— Племянница у нас поживет, — объявил муж.
Алексей стоял посреди прихожей с таким видом, будто только что вынес приговор и теперь великодушно объясняет осужденному, почему это справедливо. За его спиной маячила Даша, дочка сестры Алексея.
— Как это у нас? — оторопела я.
— Ну она в нашем городе будет учиться. В родном городе никаких шансов, а тут перспективы! А жить где-то надо, не в общаге же… Под присмотром родни надежнее.
Я посмотрела на Дашу. Она глядела на меня скучающе, как на стенку. Сестра Алексея не могла надышаться на дочку, и Даша привыкла, что мир крутится вокруг нее. К гадалке не ходи, если она останется тут, то будет ждать, что я начну вокруг нее прыгать.
— Ну здравствуй, Даша, — сказала я, игнорируя мужа.
Девочка кивнула и уткнулась в телефон.
— Проходи, устраивайся. Алексей покажет тебе комнату.
Муж просиял, как пятилетка, которому разрешили не спать до полуночи.
— Вот видишь, Дашка, я же говорил, тетя Света у нас золото! — он подхватил чемодан племянницы и потащил в гостиную. — Тут диван раскладывается, сейчас постелим…
Я ушла на кухню и включила чайник. Внешне я оставалась спокойной, но внутри, то что происходило внутри приличными словами не расскажешь.
Видите ли, мой дорогой Алексей жил в восхитительной иллюзии, что домашний быт происходит сам собой. Еда материализуется в холодильнике, грязное белье испаряется из корзины, а чистое конденсируется в шкафу. Полы моются невидимыми эльфами по ночам, а продукты телепортируются из магазина прямо на полки. И даже туалетная бумага растет сама в шкафу.
И для него было неважно, сколько людей живет в доме, дела-то сами делаются. Мысли о том, что для меня Даша — еще один человек, о котором придется заботиться, у мужа, разумеется не возникало.
Ну ничего, милый муж, я покажу тебе, что не все так просто…
На следующее утро я встала пораньше, приняла душ, оделась и спокойно позавтракала. Алексей проснулся и обнаружил на кухне записку: «Уехала на работу раньше. Даше нужно будет позавтракать и собрать с собой перекусить. Продукты в холодильнике. Целую».
Первый звонок раздался, когда я только добралась до работы.
— Свет, а что Даше на завтрак делать? Она яичницу не ест, а я больше ничего готовить не умею.
— Не знаю даже, спроси, что она ест, — я пыталась говорить с сочувствием.
— Она говорит, овсянку на миндальном молоке с ягодами.
— Замечательно, тогда сбегай в магазин и купи миндальное молоко и ягоды, и уточни какие именно.
— Но я же на работу опоздаю!
— Извини дорогой, а я что могу сделать? Значит, теперь вставай раньше. Ну или пусть сама сходит в магаз, она ж уже совершеннолетняя.
Муж замолчал, а потом раздались гудки. Я улыбнулась и вернулась к квартальному отчету.
Вечером Алексей встретил меня у порога с видом побитой собаки.
— Света, ну что ты в самом деле? Девочка целый день голодная! Я ей денег, конечно, оставил, так она не знает, где тут магазины, заблудилась, еле до училища добралась!
— Надо же, как печально, — сказала я, снимая туфли. — А что сегодня на ужин?
— В смысле?
— Ну ты же дома уже, Даша рано вернулась. Что вы приготовили?
— А… ничего… А почему мы должны готовить? — растерялся муж. — Ты же обычно готовишь!..
— Я готовлю на двоих, — отрезала я. — Если нужно на троих, то готовь сам, или пользуйся доставкой.
— Это дорого! Дорого каждый день заказывать!
— Тогда готовь, — я пожала плечами, прошла в спальню, переоделась в домашнее и углубилась в книгу.
Однако почитать нормально не удалось…
Через полчаса из кухни донесся грохот, это Алексей искал сковородку. Потом запахло горелым маслом. Потом он громко ругался, видимо, порезался или обжегся. Даша же все это время сидела в гостиной и смотрела сериал на ноутбуке в наушниках.
С того дня так и пошло.
Я заботилась только о себе, Даша осталась на попечении моего мужа. И тут случилось чудо чудное!
Алексей вдруг понял, что дела не сами собой делаются, и что заботиться о другом — это сложно.
А ему заботиться приходилось только в путь, потому что милую девочку Дашу дома ни к чему не приучили, даже картошку почистить не умела в ее-то годы. Так Алексей стал ее слугой. Правда хватило его ненадолго.
Через несколько дней муж взмолился:
— Света, ну хоть скажи, где кнопка, как у нас стиральная машина включается!
— О, отличный вопрос, кнопочка такая, «Пуск» называется.
— Да я знаю! Но там еще режимы какие-то, температура… Даше нужно одежду постирать, а она ничего не умеет! Свет, ну войди в положение, помоги мне!
— Алексей, — сказала я очень спокойно, — ты привел в дом человека без моего согласия. Это твое решение и твоя ответственность. Я не нанималась быть бесплатной прислугой для твоей племянницы.
— Ты же все равно готовишь! Стираешь! Убираешь!
— Повторяю еще раз! Для себя и для тебя и по доброй воле. Которая, знаешь ли, имеет свойство заканчиваться, когда ее начинают эксплуатировать.
Муж хлопнул дверью и ушел.
Вернулся он с полными пакетами из магазина, накупил готовой еды на неделю, и наверняка не учел, что срок годности у готовых блюд обычно пару дней. Девочка все это время сидела в гостиной и что-то быстро печатала в телефоне, изредка хихикая.
А потом случилось непредвиденное, Даша заболела.
— Света, нужно вызвать врача, — Алексей стоял в дверях спальни бледный как полотно. — Я не знаю, какие лекарства купить… И на работу мне надо, у меня презентация…
— Телефон поликлиники в интернете, — ответила я, не отрываясь от ноутбука. — Вызовешь на дом, опишешь симптомы, встретишь врача, потом в аптеку сходишь.
— Света, она же ребенок! Больной ребенок!
— И что? — спросила я, наконец подняв глаза. — Даша уже совершеннолетняя. Да и ты взрослый. Справитесь.
Алексей вызвал врача, отпросился с работы. Бегал в аптеку, варил Даше куриный бульон по видеоинструкции из интернета. Получилась мутная жижа с плавающими лохмотьями пены, Даша сморщилась только и раскритиковала его.
— Я скажу маме, что вы обо мне не заботитесь, — пригрозила она, прищурившись.
— Сделай милость, — подумала я. — Может, мама домой тебя сразу заберет…
Потом Алексей даже попытался заплатить нашей соседке, чтобы та посидела с племянницей пока та болеет. Но соседка заломила такую сумму, что муж только крякнул.
— Может, посидишь с Дашей? — робко предложил он мне.
— Твоя племянница, ты и заботься, — отрезала я.
Когда Даша почти выздоровела, Алексей сломался окончательно.
— Светлан, — он сел рядом со мной на диван и взял за руку.
Вид у него был такой несчастный, что я почти пожалела его. Почти.
— Теперь я все понял, я должен был спросить тебя, прежде чем приводить Дашку. Просто сестра так умоляла…
— И ты решил быть героем.
— Ну да, типа того. Я думал, это просто, ну живет человек и живет. Оказалось, подростки жрут как не в себя, и все какое-то особенное. И вещи стирать надо каждый день, потому что у нее только пара чистых футболок была, остальное все в чемодане грязное лежало. И готовить… Господи, я макароны нормально сварить не могу! Вчера в кастрюле такой цемент получился, что пришлось выбросить вместе с кастрюлей.
— Это была моя любимая кастрюля, — заметила я.
— Я куплю новую! Света, прости меня. Я правда понял, нельзя так делать. Все решения должны быть общими. В общем, я сестре сказал, когда Даша выздоровеет, пусть ей снимают квартиру или отправляют ее в общагу. Мне все равно, как они проблему будут решать, но тут она не останется… В общем, Света, ты простишь меня?
Я посмотрела на него внимательно. Передо мной сидел муженек, получивший хороший урок.
— Прощу, — сказала я. — Но в следующий раз…
— Не будет следующего раза! — перебил он. — Клянусь!
Даша уехала на следующий день. На память о себе она оставила фантики за диваном и грязное постельное.
— Надо прибраться, — вздохнула я.
— Я сам приберусь, — заявил Алексей и сразу полез ко мне. Но я его оттолкнула. Пока не уберет все за племянницей — никаких нежностей. Права же я?
