“… Если не любил, значит, и не жил, и не дышал!…”
(с) Владимир Высоцкий
*****
Человек был в критическом состоянии. Воздух проходил в горло, подаваемый аппаратом для искусственной вентиляции лёгких. Его грудь судорожно вздымалась и опадала. Показатели были плохие.
«Последний день» — решил врач, видевший это уже много раз…
Помочь больше нечем. Организм не справляется.
А глаза мужчины были открыты. Он видел своё. Маленькая, рыжая собачка со смешными усами сидела возле скамейки и ждала. Она просительно смотрела на прохожих и тихонько поскуливала. Она не умела лаять. Рядом сидели два важных серых кота. Они смотрели на собачку. Они тоже ждали. Его…
А он валялся тут на больничной койке. И некому больше было их покормить.
Мужчина в бреду протягивал руки и пытался схватить проходящих мимо медиков. Ему казалось, что все они в парке. Возле этой скамейки.
— Покормите, покормите их, пожалуйста, — просил он, — неужели вам жалко сосиску? Ну, дайте же им хоть что-нибудь! — кричал он в отчаянии.
Но никто не останавливался, и голодные глаза рвали ему сердце.
Мужчине казалось, что он громко кричит. Но на самом деле он тихонько хрипел. Ровно в двенадцать ночи, секунда в секунду, сердце его остановилось. И на мониторе возникли несколько ровных линий. Завыла тревожная сирена.
Персонал, схватив все необходимые приборы и лекарства, бросился к его кровати.
— Двести двадцать! — крикнул врач и, приготовив аппарат для электрического разряда, нагнулся над мужчиной. Но тут…
Тут одна из медсестёр подняла голову на монитор. Ровная линия сердца дёрнулась.
— Нет, нет! — крикнула она и оттолкнула врача.
Тот с удивлением посмотрел на монитор. Тихонечко и неуверенно поднимаясь вверх, кривая вдруг яростно забилась. Давление, упавшее до нуля, подскочило сперва до 60 на80, а потом помчалось бешено вверх и замерло на 160 на220.
Персонал метался и колол лекарства, пытаясь нормализовать показатели.
— Первый раз вижу такое, — сказал врач. — Будто двигатель машины завёлся.
Через два часа, когда показатели пришли в норму, врач, вытерев пот со лба, заметил:
— Неизвестно, что лучше. В его положении правильнее было бы уйти. Будет теперь, как овощ, или с такими отклонениями, что упаси Боже.
Но ещё через пару часов мужчина открыл глаза и поинтересовался, который час. Врачи сбежались и стали задавать вопросы. Какой сегодня день, как его зовут, где работает, как самочувствие.
Мужчина сорвал кислородную маску и стал отвечать. Маску вернули на место.
— Странно, — сказал врач. — Надо позвать профессора. Первый раз такое вижу.
Утром мужчина опять сорвал кислородную маску и сказал, что она мешает ему дышать, и что если её опять ему наденут, то он встанет и всё тут разгромит.
Профессор долго стоял перед его кроватью и, читая надписи на папке, висевшей в ногах, задавал ему каверзные вопросы, пока не был послан мужчиной подальше. После чего профессор потребовал провести томографию, рентген всего, чего можно, и все анализы.
А мужчина, улыбаясь, попросил куриного бульончика и солёную рыбку.
— Какую-какую рыбку? — изумился профессор.
— Лучше копчёную, — уточнил мужчина.
— С ума сойти! — заметил профессор и разрешил позвонить его жене.
Через час жена примчалась с передачей. И вся семья приехала. Они через стеклянные двери смотрели, как мужчина, сидя на кровати, с удовольствием уплетал завтрак.
Профессор и его помощники разводили руками. После такого человек не может остаться прежним. Он получает такие повреждения, что речи не идёт о том, что они сейчас видели.
— Совершенно необъяснимый случай, — говорил коллеге профессор, и они осматривали мужчину, пытаясь понять, в чём тут дело.
Врач, стоявший рядом, заметил:
— Я проводил реанимацию. И скажу вам, коллега. Как будто машина завелась с пол-оборота. Ещё до того, как я дал разряд. Само собой всё случилось. И последствий никаких.
И доктор развёл руками.
А через неделю, пробыв необходимое время для обследования, мужчина выписывался. Провожали его всем отделением. Необъяснимый случай чудесного исцеления, скажу вам, дамы и господа.
Сев в машину, мужчина попросил жену сперва отвезти его к магазину, где, поддерживаемый ею, он купил килограмм сосисок. Самых лучших.
А потом попросил отвезти к знакомому парку, где подошел к заветной скамейке. Смешная рыжая собачка с длинными усами и два важных кота сидели тут же.
Мужчина стал на колени и выложил на пакет все сосиски, разделив их на три ровных порции.
Собачка подбежала и стала есть, захлёбываясь. А два важных кота степенно, не спеша, оттащили по одной и откусывали по кусочку.
Мужчина стоял на коленях и гладил их всех по очереди.
Жена, стоявшая сзади, спросила:
— Ну, что? Что ты маешься? Хочешь забрать – забирай. Вернувшемуся с того света — можно.
Мужчина повернулся к ней и улыбнулся.
— Правда, можно? — недоверчиво спросил он.
Женщина подошла и подняла маленькую рыжую собачку. Та зашлась отчаянным лаем. Наверное, ей так казалось. На самом деле она тихонько кашляла. Она не умела лаять.
Мужчина подошел к машине и, открыв заднюю дверь, сказал важным серым котам:
— Пожалуйста, садитесь.
Коты посмотрели на него. Посмотрели на машину и открытую дверь. На женщину, державшую маленькую рыжую собачку, пытавшуюся лизнуть её в лицо…
Посмотрели друг на друга и запрыгнули, наконец, на заднее сидение.
Машина рванула с места. Надо было ехать домой.
Такой вот удивительный случай произошел в лечебной практике одной больницы.
И врачи ещё долго вспоминали совершенно невероятное исцеление и пожимали плечами.
— Необъяснимо, — говорил профессор. — Совершенно необъяснимо!
Автор ОЛЕГ БОНДАРЕНКО
