Дарья Морозова познакомилась со Степаном Кравцовым в институтской библиотеке. В тот день рабочие собирали новые стеллажи, поэтому половину читального зала перегородили лентой. Дарья сидела у окна и проверяла перевод делового письма для преподавательницы.
Степана она знала в лицо. Он учился на экономическом факультете, держался с преподавателями уверенно и почти всегда приезжал на машине. Его отец руководил строительной компанией, о которой в городе слышали многие.
Степан остановился возле её стола и положил рядом два листа.
— Вы Дарья Морозова?
— Да.
— Мне сказали, вы хорошо переводите деловую переписку. Посмотрите один абзац? Я понимаю общий смысл, но не уверен в формулировке.
Письмо касалось поставки оборудования. Ничего сложного там не было. Дарья объяснила разницу между предварительным согласием и окончательным подтверждением.
— Теперь понял, — сказал Степан. — Я бы написал им слишком уверенно и потом сам же разбирался.
Он поблагодарил её и ушёл. Через неделю снова появился в библиотеке, на этот раз с письмом от зарубежного подрядчика. Потом встретил Дарью возле книжного отдела, где она работала после занятий, и предложил выпить кофе.
Она не сразу согласилась. Степан ей нравился, но его внимание казалось слишком настойчивым для человека, с которым она разговаривала два раза. Он не торопил её и не пытался произвести впечатление деньгами. Приходил пешком, ждал окончания смены, рассказывал об институте и спрашивал о её переводах.
Через месяц они уже встречались несколько раз в неделю. Дарья привыкла видеть его возле магазина и перестала искать подвох в каждом приглашении.
Зоя Николаевна, её мать, относилась к Степану сдержанно. Она работала медсестрой в поликлинике и привыкла внимательно слушать людей.
Однажды Степан проводил Дарью до подъезда. Он поздоровался с Зоей Николаевной, спросил, не тяжёлая ли у неё сумка, и предложил донести покупки до квартиры. Она отказалась, а дома долго раскладывала продукты по полкам.
— Не нравится он тебе? — спросила Дарья.
— Я его почти не знаю.
— Но что-то ты уже решила.
Зоя Николаевна закрыла дверцу холодильника.
— Он заранее продумывает каждую фразу. Даже с этой сумкой. Сначала посмотрел на тебя, потом предложил мне помощь.
— Хотел быть вежливым.
— Возможно. Я ничего тебе не запрещаю. Просто не спеши.
Дарья обиделась, хотя понимала, что мать говорит не со зла. Степан помнил расписание её смен, присылал нужные для учёбы статьи и ни разу не посмеялся над её подработкой. Рядом с ним она впервые перестала считать деньги перед каждым походом в кафе. Он не демонстрировал щедрость, а просто оплачивал заказ и продолжал разговор.
В начале декабря Степан предложил познакомить её с родителями.
Они сидели в кофейне возле института. За окном дворник сгребал мокрый снег, а посетители стряхивали воду с обуви у входа.
— Мама спрашивает, когда я тебя привезу, — сказал Степан. — Отец тоже хочет познакомиться.
— Ты им много рассказывал?
— Достаточно.
— Что именно?
Он задумался.
— Что ты учишься на переводчика, работаешь в магазине и умеешь спорить с официантами из-за неправильно посчитанного чека.
— Один раз было.
— Ты заставила их пересчитать заказ для всего стола.
Дарья улыбнулась. Воспоминание было настоящим, и напряжение прошло.
Дом Кравцовых находился в посёлке за городом. Степан сам приехал за Дарьей, а по дороге рассказывал о ремонте трассы и новых преподавателях. Он говорил больше обычного и дважды пропустил нужный поворот. Дарья решила, что он тоже волнуется.
Раиса Андреевна встретила их в прихожей. На ней было простое тёмное платье, волосы она собрала на затылке.
— Наконец-то, — сказала она сыну. — Я уже думала, ты передумаешь нас знакомить.
Она поздоровалась с Дарьей, приняла её пальто и провела в гостиную. Юрий Павлович вышел из кабинета через несколько минут. Он пожал Дарье руку и сразу спросил об учёбе.
— Степан говорил, вы занимаетесь юридическим переводом.
— Пока только на учебных материалах. Иногда помогаю преподавательнице с перепиской.
— Хорошее направление. Специалисты с языком всегда нужны.
За столом говорили об институте, работе Дарьи и поездках Степана с отцом. Раиса Андреевна задавала много вопросов, но делала это спокойно.
— Вы после выпуска хотите остаться в Ярославле?
— Пока не решила.
— А ваша мама одна живёт?
— Мы живём вместе.
— Она тоже из Ярославля?
— Нет, приехала сюда после училища.
Дарья отвечала и всё чаще замечала, что вопросы касаются не её самой. Раису Андреевну интересовали прежняя фамилия Зои Николаевны, город, где она училась, и годы её работы.
— Мама, ты собеседование проводишь? — вмешался Степан.
— Просто разговариваю.
— Тогда спроси хотя бы, какие фильмы Даша любит.
Раиса Андреевна рассмеялась и сменила тему. Дарья посмотрела на Степана. Он наливал ей воду и не поднимал глаз.
После ужина Раиса Андреевна повела её на второй этаж показать зимний сад. Степан остался с отцом. На обратном пути Дарья попросила разрешения вымыть руки.
— Ванная направо, — сказала Раиса Андреевна. — Я пока скажу, чтобы подали чай.
Дарья вышла в коридор и перепутала двери. Вместо ванной открыла небольшой кабинет. На столе работал принтер. Из него медленно выходил лист с английским текстом.
Она уже хотела закрыть дверь, но увидела своё имя.
Daria Morozova. Potential beneficiary.
Ниже стояло имя Эдмунда Хейла и название иностранной юридической фирмы. На втором листе был проект соглашения с компанией Юрия Кравцова. Дарья успела прочитать несколько строк. Фирма собиралась финансировать поиск документов и представлять её интересы за вознаграждение, которое составляло треть полученного имущества.
Внизу был указан Степан как контактное лицо.
Дарья услышала шаги и прикрыла дверь. Раиса Андреевна прошла по коридору к лестнице, не заметив её. Дарья вернулась в кабинет и сфотографировала оба листа. Телефон дрожал в руках, поэтому первый снимок вышел смазанным. Она сделала ещё один и положила бумаги в лоток принтера.
В ванной Дарья несколько раз умыла лицо холодной водой. В зеркале она выглядела уставшей, но это можно было объяснить поздним часом.
Когда она спустилась, Степан стоял возле окна. Юрий Павлович говорил с ним вполголоса в соседней комнате. Дверь была приоткрыта.
— Рано, — произнёс отец. — Сначала получим подтверждение.
— Она начнёт спрашивать, — ответил Степан.
— Поэтому сегодня никаких бумаг.
Дарья вернулась к столу прежде, чем они вышли.
За чаем Раиса Андреевна расспрашивала её о работе в книжном. Степан почти не участвовал в разговоре. Один раз он коснулся Дарьиной руки, но она убрала ладонь, чтобы взять чашку.
В машине он включил музыку и спросил:
— Ты сегодня тихая. Мама тебя утомила?
— Немного.
— Она задаёт слишком много вопросов. Не принимай близко.
— Откуда она узнала, что моя мама раньше носила другую фамилию?
Степан на секунду задержал взгляд на дороге.
— Наверное, я говорил.
— Я тебе не говорила.
— Значит, сам где-то услышал. Может, в институте.
Он прибавил звук. Дарья больше не спрашивала.
Зоя Николаевна встретила её на кухне. На столе лежали квитанции и раскрытая тетрадь с расходами.
— Как прошло?
Дарья сняла пальто и села напротив.
— Мам, ты знала человека по имени Эдмунд Хейл?
Ручка выпала из пальцев Зои Николаевны.
Она не стала спрашивать, откуда дочь узнала это имя. Собрала квитанции, убрала их в ящик и поставила чайник.
— Знала.
— Это мой отец?
Зоя Николаевна села рядом, но смотреть на Дарью не решалась.
Эдмунд приехал в Ярославль по студенческой программе. Они познакомились на практике, встречались почти год. Потом ему пришлось вернуться в Англию. Первое время он писал и звонил, но вскоре связь прекратилась.
— Он знал обо мне? — спросила Дарья.
— Я написала ему. Ответа не получила.
— Ты пыталась найти его позже?
— Несколько раз. Адрес уже не действовал, а знакомых у меня там не было.
Зоя Николаевна достала из шкафа жестяную коробку. В ней лежали старые фотографии и два конверта с иностранными марками. На одном Дарья увидела знакомую фамилию.
— Почему ты никогда не рассказывала?
— Сначала ждала хоть какой-то новости. Потом решила, что тебе будет легче без обещаний, которые никто не выполняет.
Дарья показала матери снимки из кабинета Кравцовых. Зоя Николаевна долго увеличивала текст на экране.
— Они поэтому нашли тебя?
— Похоже.
— А Степан?
— Он указан в документах.
Мать вернула телефон.
— Я же говорила, он всё заранее обдумывает.
В её голосе не было торжества. Она выглядела растерянной и всё время поправляла край скатерти.
На следующий день Дарья написала преподавательнице по юридическому переводу. Та дала номер Тамары Сергеевны Лобановой, которая занималась наследственными делами с иностранными участниками.
Тамара Сергеевна приняла Дарью через два дня. Её кабинет находился возле областного суда. На столе лежали стопки документов, а на подоконнике стоял старый электрический чайник.
Юрист просмотрела фотографии и попросила переслать их на рабочую почту.
— Эти бумаги ещё ничего у вас не отнимают, — объяснила она. — Но подписывать их нельзя. Здесь крупное вознаграждение, право вести переговоры от вашего имени и возмещение всех расходов. Даже при плохом результате вы можете остаться должны.
— Они говорили о наследстве.
— Пока мы не знаем, есть ли оно. Имеется только имя человека и название фирмы. Проверка займёт время.
— Кравцовы могут оформить всё без меня?
— Нет. Родство придётся подтверждать. Но они могут убедить вас подписать невыгодный договор, пока вы не разобрались.
Тамара Сергеевна записала сведения о Зое Николаевне и попросила принести письма Эдмунда.
— Степану пока ничего не говорите. Отвечайте спокойно и не соглашайтесь на встречи без предупреждения.
Дарья кивнула.
— Он уже предложил встретиться завтра.
— Значит, начнут торопить.
Степан позвонил вечером.
— Отец хотел поговорить с нами о поездке в Лондон.
— Зачем мне туда ехать?
— У него есть партнёры. Они ищут переводчика для проекта и готовы познакомиться с тобой.
— Я ещё не окончила институт.
— Им нужен человек на месте. Можно совместить поездку с отдыхом.
— А документы будут?
На другом конце несколько секунд было тихо.
— Какие документы?
— Для поездки.
— Конечно. Отец всё подготовит.
Встречу назначили в офисе Кравцова-старшего. Тамара Сергеевна посоветовала Дарье ничего не подписывать и забрать копии домой.
В переговорной находились все трое. Раиса Андреевна сидела рядом с мужем, Степан листал сообщения в телефоне. Перед Юрием Павловичем лежала папка.
— Дарья, разговор простой, — начал он. — Наши зарубежные партнёры разыскивают родственников одного человека. Есть основания полагать, что речь идёт о вас.
— Об Эдмунде Хейле?
Степан поднял голову. Раиса Андреевна перестала улыбаться.
Юрий Павлович медленно закрыл папку.
— Степан рассказал?
— Нет.
— Тогда откуда вы знаете?
— Это сейчас не главное.
Раиса Андреевна первой вернула себе спокойный тон.
— Мы не хотели сообщать неподтверждённые сведения. Вы могли зря разволноваться.
— Поэтому Степан познакомился со мной в библиотеке?
Он отложил телефон.
— Даша, я учился с тобой в одном институте. Отец спросил, знаю ли я тебя.
— И дал письмо, которое ты прекрасно понимал.
— Я хотел начать разговор.
— Почему не сказал прямо?
Степан посмотрел на отца.
— Сначала мы сами не знали, правда ли ты его дочь.
Юрий Павлович подвинул папку к Дарье.
— Теперь появились документы. Наша компания готова оплатить проверку, переводы и работу специалистов. Здесь обычное соглашение.
Дарья открыла его. Это был тот же проект, который она видела в доме Кравцовых, только с заполненными данными. За услуги фирма получала тридцать пять процентов от имущества и возврат всех расходов.
— Я покажу договор своему юристу.
— Зачем вам посторонний человек? — спросила Раиса Андреевна. — Мы уже всё организовали.
— Именно поэтому.
Юрий Павлович нахмурился.
— Такие дела требуют денег. Зарубежные специалисты бесплатно работать не станут.
— Я это понимаю.
— У вас есть средства на несколько месяцев переписки, анализы и поездки?
— Это буду решать я.
— Даша, отец предлагает помощь, — вмешался Степан. — Никто не собирается тебя обманывать.
Она повернула договор к нему.
— Ты читал пункт о тридцати пяти процентах?
— Да.
— И собирался рассказать после того, как я подпишу?
— Нет. Я хотел всё объяснить.
— Когда?
Он не ответил.
Раиса Андреевна отодвинула чашку.
— Степан действительно к вам привязался. Знакомство давно перестало быть поручением.
— Для меня оно началось с обмана.
— Не надо преувеличивать. Он всего лишь подошёл к вам в библиотеке.
— С моим именем, сведениями о матери и готовым планом.
Юрий Павлович постучал пальцами по папке.
— Подписывать сегодня необязательно. Возьмите сутки и подумайте. Но затягивать нельзя. Есть сроки подачи заявления.
— Какие именно?
Он назвал дату, но не показал подтверждающего письма.
Дарья достала из сумки прозрачную папку.
— Оставьте мне копию договора и переписку с зарубежной фирмой.
— Переписка касается нашей компании, — ответил Юрий Павлович.
— Тогда мой юрист сам свяжется с исполнителем.
Степан встал.
— Ты уже наняла юриста?
— Да.
Раиса Андреевна резко повернулась к сыну.
— Ты сказал, она ничего не заподозрила.
Степан закрыл глаза. Юрий Павлович бросил на жену недовольный взгляд, но было поздно.
Дарья положила договор обратно.
— Теперь всё ясно.
— Даш, подожди, — сказал Степан. — Я хотел помочь тебе разобраться.
— Ты хотел, чтобы я разбиралась через вашу фирму и отдала ей треть.
— Деньги нужны на работу.
— Тогда почему вы скрыли условия?
Он подошёл ближе, но Дарья сделала шаг к двери.
— Я не знал, как сказать после нашего знакомства, — произнёс он. — Сначала отец попросил только поговорить с тобой. Потом мы стали встречаться. Я несколько раз собирался всё объяснить.
— И каждый раз передумывал.
— Боялся, что ты уйдёшь.
— Ты всё равно оставил мне только этот вариант.
Она вышла в коридор. Степан догнал её возле лифта.
— Даша, между нами не всё было ложью.
— Возможно.
— Я правда тебя люблю.
— Ты знал о моём отце раньше меня. Этого достаточно.
Двери лифта открылись. Дарья вошла и нажала кнопку первого этажа. Степан остался в коридоре.
Проверка заняла почти четыре месяца. Тамара Сергеевна связалась с фирмой, указанной на документах Кравцовых. Оказалось, что та представляла исполнителя завещания Эдмунда Хейла.
Компания Юрия Павловича получила запрос через делового партнёра. Нужно было найти Зою Морозову или её ребёнка. За сведения Кравцовым полагалась обычная оплата. Требовать долю от Дарьи никто им не поручал.
Родство подтверждали документами и анализом. Все расходы Тамара Сергеевна заранее согласовывала с Дарьей. Часть суммы удалось оплатить после того, как иностранная сторона признала её возможной наследницей.
Эдмунд несколько раз пытался найти Зою Николаевну. Он обращался к знакомым из прежней студенческой программы, но не знал её новой фамилии. В завещании он указал, что часть имущества следует передать его ребёнку, если родство удастся подтвердить.
Для Дарьи оставили и письмо. В нём Эдмунд писал, что получил известие о беременности слишком поздно. Его первое письмо вернулось из-за ошибки в адресе, а позже он не смог восстановить связь. Он не просил прощения и не оправдывался. Только перечислил несколько попыток поиска и сообщил, где хранились фотографии Зои.
Дарья читала письмо дома. Мать сидела рядом и держала одну из старых фотографий.
— Это было в мае, — сказала Зоя Николаевна. — Мы ездили в Ростов. Он весь день неправильно произносил название города.
— Ты бы хотела с ним встретиться?
Мать убрала фотографию в коробку.
— Тогда хотела. Сейчас уже не знаю.
Они дочитали письмо до конца. Потом Зоя Николаевна поставила вариться картошку, а Дарья убрала бумаги в верхний ящик шкафа.
Степан пришёл к книжному магазину в конце марта. Он ждал возле служебного входа и выглядел непривычно усталым.
— Можно поговорить?
— Говори.
— Отец получил письмо от твоего юриста. Вы требуете вернуть оригиналы документов и удалить копии.
— Да.
— Он всё отдаст.
Дарья ждала продолжения.
— У компании сейчас проблемы, — сказал Степан. — Отец потратил деньги на специалистов и переводы. Он надеялся, что договор покроет расходы.
— Его никто не просил готовить договор.
— Я знаю.
— Тогда о чём разговор?
Он достал из кармана маленькую коробку, но не открыл её.
— Я купил кольцо ещё до той встречи.
— Зачем ты принёс его сейчас?
— Хотел, чтобы ты знала. Я собирался сделать предложение независимо от наследства.
— После того как получил подтверждение?
Степан посмотрел на коробку и убрал её обратно.
— До окончательного подтверждения.
— Но уже после письма из Лондона.
— Да.
Дарья поправила ремень сумки.
— Ты не понимаешь, что это ничего не меняет.
— Понимаю. Просто хотел объяснить.
— Ты объясняешь только тогда, когда у тебя не осталось других вариантов.
Он кивнул.
— Наверное.
Дарья впервые услышала от него ответ без попытки смягчить сказанное.
— Документы отец передаст завтра, — добавил Степан. — Я сам отвезу вашему юристу.
— Отдай курьеру. Нам больше не нужно встречаться.
Он постоял ещё несколько секунд, затем отошёл от двери. Дарья вернулась в магазин и помогла покупательнице найти учебник для восьмого класса. Когда она снова посмотрела на улицу, Степана там уже не было.
Через неделю Тамара Сергеевна получила от Кравцовых все бумаги. Вместе с ними пришла претензия. Юрий Павлович требовал возместить переводы, консультации и бронирование поездки, которую Дарья не заказывала.
— Ответим? — спросила Тамара Сергеевна.
— Конечно.
— Могу написать жёстко.
— Напишите только по делу.
В ответе указывалось, что Кравцовы действовали по собственной инициативе. Дарья не поручала им вести переговоры и не принимала на себя расходы. После этого Юрий Павлович больше денег не требовал.
К началу лета оформление завершилось. Дарья получила не состояние из газетных заголовков, а долю в нескольких счетах и небольшой дом в пригороде Лондона. Тамара Сергеевна посоветовала ничего не продавать сразу.
Дарья продолжила учёбу и оставила работу в книжном только перед выпускными экзаменами. Часть средств она положила на отдельный счёт, а матери предложила перейти на сокращённый график.
— Я ещё могу работать, — возразила Зоя Николаевна.
— Можешь. Но теперь не обязательно брать лишние смены.
— Тогда три дня в неделю.
— Договорились.
В августе они вместе поехали в Англию. Дом Эдмунда оказался небольшим, с узкой лестницей и запущенным садом. В кабинете хранилась коробка с фотографиями времён его учёбы в Ярославле.
На одном снимке молодая Зоя стояла возле вокзала в светлом пальто. Рядом улыбался высокий парень с растрёпанными волосами.
— Он всегда щурился на солнце, — сказала мать.
Дарья перевернула фотографию. На обороте Эдмунд написал дату и имя Зои с ошибкой.
— Заберём?
Мать подумала и покачала головой.
— Сделай копию. Оригинал пусть останется здесь.
Вечером они вернулись в гостиницу. Зоя Николаевна разложила на столе билеты и проверила время вылета.
— Завтра успеем пройтись возле реки? — спросила она.
— Успеем. Выйдем после завтрака.
Дарья поставила телефон на зарядку и открыла шторы. На стекле остались капли после дождя. Внизу закрывалось маленькое кафе, работник складывал уличные стулья один на другой.
— Мам, будильник на семь тридцать?
— На восемь. Мы никуда не опаздываем.
Дарья выставила время, положила рядом сделанную копию фотографии и выключила свет.
