Лампочка на площадке третьего этажа мигала, дергалась, гасла и вдруг вспыхивала опять, словно не могла решить, светить ей или нет. Валентина тяжело поднималась по ступеням. Ноги после смены гудели, и сначала она подумала, что ей показалось.
Однако же нет. На школьном рюкзаке возле двери, ведущей в квартиру, сидела дочь, семилетняя Тоня…
— Ты чего тут? — спросила изумленная Валентина.
Дочь пожала плечами.
— И давно ты так сидишь?
Тоня кивнула.
Валентина открыла дверь своим ключом. Муж, Тонин отчим, храпел на диване под бубнеж телевизора. Судя по всему, он был трезвый. Почему тогда не открыл дверь Тоне? Не услышал? Или… просто не захотел?
В любом случае оставаться больше в одной квартире с Иваном Валентина не собиралась.
— Собирай вещи, — тихо шепнула она дочери, — поедем к тете Рае.
— Ура! — тихонько воскликнула дочь.
Еще бы ей не радоваться! У сестры Валентины, которая одна воспитывала двух девочек-погодок чуть старше Тони, жили две собаки, кошка, черепаха и говорящий попугай.
У нее в квартире всегда было весело и пахло выпечкой.
Валентина прошла в гостиную, достала из шкафа папку с документами и собрала в сумку вещи. Иван не проснулся.
Они с дочкой тихонько вышли из квартиры, спустились во двор и направились к остановке. По дороге Валентина набрала старшую сестру, и та с готовностью согласилась их приютить.
Пока ждали автобус, Тоня рассказала ей, что просидела под дверью несколько часов и слышала, как отчим ходит по квартире.
— Один раз он даже к глазку подошел и посмотрел, — вздохнула Тоня, — и не открыл…
Валентине вдруг захотелось вернуться назад и сделать Ивану очень больно.
— А почему к соседям не пошла? — спросила она у дочери.
— Никого не было дома, — последовал ответ.
— А мне почему не позвонила?
Дочка серьезно посмотрела на нее.
— Ты же на смене была.
Валентина замолчала. Тут подошел автобус, и они сели.
— Это в первый раз так? — спросила Валентина.
Тоня помотала головой и покраснела.
— Много раз так было… — прошептала она. — Я к Нине Павловне поднималась, а когда ее не было дома…
— Сидела на рюкзаке под дверью, — закончила за нее Валентина и скрипнула зубами.
***
На следующий день Валентина поехала в банк, перевела зарплату на новую карту и отключила автоплатеж за коммуналку.
И тут ей позвонил муж.
— Валь, я не понял… — начал он. — Ты где вообще?
— А где Тоня, тебя не интересует? — резко отозвалась она.
— А чего Тоня-то? — пробурчал Иван.
— Ты почему дверь ей не открыл вчера? — требовательно спросила Валентина.
— Я… не слышал, — пробормотал муж.
— Да ну?
— Ну да! Валь, ну честно! Телек работал, я вырубился после работы и спал… А она, видимо, тихо стучала… Ну не слышал я!
Валентина закрыла глаза, сделала глубокий вдох и резко выдохнула.
— Тоня слышала, как ты ходил по квартире, — сказала она, — и как ты подходил к глазку.
В трубке замолчали.
— Ты где? — снова спросил Иван. — Когда приде… те?
Валентина не ответила и сбросила звонок.
***
Иван звонил ей весь день и весь вечер, писал сообщения, присылал голосовые.
— Я тебя выпишу! — грозился он. — А ну, возвращайся немедленно!
Валентина не отвечала.
Тогда Иван отправился в управляющую компанию и потребовал выписать Тоню. Женщина за стойкой посмотрела в экран, взглянула на него и объяснила, что ребенок прописан в квартире на законных основаниях, выписать его невозможно.
— Как это невозможно? — он подался вперед и уперся ладонями в стойку. — Это же моя квартира! Кого хочу, того прописываю, кого хочу, того выписываю. Разве нет?
Ему вежливо повторили: это невозможно, и точка.
В этот же день он явился на подстанцию скорой. Валентина стояла в коридоре и заполняла карту вызова, когда дверь распахнулась, а на пороге появился ее муж.
— Ты что это устроила?! — проревел он. — Ходишь неизвестно где, позоришь меня перед соседями! Немедленно домой! Слышишь?!
Он шагнул к ней и грубо, по-хозяйски схватил за локоть.
— Позоришь ты себя сам! — рассердилась Валентина и вырвалась из его хватки. — Ты думаешь, соседи не знают, что у тебя под дверью ребенок сидит?!
Она перевела дыхание и чуть тише добавила:
— Уходи, Ваня. Или я вызову полицию.
— Ты когда домой вернешься? — спросил он уже чуть менее требовательно.
— Мы не вернемся, — ответила Валентина, сделав ударение на слове «мы».
***
После смены вернувшись к сестре, Валентина принялась искать съемную комнату.
— Да живите тут! — пыталась остановить ее добрая Рая.
— Да неудобно, Рай… Вас трое, да еще и живность…
— Зато как весело! — улыбнулась сестра. — Оставайтесь, в тесноте, да не в обиде!
Сестры немного помолчали, а потом Рая сказала:
— Он же не всегда такой был? Иван, в смысле…Мне казалось, он любит Тоню…
Валентина горько покачала головой.
— Он просто умело притворялся. А когда узнал, что бывший мой нас по миру пустил и идти нам некуда… — она тяжело вздохнула. — То маска с него и слетела… Он ведь при каждом удобном случае напоминал, что мы находимся на его территории. Думал, что мы… то есть я никуда не денусь.
— А ты делась, — улыбнулась Рая, — и правильно сделала.
***
На следующий день начальница подстанции Тамара Ивановна, которая всегда была в курсе всего, вызвала Валентину.
— Есть служебная комната, — сказала она, — маленькая, но удобная, светлая. Если надо, пользуйся. Вот ключ.
И она протянула Валентине ключ.
— Спасибо… — пробормотала Валентина.
Тамара Ивановна только рукой махнула.
Комната оказалась крохотной, но Тоне она понравилась. Они быстро там обустроились, и жизнь пошла своим чередом.
А несколько дней спустя Иван пришел к подстанции еще раз, но уже не кричал. Он ждал Валентину у крыльца с букетом любимых ею ромашек в руке. Когда Валентина вышла после смены, он шагнул ей навстречу и быстро заговорил:
— Валя! Валь, ну послушай…. Ну погорячился, ну бывает. Вернись, я больше не буду. И Тоньку не трону. Хочешь, ключ ей дам, пусть у нее свой будет… — он бросил на нее быстрый взгляд. — Валь, ну что ты молчишь?
Его подбородок мелко подрагивал, он хотел взять ее за руку, но не решался. Валентина смотрела мимо, куда-то за его плечо, где начиналась дорога к автобусной остановке.
— Валь, я же без тебя не справлюсь… — пробормотал Иван. — Мне плохо без тебя.
Он замолчал, ожидая ответа, и во время паузы стало слышно, как во дворе подстанции заводится машина скорой.
Валентина подарила ему долгий, внимательный взгляд.
— Тоня сидела на рюкзаке у входной двери. Ты прекрасно слышал, как она стучала, и не впустил, ты подходил к глазку, видел ее и не открыл. Предлагаешь мне это развидеть?
Он дернул головой и хотел было что-то сказать, но Валентина подняла руку:
— Нет, Ваня. Простить такое я тебе не смогу.
Он грустно посмотрел на Валентину, потом развернулся и медленно побрел к автобусной остановке. Женщина проводила его взглядом и вернулась к работе.
Вскоре Валентина подала на развод. Иван в суд не явился, и их развели заочно.
