил ее.
— Ты чего не спишь? — спросил он.
— Тебя ждала.
— Извини, задержался, — он потер лоб. — Работа…
Кристина смотрела на Пашу, пытаясь разглядеть в полумраке хоть какую-то причину верить ему. Но видела только чужого человека.
— Паш… — начала она, но муж перебил.
— Я ужасно устал, Кристин. Давай поговорим завтра, — и пошел в спальню.
— Нет! — Кристина вспыхнула. — Мы поговорим сейчас! Я больше не могу так!
Паша остановился, медленно повернулся к жене. В глазах мелькнуло раздражение.
— Что случилось? Что ты там себе накрутила?
— Я хочу знать правду, Паш! — Кристина подошла к мужу. — Что происходит? Почему ты так изменился? Где ты пропадаешь?
Муж тяжело вздохнул, провел рукой по волосам.
— Кристин, ты устраиваешь истерику на пустом месте. Я же сказал, работа! У нас важный проект. Я работаю день и ночь, чтобы обеспечить семью! Ты хоть представляешь, какое сейчас время?!
— Я представляю, как сижу дома одна, с ребенком, и жду тебя ночами! — Кристина не могла сдержать слез. — Ты живешь какой-то своей отдельной жизнью!
Паша молчал.
— Ты сама выбрала сидеть дома с ребенком. Я работаю, чтобы у вас все было. Что тебе еще нужно?
— Мне нужен муж! — выкрикнула Кристина. — А ты шляешься с какими-то…
— Ты о чем?
— Кто она? — Кристина с вызовом смотрела ему в глаза. — У тебя есть другая, я знаю!
— Ты с ума сошла? У меня никого нет.
— Нет?! А как объяснить твои задержки, новые рубашки, спортзал? Для кого ты так прихорашиваешься, Паша? Для начальника?
Паша побагровел.
— Ты устраиваешь скандал из ничего! — Паша повысил голос. — У меня сложный период на работе, а ты вместо поддержки закатываешь истерики!
— А меня кто поддержит? Я так устаю с Даней, скучаю, а ты!
— Хватит! — рявкнул Паша. — Я устал от твоих подозрений! У меня нет никакой другой женщины!
— А я тебе не верю! — Кристина упрямо сжала губы. — Докажи! Покажи телефон!
Паша молчал.
— Хорошо, — процедил он сквозь зубы. — Если ты так хочешь знать правду. Да, у меня есть другая. Довольна?!
Кристина задохнулась. Она знала, чувствовала это, но услышать подтверждение из его уст было невыносимо больно.
— Довольна? Ну раз мы все разрешили, значит собирайте свои вещи и убирайтесь.
Что?! — Кристина ошеломленно смотрела на мужа.
— Убирайся! — повторил Паша. — Забирай своего сына и уходи! Я не хочу тебя больше видеть!
Кристина пошатнулась. Она не верила ушам. Он выгоняет их с Данечкой?
— Ты не можешь… — пролепетала она.
— Могу! — Паша был неумолим. — Это моя квартира! Завтра же собирай вещи и уезжай!
Кристина посмотрела на этого чужого, озлобленного человека, которого она когда-то любила. И поняла, что все кончено.
— Хорошо, — сквозь слезы произнесла Кристина. — Мы уйдем. Но ты пожалеешь об этом, Паша. Пожалеешь…
Повернулась и побрела в детскую. Данечка спал, обняв плюшевого мишку. Ангелочек. Кристина смотрела на сына, и слезы ручьем текли по щекам. Как она могла допустить такое? Как позволила этому человеку разрушить их жизнь? Она осторожно погладила Данечку по голове. «Мы справимся, малыш,» — прошептала она. — «Мы все преодолеем.»
Следующие дни прошли как в тумане. Кристина механически собирала вещи, упаковывала игрушки, вещи. Ее родители жили в другом городе, но, узнав о случившемся, сразу приехали помочь.
Мама только молча обнимала дочь и плакала вместе с ней. Уезжать из квартиры было невыносимо больно. Ну вот и переехали. Мама помогала с ребенком, отец поддерживал как мог. Кристина нашла работу. Скромную, но это давало хоть какую-то финансовую независимость.
Время, как известно, лечит. Постепенно острая боль притупилась. Кристина начала жить заново.
Данечка рос, становился все более похожим на Павла. Иногда, глядя на сына, Кристина чувствовала укол боли, но тут же отгоняла эти мысли. Прошлое нужно оставить в прошлом. Она старалась не думать о Павле, не интересоваться его жизнью. От знакомых услышала, что он второй раз женился. Кристина только горько усмехалась. Пусть будет счастлив. Ей все равно.
Прошло три года. Кристина стояла на детской площадке, наблюдая, как Данечка играет с другими детьми. Осеннее солнце пробивалось сквозь золотую листву деревьев. Вдруг она заметила знакомую фигуру. Павел. Тот стоял неподалеку, неуверенно переминаясь с ноги на ногу. Похудел, постарел. Кристина отвернулась.
— Кристина… — услышала она его голос. — Здравствуй.
Она медленно повернулась.
— Чего тебе?
— Я хотел увидеть Данечку, — пробормотал он, глядя на сына.
— Не надо ему мешать.
— Кристин, я… был неправ, — Павел опустил голову. — Я очень жалею…
Кристина молчала. Ей не нужны были его извинения.
— Я все потерял, — продолжал бывший муж хриплым голосом. — Она ушла. К богатому какому-то.
Кристина посмотрела на Пашу. И вдруг поняла, что не чувствует ни боли, ни злости. Ни даже торжества.
— Жалуйся кому-нибудь другому. А если ждешь, что я тебя, брошенного, приму — не дождешься. Мне пора, — сказала она и пошла к сыну.
Ей нечего было сказать этому человеку. Их история закончена.
