Тамара шла по тропинке вдоль забора с бензопилой в руках, и это явно был не самый лучший момент в ее жизни.
Несколько минут назад она подошла к своему дачному домику и заметила машину Бориса на соседском участке. Его серый внедорожник, который она узнала бы из тысячи. С царапиной на левом крыле, которую он так и не удосужился убрать за три года. Автомобиль стоял прямо на Светланином дворе, за калиткой.
В голове у Тамары разом пронеслось все, и мужнины вечерние «задержался на работе», и его внезапные субботние отлучки, и странная привычка то и дело уезжать на дачу…
Дачный поселок вокруг жил своей обычной утренней жизнью. Где-то жужжала газонокосилка, пахло скошенной травой и чьими-то оладьями.
А у Тамары внутри будто лопнула какая-то старая, натянутая до предела струна…
***
Вчера вечером Борис снова поехал на дачу якобы для того, чтобы подлатать крышу сарая. Она не поехала с ним, а утром решила сделать сюрприз — нажарила обожаемых мужем сырников, села в электричку и приехала. Только вот, похоже, сюрприз ждал не его, а ее…
Тамара открыла свою калитку и машинально двинулась к сараю. Войдя внутрь, она сняла со стены бензопилу, которую Борис купил в прошлом году. Он ей так гордился.
Женщина перехватила ее покрепче, развернулась и зашагала к калитке.
Она не думала о том, что делает. Точнее, думала, но мысли были странные, обрывочные. Тридцать лет брака. Двое взрослых детей. Общая квартира, эта дача, машина и метис хаски по кличке Фунт, которого Борис как всегда взял с собой.
Он сейчас трусил за Тамарой следом, помахивая хвостом.
Из-за Светланиного дома доносились голоса, мужской и женский. Тамара решительно толкнула калитку и вошла.
Борис и Светлана стояли у старой яблони. Между ними на козлах лежала большая доска, наполовину распиленная ручной пилой. Светлана держала пилу обеими руками и пилила с таким выражением лица, будто сражалась с драконом. Борис держал инструмент с другой стороны и показывал, как правильно его направлять.
Тамара остановилась посреди двора с бензопилой наперевес. Фунт сел возле поленницы, обвел взглядом всех действующих лиц и вывалил язык.
Первой Тамару заметила Светлана. Она выпрямилась и вытаращила глаза. И в самом деле, далеко не каждое утро ей доводилось видеть в своем дворе соседку с бензопилой в руке и с весьма свирепым выражением лица.
Борис обернулся. Он увидел Тамару и приветливо кивнул ей, а затем его взгляд упал на бензопилу.
— Тома… — несколько растерянно проговорил он. — Э… ты приехала?
— Как видишь, — отозвалась Тамара.
Светлана аккуратно стряхнула опилки со своей одежды. Она была ровесницей Тамары, но выглядела иначе, мягче, домашнее. Прошлой осенью ее бросил муж, и она пыталась хоть как-то поддерживать порядок в доме и на участке.
— Тома, — начала Светлана, — все в порядке, я просто попросила твоего Борю помочь мне с крыльцом. Мне не справиться одной, вот я и…
— Крыльцо, — повторила Тамара, — с крыльцом он тебе, значит, помогает. Ага… А мне три месяца назад полку на кухне не мог повесить, забор наш все никак не починит, потому что то времени у него нет, то палец порезал, то еще что.
Борис сунул руки в карманы джинсов и опустил плечи.
— Том, я… хотел тебе сказать, но… — начал он.
— Что ты хотел мне сказать?! — тут же набросилась на него Тамара. — Что тайком ездишь к соседке? Что врешь про крышу? Крыльцо он ей чинит! Ну да, как же!
***
Тут из-за угла дома вышел сосед дядя Гоша, которого все в поселке считали самым честным человеком на свете. Ему было под восемьдесят, но руки у него были мастеровые, и он постоянно что-то строгал и чинил. В руке он нес большую корзину со своими инструментами.
— А я вот думаю, Борь, и правда, — сказал он, как будто продолжая свою мысль, — чего ты бензопилу-то свою не принес? С ней куда быстрее бы дело пошло. Может, ты…
И он осекся, увидев Тамару с бензопилой. Но не растерялся.
— Доброго утречка! — улыбнулся он, иронично приподняв свою шляпу. — С утреца да на подмогу, а? Ну молодец, молодец. Давай, проходи, лишние рабочие руки всегда в радость.
Он подошел к Тамаре, мягко забрал у нее бензопилу и увлек ее за собой.
— А мы тут сидим, никого не трогаем, разве что не примус, а крыльцо починяем, — подмигнул он Тамаре, — у Светланы крыльцо, вишь, сгнило, ступенька провалилась. Боря позвал меня помочь. Вдвоем-то мы быстрее управимся!
— Я ему, — продолжил он и кивнул на Бориса, — говорю, что надо бы бензопилу сюда. А тут и ты ее несешь. Ай, молодца!
Вконец растерявшаяся Тамара наконец посмотрела на крыльцо Светланиного дома. Действительно, было похоже на то, что тут велись работы.
Она посмотрела на мужа.
— А… почему мне не сказал? — негромко спросила она.
— Я тебе и пытаюсь это сказать! — воскликнул Борис. — Но ты же мне не веришь… Но, может, хоть дяде Гоше поверишь?
— Поверит-поверит, куда она денется… — пробормотал тут дядя Гоша.
Тамара окончательно смешалась. Ситуация из драматической стремительно превращалась в нелепую. Фунт, почуяв перемену, подошел к Светлане, ткнулся носом ей в колено, и та рассеянно погладила его по голове.
— Тома, ты же сто лет уже знаешь Свету, — тихо сказал Борис, — она нас вареньем недавно угощала, помнишь? Из алычи…
Тамара помнила то варенье. Оно и в самом деле было вкусным…
— Так ты… все это время ездил сюда, да? — негромко спросила она. — И помогал?
— Ну… да, — смущенно отозвался Борис, — вообще, всю основную работу тут делает дядя Гоша. А я так, на подхвате. Я хотел тебе сказать, чтобы ты не переживала, но потом подумал, что мы все равно скоро закончим все работы. Так и не сказал…
***
Тут дядя Гоша дернул шнур бензопилы раз, другой, и мотор взревел. Он подошел к доске, лежащей на козлах, примерился и повел пилу вдоль метки. Опилки полетели золотистым веером.
Борис постоял пару секунд, глядя на жену, а потом повернулся и взял молоток. Тамара подтащила к крыльцу доски, сложенные у забора, и закипела работа.
Светлана зашла в дом и вскоре вернулась с чайником и четырьмя кружками, поставила все это на садовый стол, накрытый выцветшей клеенкой. Потом она принесла свое варенье и хлеб, а Тамара, вспомнив про свои сырники, поставила на стол и их.
— Ну, у нас тут, я смотрю, богато! — усмехнулся дядя Гоша, смягчив букву «г» на южный манер.
***
Вскоре крыльцо было готово. Новые ступеньки были светлее старых досок и держались крепко.
Борис, Тамара, дядя Гоша и Светлана сидели за садовым столом. Фунт спал под столом, положив морду на ботинок Бориса. Тамара посмотрела на мужа, и он подмигнул ей.
— Забор, — сказала Тамара вполголоса. — Наш забор, Боря. На следующие выходные. Сделаешь?
— Сделаю, — кивнул Борис.
— И полку на кухне.
— И полку.
Тамара откинулась на спинку плетеного кресла и вытянула ноги. Солнце грело плечи, пахло деревом и скошенной травой, а где-то далеко, за поселком, прогудела электричка.
— Хорошо, что все так обернулось, — пронеслось в голове у Тамары.
Она подумала о бензопиле. И зачем только она ее притащила?
Впрочем, думать об этом ей не хотелось. Все обошлось, да и слава богу.
