Она давно хотела поставить её на все окна. Ещё с того дня, как принесла домой малюсенького серого котёнка с закрытыми глазками. Она носила его в кармане своего старого халата и выкармливала из пипеточки.
Всё время хотела поставить эти сетки, но каждый день что-то мешало, то работа, то усталость. Короче говоря, она и не заметила как малюсенький котёнок с закрытыми глазками превратился в юркого и проказливого серого малыша.
Однажды уходя на работу, она забыла закрыть окно. Забывчивость, знаете ли. Со всеми случается. И малыш первый раз за свою короткую жизнь сумел запрыгнуть на подоконник.
И он бы в конце концов обязательно разбился. Седьмой этаж, между прочим. Разбился бы, если не дерево росшее внизу. Большое, развесистое, всегда весело шумящее под окнами жильцов .
И поэтому несмотря на все просьбы и жалобы, никто, никогда не обрезал на нём ни одной веточки.
Поэтому Тимочка переворачиваясь на все 360* и пребольно стукаясь о твёрдые ветки упал на мягкую подстилку из листьев.
Он встал и охнул от боли. Правая задняя лапка болела ужасно, и голова кружилась. Он посмотрел вокруг и мяукнул. Страх охватил его и громко крича и прихрамывая он бросился куда глаза глядят.
Пришедшая вечером женщина долго искала своего котёнка, а когда поняла что случилось, то слетела вниз не дожидаясь лифта, и оглашая все окрестные дома слезами и криками искала своего Тимочку.
Через пол часа подъехали пять её заядлых подруг и поиски возобновились с новой силой.
Только всё было напрасно. Тимка от страха забился под бак с мусором на соседней улице.
Тимка прошел всю школу. Всю уличную жестокую. Всю школу выживания. Он не был совершенно уличным, поэтому не понимал всех этих прелюдий. Ну, я имею в виду, когда коты становятся друг напротив друга и долго кричат угрожают и льют слёзы. А потом один убегает.
Тимка всего этого не понимал, поэтому просто сразу нападал и драл нещадно до крови, клочьев шерсти и порванных ушей. И очень скоро, а точнее, через пол года он научился не только добывать еду и находить ночёвки, но и стал грозой местных дворовых котов и собак. Безжалостный, резкий как молния и решительный с мерзким характером.
Доставалось от него и людям. Он им мстил за что-то. Он уже не помнил за что, но никогда не упускал возможности царапнуть или куснуть руку, или ногу. Короче говоря, от него сторонились.
Вот и в этот вечер он, как всегда, перекусив остатками в мусорном баке, собирался прокусить ухо знакомому драчуну рыжему коту, и поохотиться на кошку с красивенным пушистым хвостом.
Но тут. Он брел, думая о красивой кошечке и вдруг наткнулся на ноги в зеленых туфлях. Тимка поднял свои глаза песочного цвета и увидел тётьку с сумкой в руках. Он зашипел и выгнул спину дугой, шерсть встала дыбом, и он поднял правую переднюю лапу приготовившись ударить.
— Тимочка. Тимочка, это ты? Вдруг донеслось сверху. Тимочка, я тебя искала всё время, скажи, это ведь ты?
Лапа застыла в воздухе и, вместо того чтобы порвать сапог и ногу, он втянул когти и сурово посмотрел вверх. Он хотел злобно зашипеть, но вместо этого почему-то мяукнул.
Тётька выронила из рук сумку и упала на колени. Она схватила кота и прижав его к себе, стала покрывать поцелуями и плакать. Тимка пытался вырваться, но это было совершенно невозможно. Тётька неслась как машина на полном ходу к своему дому, одновременно объясняя ему, что никогда не прекращала его искать и вот.
Взлетев в мгновение ока на седьмой этаж и пропустив медленный лифт, женщина открыла ключом дверь не выпуская из рук кота и опустила его на пол в гостиной.
— Это твой дом, Тимочка, сказала она и насыпала ему полные миски с едой. Я всегда знала, что найду тебя и не трогала твои вещи, и тётька опустилась на стул и взяла в руки телефон.
Тимка осторожно обходил свои новые владения обнюхивая всё вокруг, и воспоминания понемножку наполняли его и заставляли волноваться. Поэтому его черный хвост нервно подрагивал. Вне всякого сомнения, всё вокруг ему знакомо и значит он тут жил.
А тётька в это время кричала в телефонную трубку:
— Я нашла его, нашла!
Из трубки донеслось
— Боже, слава Богу. Наконец то ты нашла мужа.
— Какого мужа? Какого мужа, к чёрту, возмущалась тётька. Я нашла моего Тимочку. Моё счастье. Я всегда знала, всегда, и она залилась слезами.
А трубка вещала.
— Никуда не уходи, сиди на месте, всё в порядке. Сейчас же успокойся, мы скоро приедем.
И через пол часа, Тимка сидевший в уголке с удивлением и страхом наблюдал, как в гостиную с криками и воплями вваливаются ещё пять тётек, пахнущие духами и всякими вкусностями из больших сумок, которые они держали в руках.
Тётьки побросали сумки, звякнувшие бутылками и бросились к нему. Тимка со страхом уткнул свою морду в самый пол, выставив хвост на их обозрение, но этого хватило.
Тётьки замерли в совершенном восхищении. Они разом всплеснули руками и закричали в один голос:
— Господи, прелесть какая. Боже мой, какой красавец. И даже всплакнули.
Тимка немедленно поджал хвост и сбежал под диван.
Дамы дружно ахали, и вскоре стол был накрыт и праздник по поводу нахождения кота перерос в шумные крики и разговоры. Перед Тимкой, вылезшим понаблюдать, поставили большую тарелку с кусочками вареной курицы.
Раньше он отдал бы за такое угощение пол жизни, а теперь. Теперь вкусности не лезли в горло.
Тимка сидел у окна и смотрел с тоской на улицу. Ведь всего-то седьмой этаж, думал он. Но на всех окнах. На всех были натянуты надёжные и крепкие москитные сетки. Впрочем, и на дверях стояли закрывающиеся сетчатые двери.
Попал, попал по полной, с тоской подумал Тимка. И не сбежишь ведь.
Ему вспомнился рыжий кот, которому следовало прокусить второе ухо, и почему-то Тимка подумал о нём с тоской, а ещё. Ещё ему мерещилась маленькая красивая кошечка с большим хвостом.
Тим вздохнул и посмотрел на весёлую опьяневшую компанию. Они, как раз обсуждали его. Он вздохнул и залез на подоконник.
— У меня есть одна кошечка и она никого к себе не подпускает, объясняла одна из подруг. Но твоего кота. Твоего кота, такого красавца, любая подпустит, и она осмотрела всех вокруг. Подруги с радостью подтвердили её слова.
— Ну что девочки, разберём котят, кричала подруга.
— Гей, гей, гей, орали во весь голос разошедшиеся не на шутку тётьки. Разберёёёём!
Боже мой, вздохнул Тим и с тоской посмотрел на окно затянутое крепкой москитной сеткой. Всего –то седьмой этаж и не так уж высоко.
Всё пропало. Не выбраться. И он от огорчения проглотив кусочек вареной курочки свернулся клубочком и засопел.
Впереди было долгая жизнь. Без драк, голода, холода и плохих людей.
Но Боже мой. Боже мой, как же это было скучно.
ОЛЕГ БОНДАРЕНКО
