Его маленькие лапки скользнули по гладкому краю подоконника, а острые коготки царапнули по пологому каменному откосу. Напоследок он услышал крик гадкого дядьки и мастера…
То, что он гадкий, Лапа сразу понял, с первого взгляда. Когда мама принесла его, дядька взглянул на грязного, блохастого и костлявого котёнка, такой маленький комочек, из которого торчат усы в разные стороны.
-Таракан! — засмеялся дядька, и Лапа сразу понял — он гадкий.
А потому, когда он подрос, начал безобразничать. Иногда прямо в его ботинки…
А иногда Лапа забирался под диван и дожидался, когда гадкий дядька придёт с работы. После чего он доставал его ноги маленькими и острыми коготками. Дядька вскрикивал и, подняв ноги на диван, ругался, а мама…
Мама смеялась и успокаивала дядьку. Лапа ни секунды не сомневался, что мама любит его больше дядьки. Это он определил, еще когда мама только принесла его домой и гадкий дядька сказал на него ругательное слово — таракан.
И мама сразу дала гадкому дядьке подзатыльник.
— И никакой он не таракан! Он — Лапа, — сказала мама. — Любимый Лапа.
И Лапа понял — мама самая лучшая, красивая и ласковая, а дядька гадкий, и вообще, непонятно, что он тут делает и зачем он нужен…
Действительно. Кто ещё, кроме родной мамы, мог его найти в грязи, принести домой, вылечить, приласкать и дать гадкому дядьке подзатыльник за его насмешки? Правильно — только мама.
Короче говоря. Мама спасала его от гнева гадкого дядьки и гасила вот-вот разгоравшиеся скандалы, а причин для скандалов Лапа давал предостаточно. Он был очень проказной и хитрой личностью.
За что он мстил гадкому дядьке? Не спрашивайте. Не знаю. Может за то, что не давал спать с мамой по выходным, ночью выставляя его за дверь, а может за то, что по воскресеньям весь день возился во дворе со старой железякой на четырех колёсах, которую по непонятной причине называл машиной, и которая иногда ездила, издавая страшное рычание и скрежет? Гадкий дядька ругался и обещал выбросить всё это к такой-то матери и купить новую железяку.
После чего он возвращался домой усталый и вонючий. Лапа морщился и смотрел на гадкого дядьку презрительно, а потом взирал на мамочку вопросительно и мяукал:
– Зачем? Зачем, мамочка, ты держишь этого вонючего и грубого гадкого дядьку? Разве нам вдвоём с тобой плохо? Выгони ты уже его! И будем мы по выходным спать с тобой только вдвоём.
Мама брала его на руки и смеялась.
— Дядька хороший, — говорила она. — Он просто так строго и грозно выглядит, но… Он тоже тебя любит.
— Ну, конечно, — мяукал Лапа. — Как же, любит! Поэтому кричит на меня, когда я ворую котлетки, и называет тараканом? “Ну, вот! Опять этот таракан мою котлету украл!”
— А, спрашивается, зачем делаются котлеты? Если не за тем, чтобы я их воровал? А?
Ну вот, видите, дамы и господа — логика железная.
И когда дядька привёл мастера, чтобы поменять сетки на окнах от комаров, Лапа тоже воспринял это, как неправильное действие. И зачем их менять?
Ну, может, они немного запылились и помялись от того, что он возлежал на подоконнике и опирался на них спиной и попой. Но в общем, совершенно напрасно.
Пока мастер работал, Лапу закрыли одного в комнате, и он воспринял это, как ещё одно проявление вредности гадкого дядьки. И проскользнул в возникшую щель, когда мастер прошел в туалет.
И немедленно запрыгнул на подоконник. Он хотел доказать маме, что вполне себе может и без сеток, и без мастера с гадким дядькой решать вопросы…
Его маленькие лапки скользнули по гладкому краю подоконника, а острые коготки царапнули по пологому каменному откосу… Напоследок он услышал крик гадкого дядьки и мастера…
Открыл глаза он уже в ветеринарной клинике. Над ним склонилось два человека во всём белом.
Наверное, ангелы, — подумал Лапа. А ангелы всегда хорошие, но тут…
Тут среди хороших ангелов появилось лицо гадкого дядьки.
— Нет никакого смысла оперировать, — сказал один ангел.
— Он всё равно не выдержит столько операций, — согласился второй. — Маленький он и слабый. Лучше будет его усыпить, чтобы он не мучился.
И тут гадкий дядька вдруг покраснел и стал кричать.
А Лапа не знал, что значит слово — усыпить. Он думал, что это что-то хорошее. Потому что ангелы в белом не могут говорить и делать плохое…
А ангелы объясняли гадкому дядьке, что стоить всё это будет огромные деньги. Множество операций, рентгены, анализы и несколько месяцев в клинике.
На что дядька стал кричать ещё сильнее.
— Ну, всё, — подумал Лапа. — Сейчас и их назовёт тараканами. И они обидятся. А значит, кончилась моя жизнь…
И Лапа тяжело, обреченно вздохнул и закрыл глаза. Последней его мыслью было:
“Кто же теперь позаботится о моей мамочке? Кто будет спать рядом с ней, кроме вонючего дядьки? Кто будет воровать котлеты?”
После чего он провалился в темноту, а там… Были ангелы в белом, мама и, как ни странно, гадкий дядька…
Семь операций, два месяца в клинике, множество анализов, бесконечные уколы…
Лапа приходил в себя и видел перед собой плачущее мамино лицо. Он облизывал её руки и говорил-мяукал:
— Не плачь, мамочка. Я же тебя люблю. Я всегда буду рядом с тобой.
А рядом стоял гадкий дядька и всё портил. Лапа очень хотел выздороветь, чтобы наделать гадкому дядьке в ботинки. Потому что, нечего мешать маме.
Ангелы тоже иногда подходили и всё удивлялись:
— Ну, надо же! Такой маленький и тщедушный, а всё живой. Кто бы мог подумать, что он такой цепкий?
Когда через два месяца Лапа вернулся домой, он был весь перебинтован. Даже хвост. Ведь в его маленьком тельце после падения с пятого этажа почти не осталось целых косточек.
И ангелы в белом, которые сперва предлагали его усыпить, проявили чудеса хирургии, выправляя вывихи и соединяя поломанное.
А всё остальное на нём заживало само собой. Быстро и необъяснимо. Может, здесь сыграло роль желание отомстить гадкому дядьке?
А, может — желание увидеть мамочку и опять завалиться в кровать между ней и гадким дядькой, толкать того лапами и рычать на него?
Короче говоря, дома Лапу мамочка носила на руках — покушать и в туалет, но Лапа вырывался и пытался всё сделать сам. Правда, он ещё был очень слаб и падал на своих маленьких лапках, а мама плакала, и гадкий дядька морщился почему-то и тоже шмыгал носом.
Но маму утешал, а ему махал кулаком и говорил:
— Ты мне смотри, таракан! Чтобы держался и выздоравливал.
И таракан выздоравливал. Ему становилось лучше с каждым днём. И в день, когда он первый раз сам сходил на песочек по своим кошачьим делам и поел куриного тёпленького супчика, он…
С огромным удовольствием наделал в правый ботинок гадкого дядьки! И забрался на мамины руки, надеясь, что она защитит его от праведного гнева.
А дядька, конечно, стал ругаться. Но, как-то спокойно. Лапе даже показалось, что он не ругается, а говорит просто для виду.
Потом гадкий дядька пошел в кухню, а мамочка обняла Лапу и стала говорить с ним:
— Дядька не плохой. И он тебя тоже любит. Когда ты упал, меня не было дома. И он в такси отвёз тебя в больницу, а там…
И мамочка вздохнула.
– Он много лет собирал деньги на новую машину, чтобы перестать по выходным бесконечно возиться с этим старьём, но, когда понадобилось, отдал все деньги за твоё лечение.
Так что — ты жив, благодаря ему. Теперь ты у нас вместо новой машины…
Дядька пришел из кухни и сел на диван. Лапа посмотрел на него, встал на своих маленьких, слабых ещё ножках, подошел и забрался к нему на колени. Потом поднял голову и мяукнул тихонько:
— Дядька… Слышишь, гадкий дядька. Ты хороший. Я знаю про машину. Мне мамочка всё рассказала.
Потом он свернулся на дядькиных коленях калачиком и задремал, мурлыкая.
— Ну? Ты видала?! — изумился дядька, глядя на маму.
— А то? — улыбнулась мама. — Я же тебе говорила — он хороший.
— Спи, таракан… Спи, на здоровье, — сказал дядька, поглаживая Лапу.
И Лапа не знал, то ли ему сердиться на ругательное слово, то ли нет? Потому как, дядька сказал это очень уж ласково.
“Ничего, — подумал Лапа, засыпая. — Всё равно наделаю ему в ботинки. А зачем он меня тараканом называет и с моей мамой спит?…”
Но больше Лапа не безобразничал в дядькины ботинки. И не царапал его ноги из-под дивана.
А когда тот приходил в выходной, после того как возился с вечно капризничающей машиной, Лапа не смотрел на него презрительно из-за того, что тот пах бензином и маслом.
Он забирался на колени к дядьке и говорил ему:
— Гадкий дядька, ты хороший. Я люблю тебя…
Вот и вся история о Лапе-таракане, гадком хорошем дядьке и маме.
Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО
