— Возьмем. Только если Лизонька не возражает, — кивнула хозяйка.
Лизонька возражала. Яростно. Она стояла на диване, дрожа, как осиновый лист, и издавала звук, похожие на писк сломанной игрушки…
Всё началось с того, что Лизу принесли в дом в дамской сумочке. Она была чёрной, пушистой и похожа на маленький кругленький комочек.
Порода называется «мальтипу» – помесь мальтийской болонки с пуделем, что означало – пожизненное право спать на хозяйских подушках и не знать слова «нельзя».
— Ах, какая крошка! Словно игрушечная! — ахала хозяйка.
Через три дня во дворе нашли котёнка. Чёрного, как уголёк, с вывороченными лапами и наглыми зелёными глазами. Котёнок истошно орал, выгибая спину дугой, словно объявлял войну всему миру.
— Бедняжка, — сказал хозяин. — Возьмём? Но он дворняга…
— Только если Лизонька не возражает, — кивнула хозяйка.
Лизонька возражала. Яростно. Она стояла на диване, дрожа, как осиновый лист, и издавала звук, похожие на писк сломанной игрушки.
А котёнок, которого сразу же назвали Шторм, взглянул на неё с холодным презрением и ушёл спать в старый хозяйский ботинок…
*****
Шторм рос быстро, не по дням, а по часам. Через две недели он уже не умещался в ботинке, но упрямо сжимался в три погибели, чтобы не уступать территорию.
Лиза, напротив, осталась размером с пол-литровую кружку. Но демонстрировала статус – королевский.
Перелом наступил в дождливый вторник. Шторм поймал мышь – это был грязный, усатый триумф. Он принёс её в гостиную и громко, требовательно замяукал. Не «посмотрите», а «окажите мне немедленно дань уважения».
Лиза, которая всю жизнь считала, что мыши живут только в мультиках, слетела с пуфика и… замерла. Тушка мыши была примерно её размера. Но инстинкт – страшная сила.
— Мрр? — неуверенно спросила Лиза.
И тут Шторм, этот чёрный хулиган, сделал нечто неожиданное. Он легонько подтолкнул добычу носом к Лизе. Мол, бери, мелюзга. Научишься.
Лиза лизнула мышь. Та не ответила. Тогда Лиза попыталась её закопать – так положено у мальтипу.
Четыре часа она безуспешно пыталась зарыть мышь в хозяйский ковёр, а Шторм сидел рядом, наблюдая с терпеливой усмешкой старшего брата.
С этого дня Лиза «заболела». Она решила, что она – кот…
*****
Лиза делала всё по кошачьим канонам. Она перестала есть из своей миски (кот ест с пола!). Она пыталась свернуться калачиком, но из-за коротких лапок у неё получался не калачик, а перетянутый бантик.
Но самое главное – она научилась «массировать». Каждое утро Лиза подкрадывалась к Шторму и начинала мять его чёрный бок передними лапами с выражением транса на доброй мордочке.
— Молочный шаг, — вздыхал хозяин.
Шторм терпел. Сначала шипел, потом привык. Однажды он даже подставил второй бок и закрыл глаза.
Так они и засыпали: чёрный шар, состоящий из кота и собаки, на старой хозяйской кофте.
А затем Шторм, который рос всё более крупным и мускулистым, начал сам меняться…
*****
Всё пошло наперекосяк после визита доставщика продуктов из магазина.
Мужчина зашёл во двор и Лиза – маленький чёрный комочек – бросилась ему под ноги с таким лаем, будто внутри неё проснулся кавказский волкодав.
Но она так по-детски тявкала, что доставщик просто перешагнул через неё.
А потом вылетел Шторм!
Шторм не мяукнул. Он замер на пути у чужака, выгнул спину горбом, шерсть встала дыбом, и из его пасти вырвался звук, похожий на помесь паровоза и цепной пилы.
Мужчина выронил пакет и убежал…
С того дня Шторм взял на себя охрану периметра. Он сидел на крыльце, положив голову на лапы, и скалил клыки при каждом шорохе.
Он больше не играл бантиками. Он нюхал землю, как ищейка, и однажды приволок хозяйке порванную сандалию – явно с благими намерениями вернуть пропажу.
— Он считает себя сторожевой собакой, — прошептал хозяин. — Это ненормально.
— Зато наш дом самый безопасный в квартале, — резонно ответила хозяйка.
*****
Всё решила гроза… Летний ливень хлынул внезапно, когда хозяева были в магазине. Молния ударила в дерево за забором, и старый тополь рухнул прямо на калитку, отрезав путь к дому.
Лиза и Шторм остались одни на веранде. Гром гремел так, что звенели стёкла.
Лиза – собака, которая должна бояться грозы. Однако она забралась повыше, выгнула спину и зашипела на молнию. Она защищала дом. Как кот. Она встала на задние лапы и била передними по стеклу, имитируя кошачью атаку.
А Шторм… Шторм подбежал к двери и завыл. Не мяукал, а именно завыл – низко, тревожно, по-волчьи. Он бил лапой по замку, пытаясь открыть, а потом укусил за ручку двери, повис на ней и дёрнул. Дверь распахнулась.
Тут вбежали хозяева. Они ожидали увидеть разруху, но застали следующее: чёрный кот рычит, прикрывая вход в спальню, а собака яростно лакает молоко из миски, выгибаясь, как кот, демонстрируя отголоски пережитого нервного стресса.
— С ума сойти, — сказал хозяин.
— Зато они счастливы, — сказала хозяйка.
*****
Прошёл год.
Теперь соседи знают: к дому № 12 лучше лишний раз не подходить.
Там сидит на заборе чёрный здоровенный кот и облаивает прохожих басом.
А по двору бегает маленькая чёрная собачка, которая может упасть в обморок при виде взрослой мыши, зато ловит мух лапами с невероятной сноровкой. И по-матерински опекает кота.
По ночам они спят вместе. Лиза укладывается на Шторма и ритмично мнёт его живот, мурлыча горлом – да, да, она научилась мурлыкать. Это похоже на звук работающего нанодвигателя.
Шторм же спит с открытым глазом. И если кто-то чужой шагнёт на крыльцо, он не мяукнет. Он рявкнет! Так страшно, что доставщики обходят их дом стороной.
Однажды хозяйка застала их за странным занятием: Лиза умывалась на коврике по-кошачьи, а Шторм принёс ей в зубах её поводок.
— Прогуляться? — перевела хозяйка.
И два чёрных, неразличимых в темноте комка синхронно кивнули.
Вот так кот-дворняга и мальтипу перепутали все собачьи и кошачьи инструкции, но крепко-накрепко сшили свои судьбы…
Автор НАТАЛЬЯ ЯЩЕНКО
