Через некоторое время они увидели, как в траве заструилось тело огромного грызуна с длинным хвостом. От неожиданности и страха друзья окаменели и только проводили глазами крысу, которая скользнула в сарай…
— Ну, что, малыш, будем с тобой дружить? – бабушка Аня поглаживала ласкового котенка по ухоженной мягкой шерстке.
Не прошло и получаса, как уехали дочь, зять и внучка. В отпуск, на море. Любимца всей семьи решено было оставить на пару недель у бабушки Ани в деревне. Четырехмесячный Маркиз растерянно смотрел на дорогу, по которой автомобиль увез его любимых людей. А вдруг – навсегда?
— Не волнуйся, Маркиз, они вернутся, а ты погости у меня. Вдвоем нам будет веселей, – ласково приговаривала бабушка. – Вот только имя у тебя такое, что больше взрослым котам подходит. Я буду тебя звать Мариком, согласен?
«Марик так Марик», — вздохнул тот и потопал в дом, попить молочка – у бабушки оно вкусное, в городе такого нет.
— Марик, со двора не уходи. За воротами собаки бегают, поймают – загрызут! – инструктировала его бабушка Аня. – Лучше поиграй в огороде, там бабочки, кузнечики. А я сейчас закончу дела в доме и тоже выйду, покопаюсь на грядках.
Через несколько минут, проведенных в огороде, от недавней тоски не осталось и следа. Так весело было выслеживать бабочек на распустившихся цветках, подкрадываться и взмывать в воздух в попытке поймать их. Ну и пусть, что не удалось словить ни одной, зато сколько азарта и веселья!
В погоне за кузнечиком Марик прыгнул в заросли травы у плетня и, уже было, прихлопнул того лапой, но вдруг услышал:
— Тихо! Тихо, не шебурши! – на него строго и серьезно смотрел котик – ровесник Марика, который таился в траве. – Заметит — и все сорвется!
В отличие от упитанного, добродушного Марика, он выглядел худым. По шерстке, которую едва ли кто ему вычесывал, было понятно, что котик живет независимо от людей. Сам по себе.
— А почему – не шебурши? – шепотом спросил Марик.
— А потому! – неласково ответил незнакомец. – Пахомыч с рыбалки пришел. Сейчас он выберет улов, а сам пойдет развешивать сеть на просушку, вот тут-то можно будет стянуть рыбки. Знаешь, какая она вкусная!?
— Я тоже хочу попробовать рыбки, – загорелся Марик.
— А ты уже пробовал стащить что-нибудь незаметно, чтоб не попасться? – Незнакомец с сомнением посматривал на Марика, который даже кузнечика поймать не смог. – Ну, ладно. Надо же когда-то учиться. Смотри на меня и делай, как я.
И котик вновь прильнул к щели в ограде.
— Скоро? Скоро уже? – тормошил его Марик, но незнакомец только шипел и отмахивался лапой.
— Ну все, пошли, – наконец прошептал он и легко перемахнул через плетень.
Марик последовал за ним, но получилось у него это не с первого раза и не так ловко. На полусогнутых лапах они приблизились к корыту, в котором серебрились и чуть подрагивали хвостами рыбешки. Не мешкая, незнакомец схватил одну из них и стремглав кинулся назад, ловко перемахнув с ношей через ограду.
Марик замешкался, выбирая добычу, наконец, схватив самую большую рыбину, поволок ее по земле, но у плетня остановился в задумчивости. Перепрыгнуть с ней на свою сторону не выйдет — уж очень тяжела оказалась ноша. Здесь он и был схвачен за холку Пахомычем.
— Ах ты, ворюга! Попался!? – торжествовал рыбак. – Анна! Твой шельмец или чей чужой?
Он поднял над плетнем незадачливого расхитителя, демонстрируя его соседке.
— Мой, Пахомыч, мой! – всполошилась бабушка Аня. – Давай его сюда, что он натворил-то?
— Чуть без улова меня не оставил! – смеялся сосед.
— Да ладно тебе! – вступилась за воришку бабушка. — Не оставляй без присмотра улов, не искушай! Продай-ка лучше мне рыбки на жареху, да этому обормоту полакомиться.
Бабушка Аня еще долго выговаривала Марику, даже шутя потрепала его за ухо. Тот, виновато опустив глаза, слушал хозяйку, а в ушастой голове крутилась мысль: «Надо было брать рыбешку поменьше. В следующий раз – так и сделаю».
В огороде его уже ждал более удачливый «подельник». Забравшись в кусты, где у того было оборудовано гнездо, разговорились:
— Что, попало тебе? – сочувственно спрашивал его хвостатый собрат.
— Да так, немного поругали, – смущенно прятал глаза Марик.
— Ну, поругали – это ничего. Хуже, когда бьют, а бьют не за то, что воруешь, а за то, что попадаешься, – учил его кошачьей мудрости бездомный котик.
— Так ты прям здесь и живешь? – удивлялся Марик, оглядывая жилище нового друга. – А кто тебя кормит? Где ты прячешься, когда дождик пойдет? И вообще – неужели тебе не страшно на улице ночью?
— Кормит! – ухмылялся тот. – Кто ж меня будет кормить? Что добуду, то и ем. А ночью здесь даже лучше, чем днем. Ночью мышек больше и ловить их легче. Я вообще никого не боюсь, потому, что от всех могу убежать. Хотя, есть тут один пес, который меня караулит. Вот его я боюсь, – признался он. – Если поймает, когда зазеваюсь – несдобровать мне.
— А как тебя зовут? Меня вот бабушка зовет – Марик, хотя полное имя – Маркиз.
— Меня никто никогда не звал, – вздохнул котик. – Поэтому имени у меня нет.
— А давай, я тебе имя придумаю. Должен ведь я тебя как-то звать? – предложил Марик.
— Давай! – обрадовался тот. – Только придумай мне хорошее имя.
Марик наморщил лобик, задумался. Даже усики задрожали от напряженной мыслительной работы.
— Я буду звать тебя – Пуля! – наконец выдал он. — Потому, что ты быстрый и ловкий. За тобой никто не угонится!
— Пуля? А что – хорошо! – согласно улыбнулся обладатель экзотического имени.
— Покажи-ка мне, Пуля, ваши местные достопримечательности!
И друзья отправились на прогулку…
На следующее утро бабушка Аня сокрушенно всплескивала руками и причитала, идя из сарая:
— Опять! Опять одного цыпленка нет! Повадился кто-то таскать цыпушек, теперь всех изведет!
— Я видел, кто стащил цыпленка, – округлив глаза, рассказывал Марику Пуля. – Это крыса! Огромная! Ночью пришла откуда-то и пробралась в сарай.
— Надо ее отвадить, – решительно произнес Марик. — Жалко цыплят, они такие маленькие. И бабушку жалко.
— Ага! Ты бы видел ее. Она огромная! Я с ней не справлюсь, – Пуля задумчиво посмотрел на друга. – Вот если вдвоем… Поможешь мне?
Ночью Марик улизнул из дома в форточку и бесшумно прокрался к гнездышку Пули. Тот ждал его. Вдвоем они устроили засаду у сарая.
Ждали недолго, через некоторое время, в свете полной луны, они увидели, как в траве заструилось тело огромного грызуна с длинным хвостом. От неожиданности и страха друзья окаменели и только проводили глазами крысу, которая скользнула в сарай.
— Ну, что же ты! – возмутился Марик.
— А ты что? Сдрейфил? – подначил его Пуля. – Когда будет выбираться, кинемся вместе, по моей команде.
Крыса также бесшумно скользнула наружу. В зубах у нее слабо попискивал цыпленок.
— Давай! – взвизгнул Пуля, и друзья разом кинулись на разбойницу!
Утром бабушка Аня обнаружила на травке у сарая мирно подремывающих Марика и незнакомого котика. Рядом с ними бродил цыпленок и норовил зарыться под шубку то одного, то другого. У дверей сарая лежала тушка огромной крысы.
— Да мои вы хорошие! – всплеснула руками бабушка. – Да как вы смогли-то ее победить? Она же могла вас загрызть! Пойдемте со мной, награжу вас молочком и сметанкой!
— Пойдем, Пуля, не бойся, – Марик подталкивал оробевшего друга. – Угостимся на славу!
Пуля, никогда не бывавший в жилище человека, робел и стеснялся. Но от молочка не отказался, а от сметаны испытал вкусовой шок! А бабушка наглаживала того и другого, ласково ворковала, заботливо угощая своих «заступников».
Сытые котики вышли на свежий воздух и развалились на крыльце. Спасенный ими цыпленок не реагировал на призывы своей мамочки-клуши и, оставив братьев и сестер, неотступно следовал за своими спасителями.
Те относились к нему благодушно, изредка смахивая его с себя, когда тот принимался чистить им шерстку клювиком.
— Да, Марик, — вздыхал Пуля. – Конечно, жить с хозяйкой – не то, что бездомным. И голодным не будешь, и погреться есть где, и защитят при необходимости. Вот бы и мне так…
Бабушка присела на ступеньку, улыбаясь глянула на хвостатых друзей и шебутного цыпленка:
— Вот заберут Марика в город, так хоть ты меня не оставляй, – она ласково потрепала Пулю по ушастой головке. – И тебе не скитаться, и мне веселей. Опять же – разору в хозяйстве меньше. Договорились?
Пуля вскочил и замурлыкал громко и счастливо, бодая бабушку лбом, как глупый теленок.
Пуля привлек ее внимание беспокойным поведением и громким мяуканьем. Он крутился у ног, заглядывал в глаза и норовил сунуться под тяпку. Войдя вслед за ним во двор соседа, она поняла, что беда случилась не с котами…
Маркиз проснулся еще затемно. Очень хотелось повернуться на другой бок и вновь закрыть глаза. Но дело – превыше всего! Сегодня настал день расплаты, день великой мести пернатому отморозку!
С завистью поглядывая на Пулю, который тут же вольготно растянулся на лежанке, он, позевывая, протопал к приоткрытой двери. Устроился так, чтобы противный Петя не заметил его, когда засунет свой клюв на веранду, намереваясь оглушить мирно спящих друзей ежеутренней побудкой.
Как вольготно развалился Пуля, даже одному ему места мало! А ведь недавно они помещались на лежанке втроем. Еще и Племяш мостился между ними. Теперь Племяш живет у Пахомыча, но днем навещает своих «дяденек», рассказывает про рыбалку, про хозяина, угощается молочком. Для ласкового Племяша у бабушки Ани всегда найдется и молочко, и ложка сметаны.
Пахомыч души не чает в своем новожителе. Лучший кусочек – ему, постельку помягче – тоже. И поговорить с хозяином – одно удовольствие, главное не перебивать, а иногда поддакнуть ему согласным мурлыканьем.
Заметно подобрел сосед, даже рыбу воровать у него не приходится – сам зовет, когда с уловом. Угощает хвостатых от пуза, еще и хозяйке нагрузит полную миску, знает ее слабость к свежей рыбке.
Справляется Племяш со своими обязанностями – на глазах меняется дед. Из угрюмого, нелюдимого старика превращается потихоньку в доброго дедушку с веселыми морщинками возле глаз. Даже с бабушкой Аней стал перебрасываться парой слов через плетень. Поболтают, посмеются – и разойдутся довольные друг другом.
Маркиз даже заулыбался, вспоминая приятные моменты жизни с таким соседом. И вдруг… Дикий крик опрокинул его на спину и временно обездвижил:
— Подъем, хвостатые! Солнце уже высоко!
— Ах ты, мразь хохлатая! – взвизгнул Маркиз, очухавшись от шока, и кинулся в погоню, но поздно – Петя стремительно пересек двор и взлетел на ограду. Тут его не достать!
— Ну, скотина пернатая! Все равно я тебя выловлю, вырву тебе все перья из твоего роскошного хвоста! – бесновался Маркиз, бегая вокруг изгороди, из-за которой за ним наблюдало пернатое семейство.
Клуша поспешно увела цыплят в сарай – нечего слушать, как их папку оскорбляет какой-то хвостатый хулиган. Оставшийся снаружи гарем неодобрительно посматривал на распоясавшегося кота. Петя делал вид, что его это ничуть не касается, даже не глядел в сторону Маркиза.
— Что, великий воин, опять засада провалилась? – с крыльца за спектаклем наблюдал Пуля. – Успокойся, не нервируй себя и пернатых, пойдем пить утреннее молочко. Бабушка уже плеснула в плошки.
Бабушка Аня разлила молочко по блюдцам, заметила, что отсутствует Племяш – с Пахомычем, наверное, на реке задержались. Но ладно, попозже придет.
Маркиз и Пуля решили встретить рыбаков, но к своему удивлению увидели, что тележка с сетями — во дворе. Сеть сухая, значит, с вечера ее не ставили. Странно. Наверняка Племяш дома, но молочко пить не пришел. Котов охватило чувство тревоги – что-то случилось!
Племяш! Племяш, ты где? – забеспокоились коты.
Через некоторое время Племяш выбрался в открытую форточку. Выглядел он утомленным.
— Беда, дяденьки! – пропищал он. — Хозяину худо. Вчера утром на рыбалке простудился, а с вечера — с кровати встать не может. Бредит. Я не знаю, что делать… — и котенок заплакал, горько, беспомощно.
— Надо позвать бабушку, – решил Пуля, — я сбегаю за ней, а вы не отходите от Пахомыча!
Бабушка Аня уже вышла покопаться на грядках. Не спеша рыхлила влажную почву тяпкой, настраиваясь на долгий монотонный труд. Пуля привлек ее внимание беспокойным поведением и громким мяуканьем. Он крутился у ног, заглядывал в глаза и норовил сунуться под тяпку.
— Да чтоб тебя! – в сердцах охнула бабушка, едва не отхватив Пуле хвост. – Что за беда у вас? Опять набедокурили?
Однако, бросив тяпку, послушно последовала за котом, ругая его вполголоса. Но когда вслед за ним вошла во двор соседа, поняла, что беда случилась не с котами.
Дверь в дом оказалась не заперта. Войдя внутрь, она окликнула Пахомыча, но в ответ услышала лишь стон.
Пройдя в комнату, увидела лежащего соседа, в одежде, на неразобранной кровати. К его бокам прижались Маркиз и Пуля, тревожно заглядывая ему в лицо. Бабушка Аня потрогала лоб больного, прислушалась к его дыханию и покачала головой. Дело принимало серьезный оборот, без помощи больному не справиться.
Она вышла за калитку, кликнула пробегавшего мимо соседского мальчугана:
— Мишка! Беги скорее в фельдшерский пункт. Скажи — баба Аня послала. Прохору Пахомовичу плохо, помощь нужна, срочно! – Мишка выслушал бабушку, согласно кивнул и засверкал босыми пятками вдоль по улице.
Через полчаса Прохор, переодетый в чистую сухую одежду, лежал на кровати, застеленной свежим бельем. Местный фельдшер крутился возле него и готовил систему для капельницы, позвякивая ампулами. Бабушка ворчала на котов, которые тут же облепили Пахомыча:
— Лапы сначала помойте! На чистую постель лезете все ж таки! – но гнать их не стала.
Через некоторое время больной задышал легче, ровнее. Фельдшер, измерив температуру и давление, удовлетворенно крякнул:
— Силен организм! Чуть помогли, и пошло дело на поправку. Однако дня два-три полежать придется. Внутримышечно назначу, три раза в день – минимум неделю. Справишься, Анна? Или мне самому приходить?
— Справлюсь, – кивнула бабушка. – У тебя и без того дел невпроворот.
— Ты уж пригляди за ним по-соседски. Есть ему пока можно супчик жиденький, да кашки на молоке.
— Не впервой больных выхаживать, – обиделась Бабушка Анна. – Ты забыл, как в наш фельдшерский пункт пришел молодым парнем, а я к тому времени уже лет двадцать медицинской сестрой отработала?
На следующее утро Петя чувствовал себя обманутым. На его крики никто не реагировал. Коты – вся троица, не покидала постель больного даже ночью.
Бабушка почти весь день провела в доме у соседа. Навела порядок, сделала влажную уборку, начисто вымыла пол. Прохор спал, словно после тяжелой работы.
Протирая пыль в книжном шкафу, она заметила альбом с фотографиями, заглянула туда из любопытства. На первой же странице увидела: на фоне огромного вертолета стоит экипаж – четыре летчика в военной форме.
Пахомыча среди них она признала не сразу – не могла поверить, что это он. Молодой мужчина, головной убор набекрень, лицо веселое, улыбка белозубая. А на груди – награды, как и у всего экипажа.
Награды эти она потом увидела на кителе, в шкафу. Прочитав, что было на них написано, она поняла, что Прохор – участник ликвидации аварии на Чернобыльской станции.
Горестно покачав головой, она вновь взглянула в альбом. Четыре красавца-летчика, почти ровесники. А Прохор переехал в деревню в восемьдесят девятом, один, без семьи, значит, в самое тяжкое время был там…
— Из четверых один я остался, Анна, – услышала она голос Пахомыча. – Остальных уж и нет давно…
Анна взглянула на соседа уже другими глазами. Откуда и что она могла знать о жизни этого человека, о его судьбе. Ведь сам он никогда никому и ничего не рассказывал.
— Давай-ка, Прохор, присядь. Похлебай горячего, сил тебе надо набираться. Будут силы – любую болезнь, любую хворь переборешь.
Пахомыч с удовольствием покушал, даже попросил добавки.
— Теперь – ложись на живот и заголяй зад! – приказала бабушка Аня. И добавила, обращаясь к котам: – Ну-ка, отвернитесь, охальники!
— Ох, ты ж! – морщился от укола Прохор. – И ведь ты меня уже второй день так заголяешь, да колешь? Теперь я, как честный человек, должен…
— Помолчи уж, честный человек! – весело смеялась бабушка Аня. – На ноги встать не можешь, а туда же!
Теперь уже смеялись вместе. Коты переглянулись и облегченно выдохнули. Раз люди смеются, значит, все у них в порядке.
— Спасибо тебе, Анна, — растроганно сказал Пахомыч. – Если б не ты – был бы уже со своим экипажем…
— Это ты не меня – котов благодари. И в первую очередь – своего малыша. Они тут тревогу подняли. А мы — что… Мы сделали то, что положено людям делать… Отдыхай, Прохор, вечером еще зайду, накормлю свежим, да уколю на ночь.
Бабушка ушла, коты остались. Они лежали на кровати и мурлыкали в три голоса. Пахомыч уделил внимание каждому, каждого погладил и нашел ласковое слово. А Племяша взял на руки и что-то шептал ему, прижавшись щекой к мягкой шубке котенка.
— Вы – как хотите, – заявил Маркиз друзьям, – а я еще недельку буду здесь ночевать, пока Пахомыч болеет. Мало ли чего… А самое главное – Петя сюда еще не добрался!
— Зря ты Петю недооцениваешь, — улыбнулся Пуля. — Он разведчик знатный, наше с тобой воспитание!
И словно в доказательство его слов, за окном раздалось хлопанье крыльев и задорный крик петуха.
Маркиз застонал и уткнулся головой в постель.
Автор ТАГИР НУРМУХАМЕТОВ
