— Знаете, он ведь не просто так сюда приходит, — сказала Марина, показывая рукой на море. — Если интересно, то понаблюдайте за ним еще несколько дней. Тогда вы сами всё поймете.
— Что именно я должен понять? — удивленно посмотрел на неё Андрей.
Марина лишь загадочно улыбнулась.
— Если я сейчас все расскажу, вы мне все равно не поверите.
Андрей хотел было расспросить подробнее о том, что она имела в виду, но в этот момент со стороны пирса донесся громкий собачий лай.
*****
Андрей всегда считал, что животные гораздо честнее людей. За пятнадцать лет работы ветеринаром ему не раз приходилось убеждаться в том, что собака никогда не станет притворяться, будто ей нравится человек, а лошадь не позволит обращаться с собой грубо только потому, что так кому-то хочется.
Даже самые спокойные и терпеливые животные рано или поздно показывали свое истинное отношение.
Именно поэтому Андрей давно перестал доверять расхожей фразе о том, что братья наши меньшие ничего не понимают.
Они понимали гораздо больше, чем казалось со стороны, просто выражали это не словами.
После увольнения из городской ветеринарной клиники Андрей долго не мог найти работу, которая действительно приносила бы удовлетворение.
Частные клиники предлагали хорошие деньги, но почти везде разговор быстро сводился к прибыли, дорогим процедурам и бесконечным отчетам.
Андрей же устал от ощущения, что лечение постепенно превращается в услугу, стоимость которой обсуждают гораздо дольше, чем состояние самого пациента.
Когда знакомый биолог рассказал ему о небольшом центре реабилитации морских животных на Черноморском побережье, Андрей согласился почти сразу.
Зарплата оказалась заметно ниже прежней, зато здесь никто не требовал выполнять «финансовый план» и не измерял успех количеством оплаченных операций.
Основной задачей сотрудников было совсем другое — помочь раненым или ослабленным животным восстановиться настолько, чтобы они могли снова жить в море.
Сам центр находился в стороне от шумных пляжей.
Туристы редко забредали сюда случайно, потому что дорога проходила через сосновую рощу, а затем спускалась к узкой бухте, где высокие скалы почти полностью закрывали берег от посторонних глаз.
Здесь не было ярких вывесок, громкой музыки и бесконечных торговых палаток с сувенирами. Только море, деревянные настилы, несколько служебных зданий и большие морские вольеры, огороженные сетками, в которых проходили реабилитацию дельфины.
На свою новую работу Андрей приехал задолго до начала рабочего дня.
Над водой еще висела легкая дымка, солнце только начинало подниматься из-за горизонта, а море казалось совершенно неподвижным.
Лишь где-то далеко кричали чайки, да ленивые волны негромко перекатывали мелкую гальку.
Он поставил машину возле административного корпуса и уже собирался взять сумку с инструментами, когда услышал за спиной странный звук, похожий на топот.
Андрей резко обернулся.
По дорожке, ведущей к пирсу, мчалась небольшая лохматая собака трехцветного окраса. На первый взгляд она напоминала обычную дворнягу, хотя в ее внешности угадывались черты сразу нескольких пород.
Не обратив на Андрея ни малейшего внимания, пес пронесся мимо него, выскочил на деревянный настил и остановился у самого края пирса.
Он замер, напряженно всматриваясь в прозрачную воду. Несколько секунд ничего не происходило.
Потом пес негромко гавкнул.
Неподалеку сразу показались сразу три темные спины — они будто только и ждали этого сигнала.
Дельфины почти одновременно вынырнули на поверхность, шумно вдохнули воздух и направились к пирсу. Один из них подплыл так близко, что между его гладкой серой спиной и деревянным настилом оставалось не больше метра.
Собака радостно заскулила, переступила передними лапами и, не выдержав, с места прыгнула в воду.
Андрей, удивленно наблюдая за собакой, невольно сделал шаг вперед. Он ожидал чего угодно: что сотрудники центра сейчас бросятся спасать животное, что дельфины испугаются или просто отплывут подальше. Однако ничего подобного не произошло.
Пес уверенно плыл рядом с ними, стараясь держаться наравне, хотя было очевидно, что соперничать с дельфинами в скорости он не мог.
Они словно бы понимали это и не уходили вперед, время от времени описывая широкие круги вокруг своего необычного спутника.
Иногда один из них легко касался его боком, после чего собака принималась грести лапами еще быстрее.
Всё это очень напоминало игру.
Вот только Андрей никогда не видел (и даже не слышал), чтобы собаки играли с дельфинами. Это было странно.
— Красиво, правда?
Андрей обернулся.
Позади стояла невысокая женщина лет сорока в рабочей куртке с эмблемой центра. Ее волосы были собраны в хвост, а лицо уже успело покрыться легким загаром, который появляется у людей, проводящих почти весь день на солнце.
— Простите… — Андрей снова посмотрел на воду, где собака плавала вместе с дельфинами. — А это чей пес? Ничего, что он там, в воде?
Женщина улыбнулась так, словно слышала этот вопрос не одну сотню раз.
— Формально — он ничей. А если спросить его самого, то, думаю, он ответил бы, что принадлежит дельфинам. И да — то, что он плавает вместе с дельфинами, ничего страшного нет. Они дружат, понимаете? Очень давно дружат.
— Это шутка?
— Совсем нет.
Женщина подошла ближе и тоже посмотрела на море.
— Этого пса зовут Шторм. Уже на протяжении нескольких лет каждое утро он приходит сюда раньше многих сотрудников, а вечером уходит обратно в город.
Андрей недоверчиво усмехнулся.
— Никогда не видел, чтобы собака добровольно плавала с дельфинами в воде.
— Мы, если честно, тоже сначала не верили собственным глазам. — Женщина протянула ему руку. — Марина.
— Андрей.
— Вы наш новый ветеринар, я так понимаю?
— Да.
— Тогда добро пожаловать. Думаю, со Штормом вы еще успеете познакомиться поближе. Идите за мной.
Они медленно пошли вдоль пирса, а пес тем временем выбрался на плавающий понтон, энергично отряхнулся, окатив брызгами деревянный настил, и снова уставился в воду.
Дельфины никуда не уплывали.
Они кружили совсем рядом, словно присутствие собаки было для них таким же естественным, как шум прибоя или крики чаек.
— Простите, и давно это продолжается? — не выдержав, спросил Андрей у женщины.
Его прямо распирало от любопытства: откуда вообще эта собака появилась здесь и как она может дружить с дельфинами? Это же противоречит здравому смыслу.
— Почти четыре года.
— Четыре года?
— Да, четыре. А что вас удивляет?
Андрей снова посмотрел на пса, пытаясь найти хоть какое-то разумное объяснение происходящему.
— Может быть, его специально дрессировали? Ну, чтобы он умел ладить с дельфинами?
Марина покачала головой.
— Знаете, Андрей, если бы всё было так просто, мы давно перестали бы удивляться.
Она ненадолго замолчала, будто вспоминая события тех дней, а потом продолжила.
— Впервые Шторм появился здесь совершенно случайно. Он просто сидел на пирсе и часами смотрел на дельфинов. Мы думали, что этот пес потерялся или кого-то ждет, но вечером того же дня он спокойно ушел. А на следующий день вернулся. И так продолжалось почти месяц. Шторм приходил каждое утро, ложился у воды и молча наблюдал за дельфинами.
— А что было потом?
— А потом, — женщина вдруг улыбнулась, — он однажды просто прыгнул в море. Мы тогда очень перепугались. Решили, что сейчас начнется паника, что дельфины уйдут подальше, а собаку придется вытаскивать. Но они подплыли к нему сами, и с тех пор Шторм считает, что работает здесь.
Андрей тихо рассмеялся.
— Звучит неправдоподобно.
— Знаю. Но это правда, — Марина посмотрела на часы. — Пойдемте. Сейчас уже начнется кормление, а потом я покажу вам пациентов.
Они уже собирались свернуть на дорожку, когда один из молодых дельфинов неожиданно отплыл довольно далеко от пирса.
Шторм мгновенно вскочил, внимательно проследил за товарищем, после чего громко и настойчиво залаял. Дельфин описал широкий круг и вскоре вернулся обратно.
Только после этого пес спокойно улегся на настиле, положив голову на передние лапы.
Андрей перевел удивленный взгляд на Марину.
— Мне показалось или он действительно…
— …проверяет, чтобы никто из дельфинов далеко не уплывал? — закончила она за него.
Он молча кивнул.
— Мы тоже сначала думали, что это просто совпадение. Но через некоторое время перестали искать объяснения этому. Да, Шторм действительно следит за дельфинами и контролирует каждый их шаг. Ну если можно так сказать, конечно.
Андрей снова посмотрел на лохматого пса, который не сводил глаз с воды, словно нес на себе какую-то понятную только ему одному ответственность.
Еще полчаса назад он был уверен, что сегодняшний день пройдет так же, как десятки первых рабочих дней в его жизни: знакомство с коллегами, осмотр животных, бумаги, инструкции.
Однако теперь Андрей понял, что этот день, да и все последующие, наверное, тоже — обещает быть очень интересным.
*****
К обеду Андрей успел познакомиться почти со всеми сотрудниками центра и окончательно убедился, что это место живет по своим, непохожим на городские правилам.
Здесь никто никуда не спешил без необходимости, не повышал голос и не пытался произвести впечатление на окружающих.
Сам центр оказался значительно меньше, чем Андрей представлял себе по рассказам знакомого биолога.
Несколько одноэтажных корпусов, лаборатория, небольшой ветеринарный блок, склад с оборудованием и деревянный пирс, уходящий далеко в море.
За ним располагались просторные морские вольеры, огороженные прочными сетями, которые почти не были заметны с берега.
Здесь временно содержали дельфинов, найденных с травмами после столкновений с катерами, запутавшихся в рыболовных сетях или ослабевших настолько, что они уже не могли самостоятельно добывать пищу.
Сейчас под наблюдением сотрудников находились пять взрослых дельфинов и один совсем молодой самец, которого спасли меньше месяца назад. Он получил глубокий порез от винта прогулочного катера и первое время вообще не подпускал к себе людей, но постепенно начал привыкать к постоянному присутствию врачей и инструкторов.
— Самое сложное в нашей работе, — говорил Сергей Петрович, директор центра, пока они обходили территорию, — вовремя понять, когда животное уже готово вернуться в море. Если поторопиться, оно может погибнуть. Если передержать — привыкнет к человеку, а это ничуть не лучше.
Сергей Петрович производил впечатление человека, который всю жизнь провел возле моря.
Его загорелое лицо пересекали глубокие морщины, голос был негромким, но уверенным, а движения всегда были неторопливыми.
Такие люди, как он, обычно семь раз подумают, прежде чем что-то сделать.
— Здесь нельзя ошибаться, — продолжал он. — Мы не цирк и не океанариум. Все животные, которые способны жить самостоятельно, должны однажды уйти отсюда. Это главное правило.
Андрей согласно кивнул. Именно этим его новая работа ему сразу понравилась.
За годы работы в ветеринарии он видел немало ситуаций, когда животное превращалось скорее в средство заработка, чем в пациента. Здесь же никто не говорил о количестве посетителей или доходах от экскурсий.
Все обсуждали исключительно анализы, сроки восстановления и поведение дельфинов.
Лишь один постоянный обитатель центра совершенно не вписывался в эту строгую систему. Шторм…
После утреннего заплыва пес успел несколько раз обойти всю территорию, заглянул на кухню, потом какое-то время лежал возле ветеринарного корпуса, внимательно наблюдая за Андреем через открытую дверь, а затем снова отправился к пирсу.
— Такое чувство, будто бы он проверяет, все ли на месте, — заметил Андрей.
Марина, помогавшая раскладывать медикаменты по шкафам, усмехнулась.
— Вы сейчас почти слово в слово повторили Сергея Петровича. Он тоже однажды сказал, что Шторм ежедневно делает обход территории.
— И что, действительно делает?
— А вы попробуйте проследить. Не в ущерб работе, конечно.
После обеда такая возможность Андрею, наконец-то, представилась. Он успел выполнить уже почти все важные поручения, а Шторм именно в этот момент неторопливо поднялся с теплых досок пирса и уверенной рысцой направился вдоль берега.
Пес совершенно не отвлекался на туристов, которые время от времени подходили к ограждению, чтобы посмотреть на дельфинов.
Несколько детей попытались подозвать его, но Шторм лишь мельком посмотрел в их сторону и спокойно продолжил путь, показывая всем своим видом, что у него есть дела поважнее.
Андрей, стараясь не привлекать к себе внимания, пошел следом за собакой.
Через некоторое время Шторм остановился возле небольших ворот, ведущих к технической зоне, принюхался, заглянул внутрь, затем двинулся дальше. А уже спустя несколько минут он оказался возле склада, где разгружали ящики с замороженной рыбой. Рабочие приветствовали его как старого знакомого.
— Ну что, хвостатый инспектор, проверяешь? — с улыбкой спросил один из мужчин.
Шторм дружелюбно вильнул хвостом, обошел вокруг погрузчика и снова отправился в путь.
— Каждый день одно и то же, — пояснил рабочий, заметив удивленный взгляд Андрея. — Пока все углы не обойдет, не успокоится. С таким псом и никакого сторожа не нужно.
— Простите за нескромный вопрос, — Андрей посмотрел на мужчину, — а его кто-то этому учил?
— Насколько я знаю, нет, — пожал плечами рабочий. — Вообще Шторм — очень умный пес, это по глазам видно. Так что вполне вероятно, что он сам всему научился.
Андрей догнал собаку уже возле административного корпуса. Шторм вдруг остановился, поднял голову и посмотрел куда-то вдаль.
Через несколько секунд на дорожке появился пожилой мужчина с небольшим пакетом в руках.
— Здравствуй, дружище, — сказал он. — Как твоё ничего?
Пес радостно подбежал, позволил потрепать себя за ушами и получил небольшое печенье.
— Только одно, — строго произнес мужчина.
Шторм аккуратно взял угощение и тут же съел.
— Он всех здесь знает? — спросил Андрей.
— Да, — ответил мужчина. — И мы все знаем его.
Мужчина оказался местным электриком, которого звали Николай Иванович. Работал он здесь больше двадцати лет и, как позже выяснилось, был одним из первых, кто заметил странную дружбу собаки с дельфинами.
— Поначалу никто и внимания не обращал на этого пса, — рассказывал он, присаживаясь на лавочку. — Бегает какая-то дворняга по берегу — ну и пусть себе бегает. Потом стали замечать, что приходит она сюда каждый день. Всегда в одно и то же время. Как на работу. Вот тогда и стали за ним наблюдать. И чем дольше мы за Штормом наблюдали, тем больше удивлялись — очень необычный пес. Никогда таких ещё не встречал.
— И что, вы даже не пытались найти хозяев? — спросил Андрей.
— Почему не пытались? Пытались, конечно.
— Нашли?
— Нашли. — Николай Иванович усмехнулся. — Только толку оказалось немного. Потому что…
В этот момент к ним подошла Марина.
— Николай Иванович, вы опять легенды новичкам рассказываете? — улыбнулась женщина.
— Почему легенды? Все как было говорю. Вот, про хозяйку Шторма как раз собирался поведать.
Марина снова улыбнулась и посмотрела на Андрея.
— Хозяйку мы действительно нашли почти сразу. Хорошая женщина оказалась, спокойная. Она очень удивилась, когда ей позвонили.
— И что она сказала? — спросил Андрей.
— Сначала извинилась, что её собака у нас по территории бегает. Потом приехала за ним.
Марина на секунду замолчала, словно перед глазами снова возникла та сцена.
— Забрала?
— Забрала. Мы тогда обрадовались, решили, что на этом история закончилась. Что Шторм будет теперь дома. А на следующее утро он снова сидел на этом самом пирсе и смотрел на дельфинов.
— Сам пришел?
— Сам, конечно. Не хозяйка же его обратно привезла, — тихо засмеялась Марина.
— Далеко она живет? Хозяйка в смысле.
— Далековато. Километров пять отсюда.
— И вы хотите сказать, что каждый день Шторм побегает по десять километров, чтобы увидеть дельфинов?
— Пробегает…
— И его хозяйка спокойно к этому относится?
— Через неделю она уже сама махнула рукой. Говорит: «Уходит затемно, возвращается вечером, поест, поспит и снова к вам. Если ему так нравится, пусть ходит. Ничего не могу с ним поделать. Это вообще собака мужа, а муж пять лет назад умер, потом я переехала ближе к морю, а через некоторое время собака стала уходить из дома».
— Неужели хозяйка не пыталась его удержать? Мало ли что с ним по дороге случиться может.
— Пыталась, — ответила Марина. — И ворота закрывала, и забор укрепляла. Бесполезно. Один раз он даже умудрился открыть щеколду зубами.
Андрей невольно посмотрел на Шторма. Чем больше он узнавал об этой собаке, тем больше удивлялся.
Хотя, казалось бы, имея за плечами такой опыт работы с животными, удивляться ему должно быть нечему.
Шторм лежал неподалеку, положив голову на передние лапы, и очень внимательно следил за тем, что происходит в море.
Разговор людей, несмотря на то, что речь шла о нем, его совершенно не интересовал.
«Странный пес…» — подумал Андрей.
— Знаете, он ведь не просто приходит сюда поиграть с дельфинами, — сказала Марина, показывая на море. — Если интересно, то понаблюдайте за ним еще несколько дней. Тогда сами поймете.
— Что именно?
Марина лишь загадочно улыбнулась.
— Если я сейчас все расскажу, вы все равно не поверите.
Андрей хотел было расспросить подробнее о том, что она имела в виду, но в этот момент со стороны пирса донесся громкий собачий лай.
Все трое одновременно повернули головы.
Шторм уже стоял на самом краю настила, напряженно вытянувшись вперед. Его хвост перестал двигаться, уши настороженно поднялись, а взгляд был прикован к молодой самке дельфина, которая неожиданно начала кружить возле сетчатого ограждения морского вольера.
Через несколько секунд к пирсу быстрым шагом подошел один из инструкторов.
Он внимательно посмотрел в воду, затем сразу достал рацию.
— Марина, нужна помощь. Кажется, у Лады снова открылось кровотечение.
Женщина тут же изменилась в лице. В её глазах явно читалась тревога.
— Андрей, идемте со мной.
Пока они почти бегом спускались к пирсу, Андрей машинально посмотрел на собаку.
Шторм не метался, не лаял без причины и не мешал людям работать.
Он просто стоял рядом с водой и внимательно следил за каждым движением дельфинов, словно почувствовал неладное гораздо раньше всех остальных.
*****
К тому времени, когда Андрей вместе с Мариной добежал до пирса, возле морского вольера уже стали собираться сотрудники, находившиеся на территории центра.
Все смотрели в сторону моря.
Молодая самка дельфина по кличке Лада держалась у самой поверхности воды.
Обычно она первой подплывала к сотрудникам, охотно выполняла все необходимые процедуры и без страха позволяла осматривать поврежденный бок. Теперь же ее движения стали осторожными и прерывистыми.
— У нее шов разошелся? — спросил Андрей, присев на край понтона.
— Скорее всего, — ответила Марина. — Вчера она слишком активно играла с другими дельфинами.
Андрей внимательно посмотрел на воду.
Потом он быстро надел перчатки и вместе с инструктором осторожно спустился на специальную платформу, расположенную почти на уровне воды.
Лада, словно понимая, что люди снова хотят ей помочь, подплыла ближе и спокойно замерла.
Работать с дельфинами Андрею раньше не приходилось, однако принципы лечения оставались теми же.
Нужно было не торопиться, не причинять лишней боли и постоянно следить за реакцией пациента.
Через несколько минут стало ясно, что опасения оказались не напрасными. Один из наружных швов действительно начал расходиться.
— Повезло, что заметили сразу, — негромко сказал Андрей. — Еще день, и пришлось бы делать все заново.
Марина облегченно выдохнула.
— Значит, обойдемся без повторной операции?
— Думаю, да.
Пока Андрей обрабатывал шов, Лада почти не двигалась.
Лишь иногда негромко посвистывала, а потом снова спокойно лежала у платформы.
Вся работа заняла около сорока минут.
Когда все закончилось, дельфин мягко качнул хвостом, медленно отплыл на несколько метров, а потом вдруг неожиданно выпрыгнул из воды почти целиком, осыпав стоявших на понтоне людей холодными морскими брызгами.
— Это уже благодарность, — улыбнулся инструктор.
— Или характер свой показывает, — рассмеялась Марина, вытирая лицо рукой.
Напряжение постепенно исчезло. Сотрудники начали расходиться по своим делам.
И только теперь Андрей заметил Шторма.
Все это время пес неподвижно сидел на пирсе, который внимательно следил за происходящим.
А когда Шторм встретился с Андреем взглядом, то слегка вильнул хвостом. Наверное, благодарил за то, что Андрей помог его подруге.
Когда же Лада отплыла от платформы и присоединилась к остальным дельфинам, Шторм будто облегченно вздохнул.
— Он ведь понимал, что случилось? — неожиданно спросил Андрей.
Марина посмотрела на него с легкой улыбкой.
— Вот и вы начали задавать неправильные вопросы.
— Почему неправильные?
— Потому что никто не знает ответа. — Она осторожно опустилась на край пирса. — Мы уже давно перестали спорить о том, что именно понимают животные. Иногда они замечают такие вещи, которые мы, люди, объяснить не можем.
Андрей промолчал.
За годы работы ветеринаром он видел собак, заранее чувствовавших приближение приступов у своих хозяев, кошек, которые неделями не отходили от больных людей, и лошадей, способных безошибочно предугадывать настроение всадника. Но происходящее здесь все равно казалось ему необычным.
Вечером, когда многие сотрудники разъехались по домам, центр постепенно затих.
Солнце уже коснулось линии горизонта, окрасив море в медный цвет.
Дневная жара начала спадать, и с воды потянуло приятной прохладой. Андрей сидел на пирсе с кружкой крепкого чая, просматривая записи о пациентах.
Шторм лежал неподалеку. Время от времени он поднимал голову, провожал взглядом проплывающих дельфинов, а затем снова клал голову на лапы.
— Не возражаете? — раздался рядом голос Сергея Петровича. Директор присел на скамью. — Устали, наверное? Первый день всегда самый тяжелый.
— Честно говоря, я ожидал совсем другого, — ответил Андрей.
— Разочаровалась, что ли?
— Наоборот, — Андрей улыбнулся. — Просто никак не могу привыкнуть к одному вашему сотруднику.
Сергей Петрович тихо засмеялся.
— К Шторму? Это нормально. Я тоже не сразу смог привыкнуть…
Некоторое время они молча смотрели на море.
— Знаете, — наконец произнес директор, — сначала я тоже считал, что вся эта история — случайность. Думал, побегает этот пёсик неделю-другую и перестанет к нам ходить.
— Но он остался.
— Да, остался, — Сергей Петрович задумчиво покачал головой. — Потом появились другие странности.
— Какие?
— Дельфины начали ждать его.
Андрей повернулся к нему.
— В каком смысле ждать?
— В прямом. Обычно утром мы приходим раньше всех. Проверяем оборудование, готовим рыбу, осматриваем вольеры. А дельфины в это время спокойно плавают на глубине. Однако стоило только Шторму появиться на пирсе…
Сергей Петрович улыбнулся.
— …как вся стая сразу направлялась к берегу.
— Каждый день?
— Каждый день.
— Может быть, они реагировали на лай? Вы не думали об этом?
— Нет, — Сергей Петрович покачал головой. — Иногда Шторм еще даже не успевал подать голос. Просто выбегал на пирс, а дельфины уже плыли ему навстречу.
Андрей задумался. Рациональное объяснение напрашивалось само собой.
Возможно, дельфины привыкли связывать появление собаки с началом нового дня или с кормлением. Такое поведение свойственно многим животным.
Однако оставался один вопрос.
— А если Шторм не приходил? Что тогда происходило?
Директор посмотрел на Андрея долгим взглядом.
— За четыре года это случилось всего несколько раз.
— И как дельфины реагировали на это?
— Они ждали.
Эти два слова прозвучали удивительно просто.
Без попытки придать происходящему какой-то особый смысл.
— Просто плавали возле пирса, — продолжил Сергей Петрович. — Не играли, не уходили далеко и постоянно поглядывали в сторону дорожки.
— Вы уверены, что это не совпадение?
— Был бы рад сказать, что уверен, — он пожал плечами. — Но совпадения редко повторяются.
В этот момент Шторм поднялся. Он внимательно посмотрел на море, затем неторопливо прошел вдоль пирса.
Каждый дельфин, мимо которого он проходил, словно считал нужным подплыть ближе. Один высунул из воды голову. Другой перевернулся на бок. Третий тихо свистнул.
Пес останавливался возле каждого буквально на несколько секунд, будто проверяя, все ли в порядке.
— Видите? — тихо сказал Сергей Петрович.
Андрей молча наблюдал за псом.
Когда Шторм дошел до конца пирса, он остановился и еще раз внимательно оглядел воду.
Лишь после этого пес развернулся и направился к выходу с территории центра.
— Домой пошел, — сказал директор.
— Каждый вечер в одно и то же время?
— Почти минута в минуту.
Когда Шторм уже скрылся за деревьями, на пирсе вдруг стало непривычно пусто.
Андрей перевел взгляд на море и с удивлением заметил, что дельфины тоже постепенно начали отплывать от берега.
Причём они не исчезли сразу, а словно сопровождали взглядом своего необычного друга до тех пор, пока он окончательно не скрылся из виду.
*****
На следующее утро Андрей проснулся еще до звонка будильника.
За окном только начинало светлеть, и город, обычно наполненный шумом машин и голосами отдыхающих, был необычно тихим.
Андрей быстро собрался, выпил чашку крепкого кофе и выехал из дома почти на час раньше, чем вчера.
Сам себе Андрей объяснял такую поспешность просто: хотелось спокойно осмотреть пациентов до начала рабочего дня. Однако где-то глубоко внутри он понимал, что причина была совсем другой.
Ему не давала покоя вчерашняя сцена.
Слишком уж естественно выглядело то, как собака и дельфины встречали друг друга, и как прощались. И он пока никак не мог найти хоть какое-то вразумительное объяснение этому.
Когда он подъехал к центру, ворота еще были закрыты.
Однако возле административного корпуса стояла только машина Сергея Петровича. А потом появился и сам директор.
— Решили стать образцовым сотрудником центра? — с улыбкой спросил директор, отпирая калитку.
— Просто хотел начать пораньше, — ответил Андрей, пожимая руку.
— Или на Шторма посмотреть?
Андрей невольно улыбнулся.
— Наверное, и это тоже.
— Ну что ж, пойдемте тогда.
Они вместе прошли к пирсу. Море сегодня было спокойным. Вдали лениво покачивались рыбацкие лодки, над водой кружили чайки, время от времени камнем падая вниз за неосторожной рыбой. Дельфинов не было видно.
— Обычно они в такое время далеко от берега находятся? — спросил Андрей.
— Обычно да. — Сергей Петрович посмотрел на часы. — Если мой приятель не изменил своим привычкам, то ждать осталось примерно минуты две-три.
И действительно, вскоре со стороны сосновой рощи донесся знакомый быстрый топот.
Шторм появился неожиданно. Он привычно пробежал по дорожке, не задерживаясь ни на секунду, взлетел на пирс и остановился на своем любимом месте.
Несколько мгновений пес молча смотрел на воду. Потом тихо, почти негромко тявкнул.
Почти сразу после этого недалеко от берега одновременно показались сразу пять серых спин.
Шторм радостно завилял хвостом, переступил лапами и бросился в воду.
Все повторилось почти в точности так же, как накануне. Но теперь Андрей смотрел на происходящее совсем другими глазами.
Он уже не искал подвоха и не пытался объяснить каждое движение животных.
Вместо этого он просто наблюдал за ними со стороны, замечая детали, которых вчера не успел увидеть.
Молодой самец дельфина, которого сотрудники называли Яшкой, первым подплыл к собаке и несколько раз описал вокруг нее широкий круг. Затем рядом с пирсом появилась Лада. Она осторожно коснулась собаки носом, после чего отплыла в сторону, словно приглашая пса продолжить игру. Шторм энергично заработал лапами.
Дельфины, как и прежде, не уходили далеко вперед. Они легко могли оставить его позади за несколько секунд, но почему-то подстраивались под его скорость.
— Посмотрите внимательно, — негромко сказал Сергей Петрович.
— На что?
— На них.
Андрей стал всматриваться. Дельфины действительно вели себя иначе, чем во время обычных тренировок или кормления.
Сейчас они словно забыли о людях.
Никто из них не подплывал к платформам, не ожидал рыбы и не реагировал на сотрудников, которые проходили мимо.
Все внимание было сосредоточено на собаке.
— Такое чувство, будто они… играют только ради него, — тихо произнес Андрей.
— Именно так, — Сергей Петрович кивнул. — Когда Шторма нет, они ведут себя совсем по-другому.
Андрей ничего не ответил.
Он вдруг вспомнил слова одного известного зоолога, который однажды сказал, что дружба между разными видами животных возникает значительно чаще, чем принято считать. Просто люди редко становятся свидетелями таких отношений.
Возможно, именно это сейчас происходило перед его глазами.
После завтрака Андрей отправился в ветеринарный блок, где его уже ждала Марина с папкой документов.
— Есть минутка? — спросила она.
— Конечно.
Она положила на стол несколько листов.
— Это старые записи о Шторме. Может быть, вам будет интересно с ними ознакомиться.
— Вы и на него карту завели? — удивился Андрей.
— Пришлось.
— Он ведь не живет постоянно на территории центра.
— Не живет, — согласилась Марина. — Но большую часть времени Шторм проводит именно здесь.
Андрей раскрыл папку. Внутри оказались результаты осмотров, даты вакцинации, записи о лечении небольшой раны на лапе и даже фотографии.
— А кто оплачивает лечение? Его хозяйка?
Марина улыбнулась.
— Никто.
— То есть?
— Сергей Петрович включил Шторма в расходы центра.
Андрей рассмеялся.
— Неофициальный сотрудник?
— Можно и так сказать.
Он перелистнул еще несколько страниц и неожиданно остановился. К одной из них была прикреплена старая фотография.
На снимке молодой, заметно худее нынешнего, Шторм сидел на краю пирса и настороженно смотрел в море.
— Это в первый день? — спросил Андрей.
— Почти.
— Он тогда еще не плавал?
— Нет.
Марина взяла фотографию в руки.
— Почти месяц просто сидел и наблюдал.
Она задумчиво провела пальцем по пожелтевшему краю снимка.
— Иногда мне кажется, что он тогда не решался.
— На что?
— Прыгнуть в воду.
Андрей посмотрел на нее с недоумением.
— Каждый день Шторм подходил к самой воде. Наклонялся. Смотрел. Потом отходил. И так снова и снова. А потом однажды он разбежался и прыгнул.
Марина улыбнулась своим воспоминаниям.
— Сергей Петрович потом говорил, что в жизни не видел такого счастливого пса.
Андрей снова перевел взгляд на фотографию.
В глазах молодой собаки действительно читалось какое-то странное ожидание, словно она уже тогда знала, что однажды окажется среди дельфинов.
Он осторожно положил снимок обратно.
— Знаете, что меня удивляет больше всего?
— Что?
— Почему вдруг дельфины приняли его.
Марина ненадолго задумалась.
— Может быть, потому что он не пытался стать главным.
— В каком смысле?
— Ну вот взять хотя бы собак, которые живут на улице или играют в парке. Почти каждая старается показать себя, проверить чужие границы, выяснить, кто сильнее. А Шторм… он никогда никому ничего не доказывал и не собирается доказывать. Он просто однажды пришел и очень захотел дружить с ними.
За окном послышался знакомый лай. Марина посмотрела в сторону пирса.
— Похоже, Шторм снова отправился проверять своих подопечных.
Андрей подошел к окну. Пес неторопливо шел вдоль берега, время от времени останавливаясь и заглядывая в воду.
Дельфины то и дело выглядывали из воды и наблюдали за своим четвероногим другом.
В тот момент Андрей еще не знал, что пройдет совсем немного времени, и произойдет событие, которое заставит сотрудников центра поднять на ноги половину побережья.
Пока же этот день казался таким же спокойным, как десятки предыдущих, а Шторм, уверенный в том, что его друзья рядом, даже не подозревал, что уже совсем скоро ему предстоит впервые надолго расстаться с теми, ради кого он каждое утро преодолевал несколько километров.
Анна долго стояла на пирсе. Долго молчала. А потом тихо сказала:
— Понимаете, он никогда раньше не исчезал… Всегда приходил домой. А вчера мне приснился муж и сказал, что не простит мне, если с собакой что-то случится.
Марина осторожно обняла ее за плечи.
— Мы найдем его. Обязательно найдём.
Анна кивнула, но по ее лицу было видно, что она сама с трудом верит собственным надеждам.
Следующие две недели пролетели для Андрея почти незаметно. Он постепенно втянулся в работу, запомнил привычки каждого дельфина и уже без подсказок мог определить по поведению, кто чувствует себя хорошо, а кто нуждается в дополнительном осмотре.
Лада быстро шла на поправку, молодой Яшка с каждым днем становился смелее, а пожилой самец Гром, которого сотрудники между собой называли старожилом центра, по-прежнему сохранял независимый характер и подплывал к людям только тогда, когда сам этого хотел.
К Шторму Андрей тоже привык, хотя назвать его поведение обычным по-прежнему не мог.
Каждое утро пес появлялся почти в одно и то же время.
Никто никогда не сверял часы специально, но сотрудники давно заметили, что разница редко превышала несколько минут.
Шторм встречал дельфинов, плавал с ними, затем обходил территорию центра, ненадолго заглядывал на кухню, где повар Валентина неизменно оставляла для него миску с водой и порцию еды, после чего снова возвращался к морю.
Иногда он просто лежал на пирсе, положив голову на лапы. Иногда часами сидел на понтоне, внимательно следя за дельфинами.
Но чаще всего Андрей замечал одну и ту же странную картину. Стоило только одному из животных отплыть слишком далеко, как пес сразу поднимался.
Он не лаял без причины и не суетился. Лишь внимательно следил за тем, кто оказался в стороне от остальных. Если дельфин вскоре возвращался обратно, Шторм снова спокойно ложился.
Если же дельфин задерживался, пес начинал негромко лаять, словно настойчиво подзывая его.
Поначалу Андрей считал это обычной случайностью. Однако спустя несколько дней понял, что совпадений слишком много.
Как-то вечером он решил проверить свою догадку. Когда сотрудники уже заканчивали работу, один из инструкторов проводил молодого Яшку к дальнему участку морского вольера, где нужно было осмотреть крепления защитной сети.
Шторм в этот момент лежал возле входа в ветеринарный корпус. До моря было не меньше пятидесяти метров.
Пес не мог видеть, что происходит за пирсом. Тем не менее прошло меньше минуты, и он вдруг поднял голову. Насторожился. Затем неторопливо подошел к воде и остановился именно напротив того места, где находился Яшка.
Он молча ждал. Как только молодой дельфин вернулся к остальным, Шторм повилял хвостом, развернулся и так же спокойно отправился обратно.
— Вы это видели? — спросил Андрей у Марины. — Как он понял?
— Не знаю.
— Может, услышал?
— Возможно, — Марина пожала плечами. — Или почувствовал.
Андрей хотел было возразить, но не стал.
За последнее время он слишком часто убеждался в том, что некоторые вещи проще принять, чем пытаться объяснить.
Через некоторое время в центр приехала съемочная группа одного из федеральных телеканалов.
Журналисты готовили большой сюжет о спасении морских животных и заранее договорились с Сергеем Петровичем о съемках.
С самого утра на территории царило оживление: появились камеры, штативы, микрофоны и люди, которые, казалось, совсем не умели разговаривать тихо. Шторм отнесся к гостям настороженно.
Он не рычал и не проявлял агрессии, однако старался держаться подальше от скопления незнакомых людей.
— Правильно делает, — негромко сказал Сергей Петрович. — Он вообще не любит суету.
Во время съемок одна журналистка несколько раз пыталась подозвать собаку к себе. Шторм даже не посмотрел в ее сторону.
Зато стоило женщине сделать несколько шагов к самому краю пирса, как пес моментально оказался рядом.
Он не позволил ей подойти слишком близко к воде и мягко, но настойчиво преградил дорогу.
— Надо же… — удивилась журналистка.
— Не обижайтесь, — улыбнулся директор. — Он просто считает, что отвечает здесь за порядок. И за безопасность.
Оператор засмеялся.
— Так это же готовый герой для нашего сюжета.
Сюжет снимали почти весь день. Шторм несколько раз плавал с дельфинами, потом терпеливо дождался окончания работы и лишь вечером, когда последние машины покинули территорию центра, заметно расслабился.
— Устал? — спросил Андрей, присаживаясь рядом.
Пес посмотрел на него, тихо вздохнул и положил голову ему на колени. Это произошло впервые за все время, что Андрей работает в центре.
Он осторожно провел рукой по густой шерсти.
— Кажется, вы ему понравились, — сказала проходившая мимо Марина.
Пес даже не поднял головы. Он спокойно лежал рядом, прикрыв глаза, а где-то совсем близко негромко шумело вечернее море. В тот момент казалось, что эта история будет продолжаться бесконечно.
Что завтра снова наступит утро. Шторм опять примчится по знакомой тропинке. Дельфины встретят его у пирса.
Потом будет обычный рабочий день, полный привычных забот, а вечером пес отправится домой.
Именно поэтому никто из сотрудников не придал особого значения тому, что на следующий день Шторм почему-то не появился в привычное время.
Сначала все решили, что он просто задержался по дороге. Потом Марина посмотрела на часы.
Еще через десять минут к пирсу вышел Сергей Петрович.
— Странно… — тихо произнес он. — Никогда такого не было.
Андрей машинально перевел взгляд на дорожку, ведущую через сосновую рощу. Там было пусто.
И почему-то именно эта непривычная пустота сразу вызвала у него тревогу, хотя никаких причин для беспокойства, казалось, еще не было.
Сначала никто из сотрудников не запаниковал.
За четыре года Шторм лишь несколько раз приходил позже обычного. Иногда после сильной грозы на дороге образовывались глубокие лужи, иногда отдыхающие устраивали пробки на узкой прибрежной трассе, и пес, привыкший переходить ее только в одном месте, подолгу ждал, пока поток машин станет реже.
Поэтому Сергей Петрович лишь посмотрел на часы, пожал плечами и спокойно сказал:
— Подождём ещё немного.
Андрей кивнул. Он тоже решил, что ничего необычного не происходит. Однако прошло еще полчаса, потом почти час, а знакомый топот так и не раздался.
Море было удивительно спокойным. Легкий ветер едва касался поверхности воды, солнце уже поднялось достаточно высоко, чтобы осветить всю бухту, но на пирсе стояла непривычная тишина.
Лада несколько раз подплывала почти к самому берегу. Яшка кружил рядом с ней.
Гром медленно двигался вдоль сетчатого ограждения, время от времени поворачивая голову в сторону дорожки, ведущей через сосновую рощу.
Андрей заметил это случайно. Сначала один дельфин подплыл к пирсу и задержался у поверхности дольше обычного. Потом второй, третий…
Они не играли, как обычно, не просили рыбу и не реагировали на инструкторов. Казалось, что их внимание было приковано к одному и тому же месту.
— Они его ждут, — тихо произнес Андрей.
Марина, стоявшая рядом, тяжело вздохнула.
— Да.
— Такое уже бывало?
— Всего однажды.
— Когда?
Она не ответила сразу. Несколько секунд молча смотрела на море, а потом сказала:
— Когда Шторм заболел. Тогда он два дня не приходил. Мы даже не успели понять, что случилось, а дельфины уже перестали вести себя как обычно.
— И что изменилось?
— Почти все. Обычно утром они сразу начинают плавать по всему вольеру. Играют, ныряют, гоняются друг за другом. А тогда почти весь день держались возле пирса.
Андрей перевел взгляд на воду. Именно это сейчас и происходило.
Лада снова подплыла к самому настилу. Потом из воды показалась её голова, и Андрею почему-то показалось, что взгляд у неё был очень встревоженный.
Несколько секунд она неподвижно смотрела в сторону пустой дорожки. Потом медленно ушла на глубину.
— Может быть, это снова совпадение? — скорее по привычке произнес Андрей.
Марина посмотрела на него и лишь слегка улыбнулась.
— Вы все еще пытаетесь найти объяснение их поведению?
— Разве это плохо?
— Нет, — она покачала головой. — Просто иногда объяснение оказывается гораздо проще, чем мы думаем.
— Какое, например?
— Они скучают… И, наверное, переживают за него.
К полудню тревога начала постепенно передаваться всем сотрудникам центра.
Валентина, работавшая на кухне, несколько раз выходила на крыльцо и задумчиво смотрела на дорогу.
Николай Иванович без особой необходимости прошелся вдоль забора.
Даже Сергей Петрович, который обычно никогда не показывал волнения, все чаще доставал телефон.
— Может, позвонить хозяйке? — предложил Андрей.
— Уже звонил.
— И что?
— Не берет трубку.
Через несколько минут телефон наконец зазвонил. Сергей Петрович отошел в сторону.
Разговор длился совсем недолго. Вернувшись, он выглядел задумчивый и растерянным.
— Шторм вчера вечером домой не пришел.
Андрей почувствовал, как внутри неприятно похолодело.
— Может быть, остался где-нибудь по дороге?
— Хозяйка его искала, но так и не нашла.
Наступило молчание. Каждый думал об одном и том же, хотя никто не решался произнести свои мысли вслух.
Пес ежедневно переходил несколько дорог. Летом движение возле побережья становилось особенно оживленным. Достаточно было секунды, чтобы…
Андрей отогнал эту мысль.
— Нужно искать.
Сергей Петрович кивнул.
— Уже начинаем.
К вечеру территория центра напоминала штаб небольшой поисковой операции. Сотрудники обзванивали ветеринарные клиники, приюты, службы отлова животных.
Марина разместила сообщения во всех местных группах в социальных сетях.
Николай Иванович вместе с двумя волонтерами несколько часов объезжал окрестности.
Андрей отправился по привычному маршруту, которым Шторм ежедневно возвращался домой.
Он медленно шел вдоль дороги, внимательно осматривая обочины.
Несколько раз останавливался, расспрашивал продавцов в придорожных магазинах, разговаривал с охранниками гостиниц.
Все качали головой и отвечали примерно одинаково: «Нет, не видели». «Извините, не встречали».
Лишь возле небольшой автобусной остановки пожилой мужчина ненадолго задумался.
— Лохматый такой?
— Да.
— Небольшой такой?
— Да.
Мужчина почесал затылок.
— Вроде бы вчера вечером видел похожего.
У Андрея сразу появилась надежда.
— Где?
— Да тут пробегал, — пенсионер неопределенно махнул рукой в сторону трассы. — И больше я его не видел.
След обрывался. Когда Андрей вернулся в центр, уже стемнело. На пирсе горели фонари. А дельфины…
…дельфины всё так же вели себя беспокойно.
Они кружили возле берега, время от времени подплывая к тому месту, где Шторм встречал их каждое утро.
Сергей Петрович долго стоял, опершись на перила.
— Знаете… — негромко сказал он, не оборачиваясь. — За двадцать пять лет работы я видел всякое.
Андрей подошел ближе.
— Но впервые не знаю, как объяснить животным, почему не пришел их друг.
Эти слова прозвучали неожиданно тяжело. Потому что ответить на них действительно было нечего.
Андрей вдруг почувствовал не просто профессиональную ответственность за животных, а какое-то личное бессилие перед обстоятельствами.
Он смотрел на темную воду, где бесшумно двигались серые силуэты дельфинов, и понимал, что завтрашнее утро может оказаться еще тяжелее сегодняшнего, если на дорожке через сосновую рощу снова никого не будет.
*****
На следующий день Андрей приехал в центр еще затемно.
Он и сам не смог бы объяснить, зачем так спешил. За ночь ничего не изменилось, и вероятность того, что Шторм вдруг появится именно сегодня, была ничуть не выше, чем накануне. Но оставаться дома оказалось еще тяжелее, чем сидеть в пустом кабинете ветеринарного блока и ждать новостей.
Небо над морем только начинало светлеть. Ветер усилился, небольшие волны с тихим шорохом накатывали на гальку, а сосны, росшие вдоль дорожки, едва заметно покачивались, наполняя воздух терпким смолистым запахом.
Андрей вышел на пирс и посмотрел на часы.
До того времени, когда обычно появлялся Шторм, оставалось примерно шесть минут.
Почему-то именно сейчас внутри еще теплилась надежда.
Прошла минута, потом другая. Дорожка оставалась пустой.
Дельфины уже были возле пирса. Сегодня они подплыли еще раньше обычного.
Лада несколько раз медленно проплыла вдоль настила, потом остановилась почти неподвижно, высунув голову из воды.
Ее глаза были обращены туда же, куда смотрел Андрей.
Яшка все время держался рядом с ней. Гром находился чуть поодаль, но тоже не уходил на глубину.
— Они опять ждут…
Андрей произнес это почти шепотом.
— Да, я вижу.
Он не заметил, как рядом появилась Марина.
— Всю ночь почти не отплывали от пирса.
— Всю ночь?
— Дежурный звонил Сергею Петровичу около трех часов ночи. Сказал, что несколько дельфинов постоянно подплывают к пирсу.
Андрей медленно покачал головой.
Ветеринарное образование, многолетний опыт, десятки прочитанных научных статей — все это подсказывало ему, что не стоит очеловечивать поведение животных.
Однако происходящее уже невозможно было объяснить одной лишь привычкой.
И уж тем более — каким-то банальным совпадением.
Дельфины действительно кого-то ждали. Они ждали Шторма.
Поиски пропавшей собаки продолжались третий день.
К ним подключились местные волонтеры, сотрудники приюта для животных и даже несколько рыбаков, хорошо знавших побережье.
К вечеру фотография Шторма появилась почти во всех городских сообществах.
«Пропала собака. Средних размеров лохматый пес трехцветного окраса. Отзывается на кличку Шторм. Просьба сообщать любую информацию».
Телефон Сергея Петровича не умолкал. Люди искренне пытались помочь.
Кто-то уверял, что видел похожую собаку возле рынка. Кто-то сообщал о псе, бежавшем вдоль трассы.
Каждый такой звонок дарил надежду. И почти каждый заканчивался разочарованием.
Однажды Андрей вместе с Николаем Ивановичем проехал почти семьдесят километров в соседний поселок, где, по словам очевидцев, уже второй день возле автозаправки сидела очень похожая собака. Оказалось — не Шторм.
На обратной дороге оба почти не разговаривали.
Николай Иванович сосредоточенно смотрел на серую ленту асфальта, а Андрей думал, что ещё можно предпринять.
Он видел, как переживают сотрудники. Видел хозяйку Шторма, приехавшую в центр с покрасневшими от бессонницы глазами.
Анна долго стояла на пирсе. Долго молчала. А потом тихо сказала:
— Он никогда раньше не исчезал… Всегда приходил домой. А вчера мне приснился муж и сказал, что не простит мне, если с собакой что-то случится.
Марина осторожно обняла ее за плечи.
— Мы найдем его. Обязательно найдём.
Анна кивнула, но по ее лицу было видно, что она сама с трудом верит собственным надеждам.
— Знаете… — сказала она спустя несколько минут. — Многие удивлялись, почему я не запрещаю ему сюда ходить.
— И почему же?
Она внимательно посмотрела на дельфинов и слабо улыбнулась.
— А как можно запретить кому-то возвращаться туда, где он чувствует себя по-настоящему счастливым?
Никто ей не ответил. Наверное, потому что правильных слов в такие минуты подобрать было невозможно.
Тем временем в центре начали происходить вещи, которых раньше никто не замечал.
К примеру, Лада почти перестала играть. Даже во время кормления она брала рыбу, но делала это без прежнего интереса.
Яшка стал чаще держаться возле нее и почти не отплывал в дальнюю часть вольера.
Даже Гром, обычно равнодушный ко всему происходящему вокруг, все чаще задерживался у пирса.
Андрей внимательно наблюдал за животными.
Однажды вечером он подошел к Сергею Петровичу, просматривавшему записи дежурных.
— Мне кажется, с дельфинами происходит что-то странное.
Директор снял очки.
— Что именно вы заметили?
— У Лады снизилась активность. Яшка стал хуже есть. — А Гром… — Андрей замолчал. — …Гром сегодня трижды подплывал к пирсу, хотя раньше всегда почти старался быть на глубине.
Они посмотрели друг на друга.
— Это ведь может быть просто совпадением? — спросил Андрей уже без прежней уверенности.
Сергей Петрович устало потер переносицу.
— Андрей, за свою жизнь я научился отличать научные факты от человеческих фантазий.
Он закрыл журнал наблюдений.
— Но еще я научился одной простой вещи.
— Какой?
— Если животное кого-то потеряло, оно переживает не меньше человека.
Андрей молча кивнул. Он больше не пытался спорить.
На пятый день поисков, когда надежда начала понемногу уступать место усталости, в кабинет Сергея Петровича вошла Марина с телефоном в руке.
Вот только по ее лицу невозможно было понять, хорошие новости она принесла или плохие.
— Сергей Петрович…
Он поднял голову.
— Что случилось?
— Только что звонил мужчина из станицы Новомихайловской.
Директор сразу выпрямился.
— И?
— Он говорит, у него уже несколько дней живет очень похожий пес.
Андрей почувствовал, как сердце забилось быстрее.
— Почему он решил позвонить нам только сейчас?
— Он случайно увидел наше объявление в интернете, — Марина перевела дыхание. — Но есть одна проблема.
— Какая?
— До него почти сто пятьдесят километров.
В кабинете наступила тишина. Такое расстояние Шторм никак не мог преодолеть пешком за один вечер. И это означало лишь одно. Кто-то увез его с побережья.
*****
Через десять минут в кабинете Сергея Петровича собрались почти все, кто в тот день находился в центре.
Марина включила громкую связь.
Мужчина представился Николаем.
Голос у него был спокойный, немного хрипловатый, как у человека, привыкшего больше работать, чем разговаривать.
— Вы только не обнадеживайтесь раньше времени, — сказал он после короткого приветствия. — Я не уверен, что это именно ваш пес. Но когда увидел фотографию, сразу подумал, что очень похож. Небольшой, трехцветный…
— Расскажите, пожалуйста, подробнее, — попросил Сергей Петрович.
— Дня четыре назад я возвращался вечером домой. Уже почти стемнело. Смотрю — возле дороги собака какая-то лежит. Машины мимо идут, а она даже не шевелится. Ну я остановился, подошёл к ближе, увидел на земле следы крови.
— Вы хотите сказать, что пса сбила машина?
— По всей видимости да… Он ещё дышал, поэтому я решил забрать его с собой. Со мной по соседству как раз бывший ветеринар живёт — он, наверняка, лучше сообразить, что надо делать.
Андрей невольно переглянулся с Мариной.
— Сейчас собака у вас?
— Конечно. Сосед мой сказал, что жить будет. Но в больничку все равно надо отвезти, чтобы рентген сделать. А у меня машина как назло сломалась. Поэтому пока никуда выехать не могу.
— А вы можете подойти к собаке и назвать её по имени. Просто попробуйте сказать «Шторм».
На том конце линии послышался скрип двери.
Несколько секунд никто не говорил. Потом раздался мужской голос:
— Шторм!
Сначала было тихо. А потом вдруг в телефоне отчетливо послышался короткий собачий лай.
Марина закрыла рот ладонью. Сергей Петрович крепче сжал телефон.
— Он отозвался? — тихо спросил он.
— Да… Сразу голову поднял. Смотрит на меня и пытается вилять хвостом.
— Николай, — наконец произнес директор, — пожалуйста, никуда его не отдавайте и не увозите. Мы сегодня же за ним приедем. Вы меня слышите?
— Да я и не собирался. Хороший пес. Умный. Я его вообще себе думал оставить. Но… — он сделал небольшую паузу, — раз у него уже есть хозяева, то приезжайте, конечно. Буду ждать.
*****
Через полчаса Сергей Петрович, Андрей и Марина уже ехали по трассе.
Дорога казалась бесконечной и никто почти не разговаривал.
Каждый боялся произнести вслух то, о чем думал. А вдруг это все-таки не Шторм? Фотография могла показаться похожей. Человек мог ошибиться. Даже отклик на кличку пока ничего еще не доказывал.
— Сколько нам примерно осталось ехать? — спросила Марина, нарушив затянувшееся молчание.
Сергей Петрович посмотрел на навигатор.
— Чуть меньше сорока километров.
Он говорил спокойно, но Андрей заметил, что директор уже несколько раз подряд бросал взгляд на экран.
За окном сменялись поля, небольшие поселки, лесополосы и придорожные кафе.
В какой-то момент начался дождь.
Крупные капли быстро застучали по лобовому стеклу. Дворники размеренно заскользили из стороны в сторону.
*****
Когда машина, наконец, остановилась возле металлических ворот, навстречу сразу вышел высокий мужчина лет пятидесяти.
— Сергей Петрович?
— Да.
— Очень приятно.
Они крепко пожали друг другу руки.
— Я, если честно, думал, что вы позже приедете. Дорога ведь дальняя. Ещё и дождь пошёл.
— Хотелось приехать побыстрее. Где собака? С ней все хорошо?
Мужчина молча кивнул в сторону дома.
— Она внутри. Идите за мной.
Через несколько минут хозяин дома вместе с Сергеем Петровичем, Андреем и Мариной стоял на пороге комнаты.
Собака лежала на полу. Часть тела была перемотала бинтом, на котором можно было разглядеть красное пятно.
Пес поднял голову и несколько секунд внимательно смотрел на людей. Потом завилял хвостом и тут же попытался встать.
— Лежи, лежи, — подбежал к нему Андрей. — Тебе сейчас желательно меньше двигаться.
— Шторм… — тихо сказал Сергей Петрович. — Как же ты нас всех напугал. Слава Богу, что с тобой все в порядке.
— Переломов вроде нет, ребра целы. Только сильный ушиб, — Андрей посмотрел на Сергея Петровича и Марину. — В общем, жить будет.
— Вот и сосед мой, ну ветеринар который бывший, так сказал, — усмехнулся хозяин дома.
Сергей Петрович поблагодарил мужчину за то, что тот помог собаке.
Андрей тем временем осторожно взял Шторма на руки. К нему почти сразу подошла Марина и обняла собаку за шею. Она уже не скрывала слез.
— Не пугай нас так больше, хорошо?
Шторм тихо заскулил, а потом уткнулся своим носом в её ладонь.
— Если честно, — признался хозяин дома, посмотрев на собаку, — я уже успел к нему привязаться. Хороший пес. И глаза такие умные.
— А еще он с дельфинами дружит, — сказал Андрей.
— Да ладно, серьёзно, что ли? Никогда бы не подумал.
— А вы приезжайте к нам в гости, и сами увидите, — улыбнулась Марина, вытирая слезы.
*****
Через несколько часов Сергей Петрович, Марина и Андрей с собакой на руках выехали обратно.
И если сначала Шторм спокойно лежал спокойно, то чем меньше оставалось до центра, тем активнее он становился.
Пес приподнимался на передних лапах, вытягивал шею и, радостно виляя хвостом, смотрел в окно.
За стеклом быстро темнели поля, мелькали придорожные фонари, проносились встречные машины, а пес не сводил глаз с дороги, будто боялся снова потерять направление.
— Он ведь понимает, что мы едем домой, — тихо сказала Марина.
— Конечно, понимает… — усмехнулся Андрей. — Я бы даже сказал, что он не просто понимает, а чувствует.
Марина улыбнулась.
Когда они подъехали к центру, часы показывали начало двенадцатого. Территория уже была закрыта.
Дежурный охранник Виктор, увидев машину директора, поспешил открыть ворота.
— Нашли? — спросил он еще издалека.
Вместо ответа Сергей Петрович лишь кивнул на заднее сиденье.
Через секунду оттуда вылез Андрей, держа Шторма на руках.
— Ну слава Богу, — заулыбался охранник.
Шторм, почувствовав запах моря и услышав тихий рокот волн, тут же посмотрел туда, где находился пирс. Андрей посмотрел сначала на Сергея Петровича, потом — на Марину, и не промолвив ни слова, все дружно направились к пирсу.
Ночь была удивительно тихой. Море казалось черным, лишь длинная лунная дорожка серебрилась на воде.
Андрей аккуратно положил Шторма на самом краю настила.
Несколько секунд пес неподвижно смотрел вперед. Потом негромко, почти вопросительно гавкнул.
Сначала ничего не произошло. А затем в темноте послышался знакомый шум выдох. Еще один. И ещё.
Из черной воды один за другим начали появляться дельфины. Они быстро подплывали к пирсу.
Туда, где их уже ждал Шторм.
Пес тихо заскулил. Он осторожно спустился по нижней лесенке почти к самой воде и замер.
Лада первой подплыла вплотную. Она медленно коснулась своим носом собачьего носа и замерла на несколько секунд.
Следом за ней появился Яшка. Потом Гром.
Остальные дельфины тоже окружили пирс, тихо посвистывать. Никто из людей в тот момент не произнес ни слова. Андрей даже специально сделал несколько шагов назад.
Ему казалось, они случайно оказались свидетелями встречи, которая не нуждалась в зрителях.
Шторм не прыгнул в море, хотя по нему было видно, что он очень этого хотел.
Но после травмы у него пока не было сил на это.
Поэтому он только стоял, непрерывно виляя хвостом, а дельфины по очереди подплывали к нему, словно каждому было важно убедиться, что их четвероногий друг действительно вернулся.
Марина незаметно вытерла слезы.
— Никогда такого не видела…
Сергей Петрович тихо покачал головой.
— Я тоже. Хотя проработал здесь почти тридцать лет. Вот как у животных это получается?
— Что именно?
— Взрослого мужика до слез довести, — тихо ответил Сергей Петрович, и тут же отвернулся.
*****
Утром центр проснулся раньше обычного. Новость о возвращении Шторма разлетелась среди сотрудников еще ночью. Когда Андрей вышел с собакой на пирс, там уже собрались Валентина, Николай Иванович, Виктор и несколько волонтёров. Все ждали только одного. Того, кого Андрей бережно нес на руках.
— Ну слава Богу, нашёлся! — заулыбался Николай Иванович.
— Я говорила… — всхлипывала Валентина. — Говорила, что он не мог пропасть навсегда. Кто же тогда будет пробовать мои фирменные домашние котлетки?
Шторм посмотрел на людей, дружелюбно вильнул хвостом и тут же устремил взгляд к пирсу.
— Да понял я, понял, — рассмеялся Андрей. А потом, обратившись к собравшимся, сказал: извините, но нас там уже ждут. График, сами понимаете.
Ветер доносил с моря запах соли и водорослей.
Солнце только начинало подниматься над горизонтом. Шторм, стоя на краю пирса, внимательно посмотрел вдаль. А затем коротко гавкнул. Из воды почти одновременно появились знакомые серые спины.
Но сегодня произошло то, чего раньше Андрей не замечал.
Дельфины не просто подплыли к пирсу. Они начали выпрыгивать из воды один за другим.
Сначала Лада.
Потом Яшка.
Следом за ними Гром, который вообще редко позволял себе подобные прыжки. Брызги разлетались в разные стороны, утреннее солнце вспыхивало в каждой капле, а Шторм, забыв обо всем на свете, осторожно ходил вдоль края пирса, радостно лаял и то и дело пытался прыгнуть в море к своим друзьям.
— Похоже, они действительно радуются ему, — тихо сказал Андрей.
Сергей Петрович, который как раз подошёл в тот момент, улыбнулся.
— Теперь вы уже не ставите это под сомнение?
Андрей долго молчал. Потом покачал головой.
— Нет. Не ставлю.
Он понял это еще ночью. Понял, что некоторые вещи невозможно объяснить с точки зрения науки.
Но если ты видишь их собственными глазами, спорить с ними становится бессмысленно.
Через несколько дней у входа в центр появился новый информационный стенд.
На нем были фотографии всех дельфинов, которые в тот момент проходили реабилитацию, краткие истории их спасения и рассказы о сотрудниках центра.
В самом нижнем ряду неожиданно появилась еще одна фотография.
На ней Шторм сидел на краю пирса, чуть склонив голову набок, а за его спиной из воды выглядывали сразу три улыбающихся дельфина. Под снимком был написан всего один абзац:
«Шторм — лучший друг не только для людей, но и дельфинов. И каждый день он напоминает нам о том, что настоящая дружба не зависит ни от вида, ни от языка, ни от того, где заканчивается суша и начинается море».
Проходя мимо стенда, Андрей всякий раз невольно задерживал взгляд именно на этой фотографии.
Иногда возле нее останавливались посетители. Кто-то улыбался. Кто-то недоверчиво качал головой.
Некоторые люди считали историю красивой выдумкой и спрашивали, действительно ли такое возможно.
Андрей никогда не спорил.
Он лишь предлагал им прийти на пирс пораньше, еще до открытия центра, когда вокруг почти нет людей, а море только начинает просыпаться.
Потому что именно тогда, в первые минуты нового дня, по деревянному настилу стремительно бежал лохматый пес по кличке Шторм.
Стоило ему остановиться у самой воды, как вдали одна за другой появлялись серые спины дельфинов, спешивших навстречу своему другу.
И Андрей постоянно ловил себя на мысли, что, сколько бы раз он ни наблюдал эту трогательную встречу, она по-прежнему заставляла его улыбаться так же искренне, как в то самое первое утро, когда он еще не знал, что одна собака способна изменить представление взрослых, давно разучившихся удивляться, людей о том, насколько удивительным может быть мир вокруг.
P. S.
Рассказ написан на основе реальной истории одной собаки, которая дружила с дельфинами. Некоторые события, а также имена и клички изменены.
