— Возьми вину на себя, мне судебные тяжбы ни к чему! — потребовал муж.
— Что? — удивленно спросила я.
— Скажи, что ты была за рулем, — пробурчал Вадим.
— Не поняла… — я действительно ничего не понимала. — Зачем мне брать на себя твою вину?
— Я же сказал… У меня на работе и так проблемы, а если еще меня по судам начнут таскать, я могу лишиться места, — подавленно сказал муж.
— Слушай, да объясни ты толком! — воскликнула я.
В принципе, и так все было понятно. Вадим воевал с соседом Геннадием Петровичем из-за парковочного места во дворе. Их борьба была такой отчаянной и упорной, словно речь шла не о месте для машины, а о судьбе мира.
Борьба была грязной, и в ход со стороны Вадима шло все, записки под дворники, неприличные надписи на стеклах и многое другое…
Но при этом Вадим никогда, ни разу за все эти годы не подошел к соседу и не сказал ему в лицо ни единого слова. Они здоровались сквозь зубы и смотрели друг на друга волками, но вслух никогда не ругались. И вот, теперь…
— Я разбил ему фару, — вздохнул муж, — случайно, когда сдавал назад.
— Случайно… — подумала я. — Да, конечно, случайно…
— И ты хочешь, чтобы я…
— Ты не умеешь водить, — резко перебил он, — и это все знают. Весь двор знает. Я тебя сколько учил? Три года? Ты же путаешь газ с тормозом постоянно! Все поверят, что это ты.
— А дальше что?
— Что дальше? — не понял Вадим.
— Допустим, я возьму твою вину на себя, — негромко сказала я. — А потом что? Суд?
Муж нервно заерзал на стуле.
— Ну… необязательно суд, — пробормотал он, — можно же и по-хорошему договориться как-то. На меня он сразу в суд подаст, а ты… Ты же с ним не в контрах. Так что ты наверняка сможешь… Ну… сделать что-нибудь, чтобы до суда не дошло. В принципе, я и сам могу на тебя все свалить, но будет лучше, если ты сама сделаешь, так сказать, явку с повинной.
Мне вдруг стало до невозможности противно, но я сдержалась.
— Ну, допустим, — сказала я, — но платить ведь надо будет за ремонт. Кто будет платить?
— Ну, конечно, я! — ответил Вадим и отвел взгляд.
***
Я задумалась. Мне вдруг вспомнилось одно замечательное кино, в котором главный герой взял на себя вину за дорожное происшествие и вместо жены отправился в места не столь отдаленные. Жена его тем временем считала, что так и должно быть.
— Семь лет мы женаты, — думала я, — и все эти семь лет он не считает меня за человека. Если я возьму на себя его вину, он разве будет меня больше ценить и уважать? Точно нет, он просто воспримет это как должное.
Муж все это время внимательно следил за моим лицом.
— Ну, — нетерпеливо сказал он, — надумала?
— Надумала, — ответила я.
— Так ты согласна? — обрадовался Вадим.
— Нет.
Судя по тому, как он побледнел, такого ответа он точно не ожидал.
— Что значит нет?! — возмутился он.
— Это значит, что нет, — отрезала я, — я не буду этого делать.
— Яна, — он подошел ближе, взял меня за плечи и заглянул мне в глаза, — ты хоть понимаешь, что он с меня три шкуры сдерет?
— Не сдерет, — отозвалась я, — я уверена, он будет действовать по закону.
— Но… ты хоть в курсе, сколько стоит эта фара?! — рассердился Вадим. — Немало она стоит! А еще нужно учесть стоимость ремонтных работ, а еще если вдруг он решит взыскать с меня за моральный ущерб… Или еще там за что… с него станется…
— А ты это понимал, когда разбивал фару? — спокойно поинтересовалась я. — Или ты думал, что тебе все с рук сойдет?
— Я… Я в состоянии аффекта был! — воскликнул муж. — Я не соображал, что делаю!
— Вот и скажи это на суде, — сказала я.
***
Какое-то время Вадим молча смотрел на меня. Я не отводила глаз, и, в конце концов, он уступил.
— М-да… — разочарованно проговорил он. — Не знал я, что ты такая… Я столько для тебя делаю, а ты…
— А что ты для меня делаешь, позволь узнать? — спросила я.
— Что делаю? — он рассмеялся коротко и зло. — Ты серьезно спрашиваешь?
— Да, вполне.
— Ну, например… — он наморщил лоб. — Мы живем с тобой семь лет, и ты…
— В моей квартире, — поправила я.
— Что?
— В моей квартире мы живем. Квартира моя, — напомнила я, — она мне от бабушки досталась.
— И что? — Вадим с вызовом смотрел на меня.
— Ничего, — коротко ответила я.
Тут зазвенел дверной звонок, и я пошла открывать.
Нахохлившийся Вадим последовал за мной. Я открыла дверь… и нос к носу столкнулась с Геннадием Петровичем, который держал в руке какую-то тонкую папку.
***
— Добрый вечер, — поздоровался он, — а я к вам насчет разбитой фары.
— Здравствуйте, — ответила я.
Вадим ничего не сказал и скрылся в гостиной.
— Можно войти? — поинтересовался сосед.
— Да, конечно.
Он прошел за мной в гостиную и по моему приглашению сел в кресло. Какое-то время он молча смотрел на сидевшего на диване Вадима.
— Я знаю, что это были вы, — сказал он наконец, — я видел из окна, как вы специально задели мою машину. Так что…
— Вы что… прям меня видели? — глухо спросил Вадим.
— Я видел вашу машину, которая целенаправленно…
— А! — перебил Вадим. — Так это же она!
И он указал на меня. Я настолько растерялась, что у меня пропал голос. Пока я приходила в себя, муж тарахтел дальше:
— Она же путает газ и тормоз постоянно и водить не умеет от слова совсем! Кроме того, она в тот вечер выпимши была, мы на корпоративе гуляли… Так-то я вел, но когда во двор въезжали, она прилипла до меня как банный лист, дай порулить, да дай порулить. Ну я и дал…
Вадим картинно вздохнул и с укором посмотрел на меня.
— Вот говорил же я тебе…
Его речь прервал сосед. Геннадий Петрович положил перед мужем папку и сказал:
— Вот здесь результат экспертизы и оценка ущерба. Полюбопытствуйте.
Вадим раскрыл папку, и у него отвисла челюсть.
— Во… семнадцать… тысяч?! — пробормотал он. — Это… Это же…
— Или, — веско перебил сосед, — я подаю на вас в суд. И вы будете отвечать по статье за хулиганство.
— Да это все она! — воскликнул с привизгом Вадим. — Я же говорю…
Геннадий Петрович вынул из кармана телефон и ткнул экран Вадиму под нос.
— Я все заснял, — сказал он, — посмотрите.
На видео было видно, как машина четко и намеренно въезжает в авто соседа, а потом минут пять спустя он выходит из салона один и направляется к подъезду.
— Пьяные и неумехи так не ездят, — усмехнулся сосед. — Так как, решим дело миром?
— Я…- Вадим опустил голову. — У меня нет сейчас восемнадцати тысяч.
— Тогда я обращаюсь в суд, — сухо сказал сосед, — ездить с разбитой фарой и нарываться из-за вас на неприятности я так-то не намерен. Хорошего вечера.
***
Когда сосед ушел, я достала сумку мужа и почти не глядя побросала в нее его вещи.
— У тебя пять минут, — сказала я, — бери свою сумку и уходи.
— Не понял… — пробормотал Вадим. — Ты что, меня выгоняешь? Бросаешь меня в сложной ситуации?!
— Я не хочу больше находиться на одной территории с человеком, который не может нести ответственность за свои проступки и прячется за женскую юбку, — презрительно сказала я. — Уходи, Вадим. И разбирайся со своими делами сам.
Он ушел, и вскоре мы развелись. Чем закончилось его «автомобильное» дело, мне неизвестно.
