— Оля, ну что ты как неродная?! — Сергей стоял в прихожей, а я смотрела на чемодан у двери и не могла поверить своим глазам. — Это же Машка, моя племянница, она всего на пару месяцев!
— Пару месяцев? — я чувствовала, как внутри все закипает. — Сережа, ты вообще со мной советовался? Я только что из командировки вернулась. Я три недели не была дома, захожу, а тут чужой чемодан!
— Да какой чужой-то, своя же девочка! — ответил муж. — Учиться приехала, ну куда ей деваться одной в Москве?
Я вздохнула и пошла на кухню готовить ужин. Вот так всегда, приезжаешь домой измотанная после трех недель переговоров в Новосибирске, мечтаешь о ванне, тишине, своей подушке. А тут — сюрприз.
В моей квартире, между прочим, доставшейся от бабушки, теперь живет восемнадцатилетняя Машка из Саратова. Которую я видела единственный раз.
Машка оказалась тихой и вежливой девочкой, первую неделю я почти ее не замечала. Она рано уходила в институт, поздно возвращалась, на кухне не мешалась, ванную подолгу не занимала. Я даже начала думать, мол,ну и ладно, пусть живет, не жалко же.
Но через две недели случилось то, чего я никак не ожидала. Я пришла с работы и застала на кухне незнакомую женщину лет сорока пяти в халате с люрексом. Она красила ногти прямо на моем обеденном столе.
— Ой, вы Оля? — она подняла на меня глаза и улыбнулась так, будто мы сто лет знакомы. — Я Светка, Машкина мать. Я жена покойного брата вашего мужа. Мы, кажется, встречались один раз.
И тут я вспомнила, что действительно видела ее раньше, но с тех пор прошло сто лет. Светлана сильно изменилась.
— Приехала дочку проведать, да заодно и в Москве покрутиться, — виновато улыбнулась Светлана. — Сергей сказал, вы не против будете.
Сергей на самом деле мне ничего не говорил. Я нашла его в спальне, он делал вид, что работает за ноутбуком.
— Сергей, это что за цирк? — я старалась не кричать, но голос срывался. — Теперь еще и ее мать приехала? Ты что, решил тут общежитие устроить?
— Оль, ну не кипятись, — отмахнулся от меня муж. — Светка на пару недель всего, она… Ну, личную жизнь хочет наладить. В Саратове не складывается, думает в Москве попробовать.
— Личную жизнь? — я не поверила своим ушам. — В моей квартире? Сергей, ты в своем уме?
Светка оказалась той еще штучкой. Каждый день она надевала новое платье, делала новую прическу. По утрам занимала ванную на два часа, укладки, маски, ванны с пеной требовали времени.
На кухне она постоянно что-то жарила, отчего вся квартира пропиталась запахом жженого масла. А главное — каждый вечер она ходила на свидания. Возвращалась Света под утро, гремела ключами и всех будила.
— Ой, Олечка, я и не представляла, какие в Москве мужчины! — щебетала она каждый день за завтраком. — Вчера с таким интеллигентным познакомилась, из самого центра!
Я молча пила кофе и думала: «Сколько еще я это буду терпеть?»
Работа и так выматывает. Я руковожу отделом продаж в крупной компании. Каждый день стресс, цифры, планы. Дома хочется тишины и покоя.
Через неделю Светка притащила очередного своего «интеллигента» к нам в дом. Валера оказался разнорабочим со стройки. Он работал в Москве вахтой, а родом был из какого-то села, которого нет на карте.
— Это временно, пока он квартиру не снимет! — уверяла меня Светка. — Ему тяжело в бараке жить. Возраст не тот, здоровье не позволяет.
Валеру мы уложили спать на раскладушке в коридоре. Оказалось, что искать жилье он не спешил. По утрам он ходил по квартире в нижнем белье и громко сморкался. По вечерам смотрел телевизор на полную громкость, а еще курил на балконе, и дым тянулся прямо в комнаты.
Но любопытно, что я стала замечать присутствие как будто еще одного человека. То перед уходом на работу я замечу еще одни мужские ботинки. Да и мыло с зубной пастой стали расходоваться как будто больше. То в корзине с грязным бельем найду футболку, которая и Валере, и Сергею явно не по размеру.
А еда так просто испарялась из холодильника. Я уже стала думать, что у меня от этого сумасшедшего дома началась паранойя.
Я не выдержала, когда «квартиранты» начали без спроса брать мои личные вещи. Последней каплей стал тот момент, когда я застала Свету, выходившую из ванной в моем пеньюаре. А затем я увидела, как Валера вытирает руки моей футболкой.
— Все! — заорала я так, что даже сама испугалась. — Собирайтесь все и отчаливайте отсюда! Это моя квартира, вы понимаете? Это не общежитие!
Сергей выскочил из спальни.
— Оля, ты что устраиваешь? Это же мои родственники!
— Твои родственники? Валера тоже родственник? — орала я. — Почему он вторую неделю живет у меня на иждивении? Почему я на всех готовлю. Они пользуются нашими вещами, нашим интернетом, водой, электричеством. При этом платить за жилье никто не собирается, как я понимаю?
— Ты собралась деньги брать у родственников?! — возмутился муж.
— Они родственники?! — усмехнулась я. — А я тебе кто? Прислуга? Хозяйка гостиницы? Тут уже трое живут, не считая нас!
— Не трое, а четверо, — робко вставила Машка. — Я Диму привела, моего парня. Он у нас ночует.
Я посмотрела на нее.
— А у меня ты разрешения спросить не пробовала? Или я здесь никто? Это, вообще-то, моя квартира!
— Я думала, вы не против будете, — пискнула Машка.
Я посмотрела на Сергея.
— Я так понимаю, родственнички распоясались с твоего молчаливого согласия?
Муж молчал. Я посмотрела на Светку с Валерой. Решение проблемы пришло внезапно, и мне стало так легко. Я даже сама удивилась своему спокойствию.
— Значит, так, — сказала я. — Даю всем вам всем сутки. Завтра к вечеру чтоб духу вашего тут не было. А если ты, Сергей, будешь мне возражать, то вылетишь отсюда вместе с ними.
— Ты что, с ума сошла?! — завопил муж. — Оля, это же мои родственники! Нельзя так с людьми!
— Значит, ты возражаешь? — переспросила я. — Что ж, тогда выметайся вместе с ними. Это моя жилплощадь. У тебя есть однушка в Люблино. Возвращайся туда. И забирай весь этот цыганский табор.
— Оля, ты не можешь так поступить! — задохнулся от возмущения Сергей.
— Могу, — ответила я. — И если завтра вечером вы все еще будете здесь, я вызову полицию. А у половины из вас даже регистрации нет.
Сергей смотрел на меня, как на чужую. Светка размахивала руками, Валера что-то бубнил про «не гостеприимных москвичей», а Машка плакала.
А я пошла в спальню и легла спать. Впервые за месяц я спала как убитая.
Утром квартиранты начали собираться. Они гремели чемоданами, хлопали дверьми. Сергей пытался со мной поговорить, а я молча пила кофе. Он назвал меня бессердечной эгоисткой. Я кивала, пусть будет так.
— Ты пожалеешь! — крикнул мне напоследок Сергей. — Останешься одна в своей квартире!
Дверь хлопнула. Я выдохнула с облегчением и огляделась. Как же меня радовала моя пустая кухня, моя свободная ванная, мой балкон без окурков. Я подошла к окну. Внизу квартиранты вместе с Сергеем грузились в такси всей толпой. Сергей поднял голову, увидел меня, но я отвернулась.
А на следующий день подала на развод.
