Галина Петровна считала ступеньки — сорок три, сорок четыре. Привычка медсестры: знать цену каждому движению после двенадцатичасовой смены. У двери остановилась. Чужие голоса.
В прихожей — три сумки и мокрые детские кроссовки прямо на ее коврике.
— А, Галка! — муж Виктор выглянул из кухни. — Денис с семьей приехали, на месяцок.
Месяцок. Галина сняла туфли, поставила их рядом с чужой обувью. Тесно.
— Тетя Галя! — Денис обнял ее за плечи широким жестом. — Мы пока ипотеку оформляем. Ты же не против?
Тридцать пять лет, а все «пока оформляем». Галина помнила его подростком — тогда он тоже где-то что-то оформлял.
— Конечно, — услышала она свой голос.
В гостиной жена Дениса Света кормила семилетнего Артема печеньем из Галининой вазочки — той самой, хрустальной, которую берегла для праздников.
— Света, возьми из кухонной банки, — сказала Галина.
— А, да, конечно, — Света не подняла глаз. — Арт, не кроши на диван.
Мальчик крошил.
— Ты меня спросил? — тихо сказала Галина мужу на кухне.
Виктор размешивал сахар в чае долго, тщательно. После больницы у него появилась эта привычка — делать простые дела медленно, словно экономил силы.
— Галь, они родня. И всего месяц.
— Игорь тоже месяц собирался.
— Это другое.
Галина открыла холодильник. Света уже готовила ужин «на всех» — ее творог, ее колбаса, ее хлеб. В вазочке осталось три печенья из двух пачек.
— Хорошо, — сказала она и закрыла дверцу.
Завтра суббота. Света уже намекала про стирку. Денис искал место для машины. А Галина будет покупать продукты на пятерых и думать, куда поставить сушилку с чужими вещами.
Она выключила свет и посмотрела на хрустальную вазочку в раковине. Света помыла. Как родная.
***
Прошла неделя. Денис превратил гостиную в офис — раздвигал диван, разбрасывал бумаги, говорил по телефону до полуночи. Света изучала районы города «для ипотеки» и жаловалась на Галинину плиту.
— У вас конфорки слабые, — говорила она, ставя на стол ужин из Галининых продуктов. — И сковородка неудобная.
— Двадцать лет ей пользуюсь.
— Ну да, видно же.
Артем включал мультики на полную громкость и размазывал по столу варенье. Галина вытирала липкие пятна и считала дни до зарплаты — продукты кончались быстрее обычного.
***
В субботу Света принесла огромный мешок детского белья:
— Тетя Галь, можно с вашими? Отдельно стирать — расточительство же.
Галина кивнула. Потом вытаскивала из машины розовые носки и свою любимую белую рубашку в серых разводах — Артемова футболка с ярким принтом окрасила все.
— Ой, — сказала Света, взглянув на рубашку. — У вас машина старая, вот и линяет все.
Галина держала испорченную рубашку и молчала. Ту самую, которую покупала на первую зарплату после больничного по уходу за мужем.
***
Во вторник она мыла гору посуды после Светиного ужина — две сковородки, кастрюлю, салатники. Света умела готовить сложно и исчезать со словами «пойду Артему почитаю».
Мимо кухни прошел Денис с телефоном у уха:
— Да, брат, мы тут устроились по-царски. Тетка пашет, дядя молчит как рыба. Можно годик-другой протянуть спокойно…
Галина поставила тарелку в сушилку беззвучно.
— Какая ипотека? Ты смеешься? Мы им сказали для красоты. Тут можно жить, не платя ничего. Коммуналку они сами платят, продукты покупают… Сиди и работай удаленно, красота…
Вода в кране текла тонкой струйкой. Галина закрыла кран, вытерла руки и аккуратно повесила полотенце.
Годик-другой. А она, как дура, поверила в «месяцок».
В спальне Виктор смотрел новости.
— Витя, выключи телевизор.
— Сейчас программа закончится.
— Сейчас.
Он удивленно посмотрел на нее и нажал на пульт.
— Твой племянник врет. Никакой ипотеки нет. Собирается жить здесь годами.
— Откуда ты знаешь?
— Подслушала. Случайно.
Виктор потер лоб — жест, который появился после больницы.
— И что делать? На улицу выставлять?
— А меня ты спрашивал, когда их пускал?
Пауза. За стеной Артем смеялся над мультиками.
— Его родня опять приедет жить? А кто меня спросил?
Фраза получилась тише, чем Галина планировала, но каждое слово прозвучало ясно.
— Что ты от меня хочешь?
— Чтобы ты был мужем в своем доме. А не постояльцем.
— Я болел…
— Болел два года назад. А теперь просто решил, что думать необязательно.
Она подошла к окну. Соседка выгуливала собаку — каждый день в девять вечера, один маршрут. Удобно жить по привычке. Не думать.
— Завтра они ищут другое место.
— А если не найдут?
Виктор сидел на краю кровати, сгорбившись. И вдруг Галина поняла — он боится принимать решения. После больницы что-то в нем сломалось.
— Тогда найду я.
***
Утром Галина встала в половине седьмого, как обычно. Виктор спал. В гостиной похрапывали под одеялом Денис со Светой, Артем сопел на надувном матрасе.
Она тихо собралась и вышла с сумкой, где лежали документы на квартиру.
***
В обед поехала к дяде Коле, сантехнику из поликлиники.
— Замки поменять? А мужа предупредить?
— Предупрежу.
— Ладно. Завтра к двум сделаю.
— А попасть в квартиру как?
— У меня есть план.
***
Вечером за ужином Галина спросила:
— Света, завтра днем дома будете?
— А что?
— Сантехник придет кран чинить. Будет шуметь.
— Ой, а мы с Артемом в парк собирались. Денис, ты на встречу завтра?
— К трем еду.
Галина кивнула и стала убирать со стола.
***
В час дня дядя Коля поменял замки за двадцать минут. Галина приклеила к двери записку: «Денис, Света, Артем. Ключи у управляющей в 18 квартире. Принесите договор ипотеки — получите ключи. Галина.»
Села на лавочку во дворе ждать.
В четыре приехала Света с Артемом.
— Тетя Галь! Мы не можем попасть домой!
— Прочитали записку?
— Какой договор? Мы еще оформляем!
— Света, вчера я случайно услышала разговор Дениса по телефону. Про то, что ипотеки нет и жить он собирается тут годами.
Света покраснела.
— Вы подслушивали?
— Услышала. Но неприятно узнать, что меня считают дурой.
— Тетя Галь, ну куда мы пойдем с ребенком?
— У меня тоже есть дом. И я хочу в нем жить.
***
Денис приехал в половине пятого. Прочитал записку, подошел к Галине.
— Это шутка?
— Нет.
— Мы же родня!
— Родня не врет родне.
Помолчал, сменил тон:
— Ладно, виноват. С ипотекой пока сложно, но мы же не навсегда…
— Ты говорил — годик-другой.
— Ну, может, чуть больше месяца…
— Денис, тебе тридцать пять лет. У тебя семья. Обеспечь ее сам.
— А дядя Витя что скажет?
— Спроси у него.
***
Виктор пришел в шестом часу. Увидел семейство на лавочке, подошел к жене.
— Что, сделала?
— Сделала.
Посмотрел на племянника:
— Денис, завтра ищешь съемную. На первый месяц дам денег.
— Дядь Вить, да мы же…
— Не дядь Вить, а Виктор Сергеевич. И не мы, а ты. Ты ищешь жилье для своей семьи.
Галина удивленно посмотрела на мужа. Он говорил спокойно, но твердо.
— Витя… — начала она.
— А с тобой поговорим дома, — сказал он.
Денис попробовал еще:
— Ну хорошо, неделю дайте! Квартиру же не за день найдешь!
— Три дня, — сказал Виктор. — Этого хватит.
— А где ночевать?
— У Светиных родителей. Или в гостинице.
Света всхлипнула. Артем заплакал — не понимал, что происходит, но чувствовал напряжение.
— Дядя Витя, ну нельзя же…
— Можно, — сказал Виктор. — Оказывается, можно.
***
Вечером, когда непрошеные гости уехали к теще, супруги сидели на кухне.
— Не сердишься? — спросила Галина.
— За что?
— За то, что без тебя решила.
— Галь, я после больницы боялся лишний раз голос повысить. Думал — вдруг сердце не выдержит. А вчера понял: от собственной трусости точно не выдержит.
Она сжала его руку.
— А завтра они опять приедут. Уговаривать будут.
— Пусть. Только ночевать будут дома. У себя дома.
Галина убрала со стола две чашки вместо шести. Завтра купит хорошего чая — не экономного пакетированного, а листового. На двоих хватит.
