— Тема, она живет у нас уже третью неделю, — напомнила я.
— И что?
— А то, что просилась она к нам на только лишь на три дня!
— Обстоятельства, — развел руками муж. — Не все же от нас зависит, ты и сама это знаешь.
— Знаю, — сказала я. — Но, Тема, она…
— Лина, ну хватит! — попросил муж. — Я знаю, тебе непросто, но…
— Она твоя сестра, — перебила я. — Хорошо, Тема, я тебя поняла.
***
Начиналось все вполне себе невинно.
Как-то мужу позвонила Кира и сказала, что собирается на днях по делам в наш город, но ей негде остановиться.
— Темочка, — пела она, — мне нужно буквально на три дня, документы оформить, да и все…
Муж сказал о просьбе двоюродной сестры мне, я дала свое согласие.
— В конце концов, три дня — это не три месяца и даже не три недели, — подумала я.
Знала бы я, на что подписываюсь!
По истечении трех дней Кира, разумеется, никуда не уехала.
— Там проволочки какие-то, — поморщилась она. — Вы же знаете как это, вечно все поперепутают, все не так сделают, а потом доказывай, что ты не верблюд. Сказали ждать, короче.
— А сколько ждать? — хотела спросить я, но прикусила язык.
Вскоре я обнаружила, что мой крем, который я купила не так уж и давно, вот-вот закончится. А потом поймала Киру на его использовании.
— Эм… Это мой крем, — сказала я.
Кира проигнорировала мои слова и заговорила на отвлеченную тему. Чуть позже я решила поговорить с мужем.
— Тема, — начала я осторожно. — Кира, кажется, использовала мой крем.
Артем поднял глаза от телефона и недоуменно посмотрел на меня.
— Ну и что? — спросил он после паузы. — Тебе жалко, что ли? Она же гостья…
— Гостья, которую я не приглашала, — хотела сказать я, но снова прикусила язык.
Кира продолжала пользоваться моими кремами и прочей косметикой. Она никогда не мыла после себя посуду, не ополаскивала душевую кабину. Что бы она ни варила, проконтролировать процесс как-то забывала. В результате газовая плита каждый раз была испачкана.
— Ты бы хоть плиту вымыла после себя, — как-то попросила я.
— Да вымою я, вымою, не придирайся! — отмахнулась Кира.
Но так ни разу и не вымыла.
А еще у нее была дурная привычка оставлять приоткрытым кран то на кухне, то в ванной комнате. На все мои замечания и просьбы она тоже всегда отмахивалась.
Когда я хотела проветрить квартиру, Кира протестовала.
— Мне дует! — ворчала она и тут же закрывала окна.
А вскоре выяснилось, что Кира не любит солнце.
— У меня аллергия на него, — заявила она.
И принялась опускать жалюзи абсолютно во всех комнатах. В нашей светлой квартире стало мрачно, и я чувствовала себя то кротом, то вампиром.
Еще у нее была совершенно невыносимая привычка сначала обуться, а потом за чем-то возвращаться прямо в обуви. Кроме того, Кира была шумная и всегда громко разговаривала, что меня, как истинного интроверта, всегда сильно раздражало.
Была у нее еще одна «милая» привычка. Вместо того чтобы подойти и спросить или сказать что-либо, она нередко вопила на всю квартиру.
— Тема! — кричала она из кухни моему мужу, который сидел за компом в гостиной. — А помнишь, как мы с тобой в детстве кидали листья на балкон теть Свете?
— Помню! — орал в ответ муж.
— А помнишь, как она называла своего мужа дядь Диму?
— Деловая колбаса, на веревочке оса! — хохотал Артем.
И таких воспоминаний у них была куча. И их обязательно нужно было обсуждать таким вот горластым способом.
И вообще, они с Артемом жили в какой-то своей реальности. Даже когда Кира потеряла ключ от нашей квартиры, муж мой только отмахнулся.
— Ничего, катастрофы не произошло, — сказал он.
Ей очень нравился мой гардероб. Не раз я заставала ее возле своего шкафа.
— Ах, какая прелесть! — восхищенно щебетала она. — Мне так нравится твой вкус! Можно, я померяю вот это платье? А вот этот костюм?
Она не отставала от меня, пока я не разрешала ей померить все, что ей нравилось.
***
У меня на горизонте маячили важные переговоры с заморскими клиентами. Нас ожидал контракт на полтора миллиона, и я должна была выглядеть как человек, которому можно доверить такие деньги. А не как женщина, которую третью неделю терроризирует родственница мужа.
Еще в субботу я привела в порядок свой лучший костюм, в котором чувствовала себя генералом. В воскресенье я подготовила документы, сделала маникюр и легла спать с блаженной мыслью, что утром встану в шесть, неторопливо приму душ, уложу волосы и буду богиней переговоров.
Но, как говорится, мечтать не вредно. Утром ванная комната была занята.
Я постучала. За дверью журчала вода, и Кира фальшиво выводила какую-то попсовую песенку. В шесть тридцать она все еще пела. В шесть сорок пять я постучала снова.
— Кира, мне нужно в ванную! — крикнула я.
— Сейчас-сейчас! — безмятежно отозвалась она.
«Сейчас» растянулось до семи пятнадцати. Когда она наконец выплыла, в моем халате, разумеется, и с моим полотенцем на голове, я уже плохо контролировала себя.
— У меня переговоры! — зарычала я на нее. — Важные переговоры! Мне нужно помыть голову!
— Ой, — Кира изобразила сочувствие, но глаза ее, маленькие, цепкие, как у хорька, зловеще блеснули. — Ну, извини… Хотя у тебя же вчера еще волосы чистые были, я видела. Они что, за одну ночь успели погрязнеть?
Мне вдруг сильно захотелось придушить ее полотенцем.
— Так, спокойно, — велела себе я, — пока я ее тут душу, а потом прячу тело, начнутся переговоры. Лучше я отложу экзекуцию на потом.
После душа я двинулась к шкафу, достала свой костюм… И обомлела — на лацкане пиджака сидело темное пятно. То ли от кофе, то ли от чего-то еще.
— И когда только успела? — пронеслось у меня в голове.
Лицо у меня, вероятно, было страшное, потому что Кира вдруг сникла.
— Ой… Я просто померила его… — пролепетала она. — Я даже не знаю, откуда оно…
Я смерила ее таким взглядом, что она тут же замолчала.
— Вот чем хочешь выводи, — процедила я, — но чтобы его тут не было. Поняла меня?
На переговоры мне пришлось надевать другой костюм, гораздо менее эффектный.
***
Переговоры прошли успешно. Когда вечером я вернулась домой, Кира молча показала мне мой костюм. Темного пятна на нем не было, но было другое, светлое, как будто выцветшее.
— Ты же сама сказала, чем хочешь выводи, — улыбнулась Кира, — ну я и вывела.
— Ты его вывела вместе с пигментом, — тускло отозвалась я. — Молодец, чего уж там.
Артем на мою жалобу снова пожал плечами:
— Катастрофы не произошло, — сказал он, — я куплю тебе другой костюм. Завтра же. Давай?
Я согласилась.
***
Пару дней спустя Кире срочно понадобилась машина Артема. Он немного замешкался, но взять своего «коня» все же разрешил.
А пару часов спустя Кира позвонила ему и с рыданиями сообщила, что попала в дорожное происшествие. На ней самой ни царапинки, но машина всмятку теперь.
— Кира-а-а! — завыл в трубку муж. — Тебе же три остановки нужно было проехать всего! Как ты умудрилась-то?
— Не знаю! Не знаю! — истерично кричала она. — Он сам виноват!
Выяснилось, что виновником происшествия был столб, в который Кира благополучно въехала. Ремонт машины обещал вылиться в копеечку.
— Вот тебе и катастрофа, — подумала я.
Оплачивать ремонт Кира отказалась.
— Нет у меня денег! Нет! — кричала она.
Муж выдержал небольшую паузу, а потом сказал:
— Ну найди где-нибудь.
— Да где я тебе…
— Дома, — жестко сказал Артем. — Возвращайся домой. И что хочешь делай, хоть кредит бери, хоть квартиру продавай. Но деньги на ремонт переведешь мне до конца месяца. Услышала меня?
Кира услышала. Она за час собрала свои вещи и уехала. Деньги она Артему так и не перевела, но в нашей жизни больше не появлялась.
