— Та-дам! Я вернулась! — радостно заявила бывшая жена, не обращая внимания на недоумение, явно читавшееся на лицах супругов и Евы.
— Я буду жить здесь! — объявила София, выбрав для себя самую большую комнату.
— Даже и не мечтай о нём.
Амелия, засмотревшись на удалявшегося мужчину с маленькой девочкой за руку, не заметила, как к ней подошла коллега, и вздрогнула от её слов.
— Да я не… — смутилась она.
— Ладно тебе! — усмехнулась Виктория. — Мужчина симпатичный, конечно, и врачом работает, да только вряд ли он женится в ближайшее время.
— Почему?
— Ой, да у него был тако-о-ой развод, — протянула коллега. — Пойдём, расскажу.
Амелия никогда не сплетничала с другими учителями, но Тимур — отец её восьмилетней ученицы Евы — действительно очень ей понравился.
Виктория же знала всё и обо всех.
— Так вот. Жили они, значит, со своей Софией в любви и согласии, — начала повествование Виктория. — Родили Еву, ипотеку социальную им дали, оба работали в поликлинике (София — по хозяйственной части кем-то).
Вроде бы всё нормально было лет семь, а потом София эта решила, что доктор-нищеброд ей не нужен.
Видите ли, нашла она более перспективного мужика, и никакие хвосты в виде мужа и дочки ей не нужны в новой жизни.
— Она сама бросила ребёнка? — ахнула Амелия.
— Да! И унеслась, так сказать, в новую жизнь, — блестя глазами, поведала Виктория. — Ходили слухи, что Тимур её чуть ли не на коленях просил одуматься, не наносить травму дочери, но София упёрлась.
Бедную девочку отец потом к психологу долго водил.
— Жалко как…
— Угу. Кое-кто из наших коллег пытался с Тимурчиком поближе сойтись, да только он шарахается ото всех, как чёрт от ладана.
Видно, наелся любви и семейной жизни.
— Вот откуда ты всё знаешь?
— Секрет, но всё правда, — усмехнулась коллега.
В какой-то степени она оказалась права. Тимур, действительно, приезжая за Евой в школу, разговаривал с учительницей серьёзно и строго по делу.
Однако он не упустил из вида, что между дочерью и Амелией сложились очень тёплые отношения, и однажды пригласил молодую учительницу на прогулку.
Они стали встречаться. Когда втроём с девочкой, а когда и вдвоём. Спустя год он сделал ей предложение.
К тому времени Амелия знала, что бывшая жена только иногда звонит дочери, а Тимура полностью игнорирует.
— Она как-то мне призналась, что как мужчина я для неё не существую, поскольку не стал за неё бороться, — поведал Тимур.
— Но ты же просил её остаться…
— Бороться в понимании Софии — это начать зарабатывать кучу денег, и всё равно как, — усмехнулся мужчина.
Само собой, София не платила алименты на ребёнка: «Хоть тут будь мужчиной!» — и, казалось, вообще не переживала по поводу того, как они живут.
У Амелии сердце каждый раз сжималось, когда она видела, как Ева радуется каждому маминому звонку.
Случалось это раз в месяц, а потом ещё реже. Зато девочка всё больше сближалась с новой женой отца и однажды даже назвала её мамой.
— Я тебя тоже очень люблю, — испугалась Амелия, — но у тебя есть мама, солнышко моё.
Давай ты просто будешь называть меня по имени и на ты? Хочешь, называй Ами…
На том и порешили.
Через год после регистрации брака Амелия родила двойняшек: Артёма и Мию.
Поскольку супруги знали, что детей будет сразу двое, постарались хорошо подготовиться.
Тимур пошёл работать в частную клинику, куда его звали давно, да он всё не хотел бросать своих бесплатных пациентов.
— У меня теперь большая семья, — улыбался он. — Нужно побольше денег, я ещё на скорую подрабатывать пойду.
Амелия смотрела на мужа и тоже радовалась — раньше он улыбался очень редко.
Супруги не переживали о том, что их внезапно выросшей семье не хватит места.
С бывшей женой Тимур взял в ипотеку трёхкомнатную квартиру — они же изначально мечтали о двоих или троих детях.
— Дочка, ты же здесь, по сути, никто, — вздыхала мама Амелии, приехавшая из райцентра помочь дочери с малышами. — Вот разведётесь вы. Куда ты пойдёшь с двумя детьми?
— Мама, что ты такое говоришь?! Не будем мы разводиться. Мы ещё третьего внука тебе родим! — улыбалась Амелия.
Она и правда в это верила. Жили они с Тимуром дружно, во всём помогали друг другу.
Ева обожала братика с сестрёнкой и заботилась о них, как взрослая, умиляя окружающих.
Беда, как водится, пришла, откуда не ждали.
Серьёзно заболел отец Тимура, живший в отдалённом посёлке один. Диагноз поставили слишком поздно, но Тимур до последнего пытался спасти отца.
Возил его по врачам, платил какие-то бешеные деньги за «чудодейственные» лекарства.
Ничего не помогло — через несколько месяцев отец скончался.
А потом Амелия узнала, что муж не платил ипотеку.
— Я думал, что выкручусь, — покаянно опустил голову Тимур. — Ты же понимаешь?.. Был же шанс отца спасти…
— Что уж теперь, — Амелии до слёз было жалко супруга. — Только нужно что-то решать, иначе мы на улице окажемся.
Выяснилось, что социальный фонд уже подал в суд на взыскание задолженности, однако они же и предложили вариант решения проблемы.
Супруги могли погасить долг выплатами, которые были ими получены на Артёма и Мию. После погашения ипотеки двойняшки тоже бы получили свои доли.
Для подписания дополнительного соглашения нужна была София — ведь изначально в ипотечном договоре она была указана вместе с Тимуром.
С трудом удалось им до неё дозвониться. Она не сопротивлялась — подписала всё, не особо вдаваясь в подробности.
Супруги выдохнули и стали жить как прежде. Они были счастливы ровно до того момента, как София появилась на пороге их квартиры.
— Та-дам! Я вернулась! — радостно заявила бывшая жена, не обращая внимания на недоумение, явно читавшееся на лицах супругов и Евы.
Девятилетние двойняшки просто с любопытством смотрели на незнакомую тётю, которая по-хозяйски прошлась по квартире.
— Я буду жить здесь! — объявила София, выбрав для себя самую большую комнату.
— Вообще-то, там Артём и Мия живут, — первой пришла в себя Ева. — А тебя тут никто не ждал.
— Ты матери-то не хами! — недовольно глянула на неё София и повернулась к супругам: — Давайте-давайте, освобождайте помещение!
Устраивать скан.дал Тимур и Амелия не стали, и только поздно вечером, когда дети легли спать, а София разложила свои вещи в бывшей комнате двойняшек, между взрослыми состоялся разговор.
— София, ты не можешь здесь жить, — решительно сказал Тимур.
— Ого! Ты разговаривать научился? — усмехнулась бывшая жена. — Это почему это не могу?
— Ты же сама сказала тогда, что мы с дочерью тебе не нужны. Не приезжала, почти не звонила.
В конце концов ни алименты не платила, ни ипотеку, — Тимур заводился всё больше.
— Тимурчик, не надо, — Амелия успокаивающе погладила его по предплечью.
— О! Защитница нашлась! — София, как будто бы только что заметила настоящую жену Тимура. — А ты бы искала себе другое место для проживания. Тесновато нам тут будет с тобой.
— Ты за яз..ыком следи, когда с моей женой разговариваешь! — грозно предупредил её Тимур. — Амелия и твою дочь вырастила — имей уважение.
И мы тут все будем жить, нравится тебе это или нет.
С трудом Амелия увела мужа в их комнату — не хватало ещё детей разбудить. Хотя ей показалось, что Ева и так не спит, прислушивается к разговору взрослых.
Бедная девочка — снова мать внесла в её жизнь не самые приятные изменения.
— Ами, она что, и правда будет тут жить? — встревоженно спросила её Ева на следующий день.
— Скорее всего, да. Она имеет право, — вздохнула Амелия.
— И совсем-совсем ничего сделать нельзя?
— Я пока не знаю…
София приложила все усилия, чтобы сделать жизнь семьи невыносимой. При Тимуре она ещё как-то сдерживала себя, но в его отсутствие постоянно цепляла Амелию и двойняшек (хорошо, хоть Ева всего этого не видела — уехала на учёбу в другой город).
Всё вернувшейся жиличке было не так: то дети слишком громко себя ведут, то Амелия долго занимает кухню и готовит «вонючую» еду, то места ей для сушки белья якобы не хватает.
Амелия старалась не реагировать на выпады Софии, чем злила её ещё больше.
«Ты всё равно здесь жить не будешь. Ты — никто», — шипела бывшая жена Тимура его нынешней супруге при каждом удобном случае.
Сам Тимур иногда не выдерживал и пытался поставить Софию на место. Амелии с трудом удавалось его успокаивать — только д..раки им не хватало!
А потом Тимуру пришла повестка в суд.
— Не хочешь по-хорошему убираться, будет по-плохому! Я не давала согласия на твоё проживание здесь! — злорадно заявила София Амелии.
— Ты с ума сошла совсем? — возмутился Тимур.
— А ты, защитничек, можешь вместе с ней съезжать! — огрызнулась София. И вдруг кокетливо улыбнулась: — Или можешь остаться здесь со мной…
И тут же погрустнела, увидев отвращение на лице бывшего супруга.
Как же она разозлилась, когда суд отказал ей в иске о выселении Амелии! Даже государственный жилищный фонд, которому пока ещё принадлежала квартира, встал на сторону нынешней жены Тимура, согласившись на временную регистрацию Амелии.
Супруги, конечно, были рады такому решению суда, но не верили, что София успокоится. Время покажет…
