— Он тебя скоро бросит, — уверенно сказал Леша, — через месяц максимум.
— С чего ты взял? — удивилась я.
Лешка, с которым мы дружили с девятого класса и сейчас сидели в кафе, только плечами пожал и отвернулся.
— Не, Леш, так не пойдет, — я начала сердиться. — Сказал «А», говори и «Б». Иначе это сплетни какие-то получаются у нас с тобой…
— Да какие тебе сплетни? — вздохнул Леша. — Он мне сам сказал.
Друг умолк, и мне сильно захотелось встряхнуть его.
— Колись давай, — сдержанно сказала я.
— Вчера мы пивасик пили, — неохотно начал Леша, — и он сказал: «Я ухожу к Маринке скоро, только Наташе не говори. Я сам потом все устрою». Я, конечно, обещал. А потом всю ночь не спал и думал, ну как это не говорить? Как это вообще возможно, не сказать тебе, что твой муж собирается уйти в закат, а ты останешься с Юркой и с ипотекой, которую вам платить еще семнадцать лет?
Семнадцать лет… Я повторила про себя эту цифру, и она показалась мне длиннее, чем вся моя предыдущая жизнь. Юрке было восемь месяцев, он еще не ходил, только ползал по квартире. Хватал все, что попадалось под руку, и засовывал в рот, а я каждый вечер вынимала у него изо рта то пуговицу, то катышек пыли, то собственный носок.
Муж мой Сережа вел себя как обычно. А оказывается, все это время он планировал… В глазах у меня вдруг потемнело.
— Эй, ты чего? — вскинулся Леша. — Тебе плохо?
— Все нормально, — я отстранила его руку, — спасибо за информацию.
Вечером Сережа вернулся поздно. Все было как всегда, но я помнила, что сказал мне Леша, и не могла вести себя как обычно. Он моей холодности не замечал.
Он лег рядом, и вскоре я услышала его тихое посапывание. Я смотрела на него, на этого человека, с которым прожила четыре года, и пыталась понять, когда это случилось? Когда он перестал быть моим мужем, а стал просто мужчиной, который спит в одной кровати со мной и храпит?
Эту Марину я видела один раз на корпоративе. Она была в красном платье с декольте до пупка и смеялась так громко, что казалось, еще немного, и у нее треснет челюсть.
Не сказать, что она была сногсшибательно красива, но… видимо, что-то Сережа в ней разглядел.
Леше я поверила… Но мне все-таки нужны были реальные доказательства измены мужа. Поэтому несколько дней я пристально наблюдала за ним, отмечала изменения в поведении и, в конце концов, прочитала и заскринила их переписку в его телефоне. Да, действительно, он встречался с этой Мариной. И у них, судя по всему, все было серьезно.
— Так, хорошо, — сказала я себе, — у него любовница. Стадия принятия: пройдено. Но что делать-то теперь?
Скандалить и сдавать Лешу я не собиралась.
***
Утром я позвонила свекрови. Не для того, чтобы жаловаться, боже упаси. Я позвонила, чтобы спросить рецепт пирога с капустой, и между делом узнала, что Сереже месяц назад повысили зарплату.
— А мне он сказал, что им урезали премии… — подумала я.
Месяц. Он месяц тратил деньги на свою Маринку, пока я покупала Юрке подгузники по акции и считала копейки до следующего его аванса…
Я не плакала. Вместо этого я села за компьютер и начала искать информацию. Я не знала толком, что ищу, поэтому читала все подряд о разводе, о дележе имущества… Хотя никакого имущества у нас не было, а была ипотека и мебель в кредит. И тут мне попалась статья про алименты.
Как оказалось, можно подать на алименты без развода. Я читала эту строчку снова и снова, и мне казалось, что я открыла какую-то тайную дверь, о которой никто не знает.
Алименты в браке… Звучало это как оксюморон, как горячий лед или что-то такое. Однако, похоже, я нашла неплохой выход.
***
Когда Сережа узнал об этом, у него было такое лицо, словно он обнаружил в холодильнике живого крокодила.
— Ты чего это? — удивился он.
— Да так, — сказала я, — хочу обезопасить себя и ребенка.
— Э-э-э… А от чего, позволь спросить?
Я посмотрела ему прямо в глаза и сказала:
— От Марины твоей.
Муж так и уставился на меня.
— Что, думал, я не знаю? — усмехнулась я.
— А… Э…
— Ты хочешь спросить откуда? Он верблюда, милый, — холодно сказала я.
И тут Сережа обрел дар речи:
— Наташа… Ты…
— Я все не так поняла? — перебила я. — Марина просто твоя коллега, и вообще, у вас все несерьезно. Она твоя отдушина, ты просто устал от быта, но теперь ты с ней порвешь и вернешься в семью. Да?
Он опустил голову.
— Как бы то ни было, дорогой, но ты будешь платить алименты, — сказала я. — То есть процент с твоей недавно повышенной зарплаты, который ты тратил на Марину, теперь пойдет на твоего ребенка. А Марина… Хочешь, бросай ее, хочешь, продолжай встречаться с ней. Мне все равно. Потому что тебя для меня больше нет. С этой минуты до самого развода мы с тобой просто соседи. Понял?
Он ничего не ответил.
***
Деньги, двадцать пять процентов от зарплаты мужа, пришли мне на карту первого числа следующего месяца.
А потом я полезла в наш семейный сейф. Сережа думал, что я не знаю код… Он вообще думал, что я ничего не знаю, что я просто сижу дома с ребенком, пока он строит карьеру и любезничает с женщинами в красных платьях… Но код я знала.
Там было триста тысяч. Наши общие деньги, которые мы откладывали на отпуск, на ремонт, да и просто на «черный день». Я взяла ровно половину, свои сто пятьдесят тысяч, и положила их в свой кошелек.
Муж заметил пропажу денег в этот же вечер.
— Не понял… — сказал он, подходя ко мне. — А где деньги?
— Какие деньги, Сережа?
— Да не притворяйся ты! — нахмурился он. — Деньги, которые в сейфе лежали. Где они?
— А, ты про наши деньги? — улыбнулась я. — С ними все в порядке. Свою часть я забрала, а твои как лежали там, так и лежат.
— Погоди, что значит забрала? — спросил муж. — Зачем?
— Затем, что я с тобой развожусь, — ответила я, — и нам с Юркой нужны будут деньги на первое время.
— А откуда ты код-то узнала? — раздраженно спросил он.
— От верблюда, — повторила я.
Сережа минуту-другую смотрел на меня, а потом по его лицу расплылась улыбка.
— А-а-а… — протянул он. — Я понял… Теперь-то я понял, от какого верблюда ты про Маринку узнала… Лешик… Друг еще называется… он меня сдал, да?
— Леша тут ни при чем, — и я показала ему скрины из переписки, — ты сам прокололся.
***
Сережа рухнул на стул.
— Но… у нас же ипотека… — пробормотал он.
— Вспомнил! — хохотнула я. — Скажи, а ты помнил про ипотеку, когда гулял с Мариной? И когда тратил на нее деньги, которые должны были идти в семью?
— Вот давай только без нотаций, ладно? — пробурчал он. — Факт есть факт, у нас ипотека. Что мы будем с ней делать-то?
— Предлагай варианты, — сказала я.
Вариантов у Сережи не было. Впрочем, после консультации с юристом мы нашли выход. Квартиру с согласия банка решено было продать, а ипотеку погасить из вырученных средств. Оставшуюся сумму мы разделили поровну.
— Ну, — хмуро сказал муж, — довольна? Ты в одночасье осталась без мужа и без крыши над головой.
— А это все равно бы со мной произошло, не так ли? — усмехнулась я. — Ты же как бы собрался уходить к своей Марине… Но так получилось, что это я от тебя ухожу. Так что да, Сережа, я довольна.
Сережа продолжает выплачивать мне алименты. Я живу у родителей и ни о чем не жалею. С бывшим мужем мы не общаемся
