— Да, Кать! Чего ты возмущаешься. Ну некуда папе меня пока забрать, а здесь места полно. И, вообще-то, треть квартиры моя! — заявила сестра.
— Ты несовершеннолетняя, — напомнила Катя. — Я за тебя отвечаю, и нечего тут делать посторонним.
— Это мой папа!
Катя с детства была серьёзной, рассудительной, спокойной, не доставляла взрослым абсолютно никаких проблем.
— Это не ребёнок — это прямо робот какой-то! — возмущалась иногда тётя Валя (младшая сестра мамы). — Пошла бы, поиграла с девочками! Похулиганила — я не знаю!
— Не все же такие верти.хвост.ки, как ты! — подкалывала её мама Кати, Ольга, и ласково гладила дочь по голове: — Умница моя, помощница.
Тётя Валя фыркала недовольно, но, в общем-то, они дружно жили все вместе в трёхкомнатной квартире, доставшейся сёстрам от родителей.
Катя любила и маму, и тётю, и младшую сестрёнку Полинку. Она родилась, когда Кате было шесть лет, и требовала постоянного внимания.
Катя это прекрасно понимала, помогала маме ухаживать за сестрой, ведь Полинка тоже росла без отца.
Но если папа у Кати отсутствовал, поскольку пог.иб через год после её рождения, то кто был папой Полины, она и вовсе не знала.
Слышала только, как мама с тётей ссорились из-за него. Тётя Валя требовала, чтобы сестра «прищучила этого прох.воста алиментами», а та просила её не приставать.
Что ж. Это дела взрослых — её, Катю, они не касаются. И без «прох.востов» они справятся!
Маме приходилось много работать, чтобы обеспечить себя и дочерей. Катя подозревала, что мама так старается из-за Полинки, но не обижалась: сестрёнка младше — конечно, её больше любят.
Катя оканчивала девятый класс и собиралась пойти учиться в колледж на повара, когда в семью пришла беда. Серьёзно заболела мама, и через полгода её не стало.
— Надорвалась, да и всё! Столько работать, ни один человек не выдержит, — шептались на поминках соседки.
— Это что же детей в детдом или Валька их под опеку возьмёт? — пытались понять всё те же соседки.
А Катя напрямую тётю об этом спросила.
— Я не знаю, что делать, — смутилась тётя Валя.
Она всё пыталась устроить свою личную жизнь.
— Тёть Валь, я тут посмотрела, подумала и прошу тебя взять над нами опеку, — в своей серьёзной манере сказала Катя. — Это просто формальность, никаких хлопот мы тебе не доставим.
— Да знаю я, что ты у нас самостоятельная, — вздохнула тётя. — Мне и самой не по себе от мыслей о детдоме.
На том и порешили.
Катя всё же поступила в колледж, а ещё нашла подработку в кафе.
Окружающие удивлялись: как эта хрупкая на вид девушка успевает и учиться, и работать, и сестрой заниматься, и дом не запускать.
А она считала, что всё нормально — главное, что они с сестрой вместе, и не в детдоме.
Сложнее всего ей пришлось с Полиной. Та и так была немного избалованной, капризной девочкой, а см.ерть мамы и вовсе её выбила из колеи.
Она отказывалась учиться, помогать сестре, то и дело плакала…
Постепенно всё наладилось, Полина стала спокойнее, а Катя прилагала все усилия, чтобы сделать жизнь сестры счастливее.
— Ну вот — ты совершеннолетняя. Теперь я могу вас оставить, — заявила тётя Валя на следующий день после восемнадцатилетия Кати. — Замуж я выхожу, и уезжаю с мужем за границу.
Катя была за неё рада.
И сёстры стали жить вдвоём. После отъезда тёти Полина вдруг заявила, что не хочет учиться, а станет моделью.
— Модели все замуж выходят удачно и не работают, — заявила она сестре.
— Тебе 12 лет — учиться нужно! — возразила Катя. — Необразованных замуж богатые мужчины не берут.
Они спорили, ссорились, Полина убегала и могла пропадать где-то целыми днями.
— Если будешь себя так вести, меня лишат опеки, и ты окажешься в детдоме, — пригрозила ей Катя.
Полина немного притихла — детдома она боялась, но продолжала периодически показывать характер.
А однажды и вовсе заявила, что вскоре власть сестры над ней закончится.
— Я папу нашла, — надменно посмотрела на Катю уже четырнадцатилетняя сестра. — Он сейчас в командировке, но скоро вернётся и заберёт меня.
— Та-а-ак… Это какой ещё папа? — насторожилась Катя. — Я тебе говорила, чтобы ты не общалась со взрослыми мужчинами?
Ты знаешь, чем это может закончиться?
— Ой! Да успокойся ты! Олег и правда мой папа. Я зарядила мамин телефон и нашла их переписку.
Потом в соцсети его нашла — это несложно.
И тётя Валя подтвердила, что мама родила меня от этого Олега. Вот! — и сестра протянула свой телефон с фото мужчины.
— Дай сюда! — Катя быстро взяла смартфон в руки и, несмотря на возмущение сестры, переслала себе фото.
Симпатичный, улыбается насмешливо, и Полина на него, кажется, похожа.
— Вот так вот! — сестра вырвала у неё телефон и умчалась по своим делам.
А Катя тут же написала тёте и отправила ей фото Олега. Родственница подтвердила:
«Да, этот — тот самый! Надо же? Почти не изменился», и посоветовала племянницам быть осторожнее.
Была у Кати надежда, что Олег не появится в их квартире. Не было его же 14 лет — с чего бы он одумался?
Но, увы, мужчина не только приехал, но и подтвердил самые худшие опасения Кати.
— Хорошо живёте, — он с любопытством оглядел квартиру. — Ремонт бы не помешал, но с этим мы разберёмся потом.
— Разберётесь? — удивилась Катя. — Вы что здесь жить собираетесь?
— А почему нет? Здесь живёт моя дочь, о которой я ничего не знал столько лет. За ней присматривать нужно. Правда же, Полиночка?
Полиночка вся сияла и согласно кивала.
— Да, Кать! Чего ты возмущаешься. Ну некуда папе меня пока забрать, а здесь места полно. И, вообще-то, треть квартиры моя! — заявила сестра.
— Ты несовершеннолетняя, — напомнила Катя. — Я за тебя отвечаю, и нечего тут делать посторонним.
— Это мой папа!
— И вообще, я опеку оформлю. Избавлю тебя, так сказать, от хлопот, — подал голос Олег.
— Ещё доказать нужно, что вы отец! А там посмотрим! — отрезала Катя.
Она совершенно не собиралась передавать опеку над сестрой какому-то незнакомому мужику, неизвестно где пропадавшему столько времени!
Пока ждали экспертизы ДНК, Олег с ними не жил, а Полина ходила сердитая и винила сестру во всех см.ертных грехах.
Зато когда выяснилось, что Олег — её настоящий отец, Полина пришла в полный восторг. В тот же день новоиспечённый папаша переехал к ним.
Катя с уж.асом ждала, что мужчина сдержит слово, и заберёт у неё опеку над сестрой. Олег ей категорически не нравился — какой-то он весь вертлявый, несерьёзный…
Не очень ей верилось, что человек, бросивший беременную женщину (врёт же, что не знал!), вдруг изменился.
Однако Олег вёл себя идеально, назвал Полину доченькой, а Катю — хозяюшкой. Не пил и не курил в квартире, не пропадал никуда, даже, по его словам, на работу устроился.
Последний факт Катю насторожил — мужчина почти постоянно находился дома. Когда он работать-то успевает? И что вообще целыми днями делает?
Нужно было это выяснить, тем более что Олег уже подал документы в опеку. Со дня на день всё могло измениться.
Следить за новым жильцом у Кати времени не было. Зато был диктофон, которым она когда-то пользовалась во время учёбы.
Его-то девушка и спрятала в бывшей комнате сестры, где теперь жил Олег (сама Полина с разрешения тёти поселилась в её комнате).
Кате даже долго ждать не пришлось — буквально на второй день у неё на руках оказалась аудиозапись, которая всё прояснила.
Мужчина, разговаривая по телефону, обшаривал квартиру, поэтому включил громкую связь — Катя смогла услышать всё.
— Да всё путём, Слон! — Олег говорил странно, не так, как общался с сёстрами. — Нужно немного подождать, и всё отдам. Можешь так и передать Михалычу.
— Он не будет слушать пустую брехню, — возразил «Слон». — Конкретно говори, когда ба.бки отдашь? И где ты их надыбаешь вообще?
— Не поверишь! У меня тут дочурка объявилась! Сама меня нашла — смышлёная де..вка!
Была у меня когда-то кр…ля, забеременела там — то, сё. Ну а мне же это нафиг не надо, я и свалил.
А тут нА тебе — 14 лет де..ва..хе! Квартира-трёха такая нехилая.
Правда, сеструха имеется занудная, но ничего — это я решу.
— Ты пока решать будешь, Михалыч тебя на конкретный счётчик поставит.
— Не боись, братан! Всё под контролем! Дочурка мне сказала, что у них накопления есть.
Сеструха-то её девка хозяйственная: пенсии их, опекунские и всё такое умудрялась откладывать.
С этим я быстро разберусь, а потом уже квартиркой займусь.
— У тебя же ходка. Кто тебе дитя доверит?
— Всё путём! Я типа встал на путь исправления…
— Так потом тебя притянут.
— Пусть сначала найдут!
И оба мужчины громко рассмеялись.
Запись Полина прослушала с каменным лицом, а потом разрыдалась. Катя её успокаивала, как могла.
— Ничё не докажете! Это всё ф…фло! — пытался обороняться Олег, когда они его попросили съехать, продемонстрировав запись.
— Хочешь проверить? — зло уставилась на него Катя, внезапно перейдя на ты.
— Да пошли вы обе!
Через полчаса ни самого Олега, ни его вещей в квартире не было.
«Похоже, легко отделались», — облегчённо вздохнула Катя и принялась успокаивать вновь расплакавшуюся сестру.
